Страница 23 из 41
– Тот же вопрос могу задать и тебе, верно? Так что не будем обсуждать сейчас причины, побудившие нас оказаться здесь, потому что это ни к чему хорошему не приведёт. Нам следует обоим покинуть эту комнату немедленно, пока нас не обнаружили, – предлагая, я направляюсь к двери и ожидаю, когда он последует моему совету.
Идиот. Ну разве так работают?
– И что ты хочешь найти, Ларк? Конечно, Бланш же настолько глупа, чтобы привозить в этот дом информацию, которая поможет тебе уложить её в постель, да? Ты головой, когда начнёшь думать? Эта женщина не для тебя, кузен, она полностью поглощена отцом, это я скажу тебе со стопроцентной уверенностью. Поэтому тебе здесь находиться запрещено. А я могу списать это на свою невнимательность, ведь эта комната раньше принадлежала моей матери. Да и кто обратит на меня внимание, все сочтут меня чересчур эксцентричным, нуждающимся в лечении, когда твои посылы ясны всем. Совет, вновь бесплатный, покинь помещение и сделай вид, что пьян.
– Не учи меня, Эйс, как обращаться с женщинами, ты о них ни черта не знаешь. Наша семейная черта по мужской линии – не принимать отказов, и именно ты утверждал, что отрицание многих вещей означает – сильное желание их же. И я следую твоим советам. Выходит, что Бланш хочет меня и специально заводит, она раздраконивает меня, она…
– Использует тебя, – заканчиваю за него. – Да-да, именно так. Ты ей нужен был в одном довольно щепетильном деле и отыграл, как по нотам, даже не заметив этого. Она умна, сам говорил, так зачем ей такой оболтус, как ты, Ларк? Посмотри, сравни мужчин, которых она принимает у себя. У тебя нет того, что могло бы её хоть немного заинтересовать. А наличие пениса не делает тебя отличным от других. Прекрати поддаваться извращённым желаниям своего пустого разума, кузен. Хватит, ты унижаешь себя. Хоть мне и безразлично, как тебя воспринимают окружающие, но я говорю тебе это ради твоего отца и моего босса. Очнись, пойди прими ледяной душ, соверши пробежку и осознай, что женщина тебе не нужна так сильно, как ты думаешь. Тебе нужна работа и занятость, чтобы выбить ересь из головы и очистить сознание.
Он словно сдувается, в его глазах написана боль и даже затравленность. Да он убивает себя изнутри, изводит и пьёт, чтобы обрести внутреннюю силу и сделать следующий ход. Но порой человек может биться о стену бесчисленное количество раз и не пробьёт её, а лишь погибнет от недостатка кислорода. И не Бланш виновата в этом, она вряд ли поощряет его сейчас, за вечер ни разу не посмотрела на него, и теперь я верю её словам. Не всем, но в отношении кузена она была честна. Она никогда не увидит в нём мужчину, потому что сильнее его в разы.
– Я не могу ни о чём другом думать. Как будто я под гипнозом, она это сделала со мной, Эйс. Я вижу её во снах, да я кончаю, как только представляю её перед собой. Я с ума схожу, и мне так плохо, – он хватается за голову и сжимает пальцами волосы. Он дрожит, его кожа бледна, а лицо покраснело от повышенного давления. На его пальцах остался белый порошок. Кокаин. Сейчас ему бесполезно что-то объяснять, он невменяем, и его давняя привычка прибегать к дорожкам вернулась. Он это делал и в шестнадцать, и в семнадцать, и каждый год, пока я не отказался от близкого общения с ним и со Стэнли. Выходит, дядя в курсе его зависимости и ничего не делает. Почему? Ларк его единственный сын, и это, действительно, может привести к катастрофе, его надо лечить.
– Кузен, ты под кайфом. И это отвратительно, я бы…
– Да заткнись ты, психопат! – Кричит он, ударяя кулаками по воздуху.
– Закрой рот! Ты задолбал меня своими нравоучениями! Кто ты такой, чтобы обвинять меня в слабости? Ты, как отец, он тоже смотрит на меня, как на пустое место! Да, я не такой, как вы с ним! Я не хочу быть таким, потому что я живой… я… мне плохо, Эйс. Мне так одиноко, – перепады настроения тоже – особенность принятия наркотиков. И сейчас в его глазах слёзы, а голос хрипит от печали.
– Говорят, Бланш помогает всем мужчинам, она находит то, что даёт силы бороться. И мне нужны они. Мне нужна возможность заставить её прийти ко мне, увидеть меня и стать ближе. Я хочу эту женщину, хочу большего с ней, а не только секс. Я женюсь, и Бланш прекратит продавать себя, она будет со мной, моей, понимаешь? Мне нужно лишь то, что вынудит её обратить на меня внимание. Эйс, помоги мне найти это. Помоги мне…
– Нет, – обрывая его скулёж, качаю головой.
– Ну да, зачем же помогать мне, когда ты хочешь её для себя, да? Ты тоже находишься в этой спальне и пришёл к ней, пока твой отец был у матери. Я следил за Бланш, увидел, что дядя вошёл в спальню к твоей матери, и там они пробыли долгое время. Я ждал, когда Бланш выйдет, чтобы войти самому, а ты всё время был здесь с ней! Что ты делал? Ты её клиент? С каких пор тебя интересуют женщины, Эйс? Ты же импотент! Ты ничтожен, и у тебя даже ничего не работает! Что она делала с тобой, отвечай! – Рычит он, делая выпад в мою сторону, а я всего лишь шаг в сторону. Ларк врезается в дверь и хватается за ручку. Его глаза, обращённые ко мне, налиты кровью. Вот не хватало, чтобы он затеял драку, я могу его убить. Я прошёл специальное обучение, воинскую службу, изучал восточные единоборства, и каждый день тренируюсь. А он не хотел этого и сейчас просто работает «на побегушках» у отца. Придётся проявить немного понимания к его ситуации и завтра сообщить обо всём дяде. Это может навредить и ему, и мне, если Ларк сотворит какую-то глупость из-за наркотиков.
– Ты уже вообразил, что я, как и все примитивные мужские особи, пал от красоты и порочности мисс Фокс? Как же ты глуп, Ларк. Мне не нужно прилагать усилий, воровать что-то, чтобы любая женщина захотела прийти ко мне или же пригласила к себе для разговора. Меня не это интересует, работа – вот что важно. А ты подставляешь отца, ведь такая женщина, как Бланш, сразу раскусит тебя и направится именно к нему, потому что она знает, что единственный человек, который сможет тебя приструнить, это дядя. Хочешь этого? Так вперёд, выкради у неё пару трусиков и будешь выглядеть полным идиотом в глазах общества. Бланш не упустит возможности рассказать, как ты поступил, и что было потом. Это ведь её статус, её авторитет, её власть. И ты решил подарить ей ещё одну байку про самоубийство после отказа? Поумней, кузен, хотя бы немного протрезвей и прекрати употреблять гадость, которая приведёт тебя в могилу, – не могу совладать с привычкой – говорить всё резко и грубо. От моих слов Ларк бледнеет и отступает, держась за стену. Да, он боится отца и очень, ведь от него зависит жизнь кузена. Он его обеспечивает и позволяет ему вести роскошный образ жизни и всегда быть на плаву.
– Подумай, Ларк, к чему приведут твои минутные желания под кайфом. Лучше найди что-то иное, отличное от продажной женщины. Как тебя воспримет свет, когда ты женишься на ней? Год, два ты будешь счастлив, а потом? Одиночество – лучшее, что ты имеешь. Так развивайся в нём, а не губи себя из-за недостаточного внимания родителя. Ни я, ни ты его не имели, но это не даёт тебе права подставлять всех нас из-за похоти, которую ты себе выдумал, – ставлю точку в бесполезном разговоре. Я его напугал, это всё, что я мог сейчас сделать. В этом состоянии Ларк считает себя всесильной, властной и мощной особью, а на самом деле жалок. Выхожу из комнаты и тихо закрываю за собой дверь.
Он ничего не сделает сейчас, только пойдёт пить или же куда-то захочет выплеснуть энергию, я достаточно популярно объяснил ему последствия. Страх в его глазах и расслабленные мышцы говорят о быстрой капитуляции. Как я и предполагал, кузен вылетает из спальни Бланш через несколько секунд после моего ухода. Оглядываясь, он подбегает к лестнице и быстро спускается по ней. Мне следует пойти к себе и подумать, сложить всё, что узнал сегодня. Но я не могу предугадать действий Ларка и силу его вожделения. Мне ничего не остаётся, как последовать за ним, ведь дальше последует пик его наркотического состояния. Он посчитает себя суперчеловеком и решится совершить непоправимое. А там Молли, мой отец и люди, от которых зависит наше положение в обществе. Одно неверное движение, и всё рухнет, для нашей семьи закроются все двери, и это скажется на мне больше, чем на них. Я потеряю всё из-за любвеобильности кузена и его привязанности к едкому веществу.