Страница 130 из 176
— Было бы неплохо. Ладно, пойду я к себе, а то у меня завтра работы много.
— А-а-ага, — зевнула Сьюзен, — у меня тоже. С этим визитом императора, — передернула она плечами, махнув обреченно рукой.
— Крепись, — положила руку на плечо подруги Талия и ободряюще улыбнулась.
— А куда мне деваться-то, — вздохнула Иванова, с некоторым удивлением поймав себя на желании прижаться щекой к руке подруги. — Спокойно ночи, Талия.
— Хороших снов, Сьюзен, — Винтерс убрала руку и поспешила к двери.
Обоих женщин в этот миг посетили очень схожие мысли, которые они в очередной раз постарались прогнать прочь, но те отчего-то упорно не уходили. Все чаще и чаще возвращаясь, они все настойчивей свербили разум, порой выливаясь в сны, о которых было стыдно вспоминать.
— О, Г’Кван, — прошептал изумленно пилот патрульного истребителя, — трево…
— Вперед, вперед! Не пускайте их к колонии!
— Огонь!
— Та’Рок уничтожен!
— Реактор в красной зоне.
— ААА!!!
— Уклоняйся!
— Залп!
— Ка’Тон уничтожен!
— Полный вперед! Стреляйте, во имя Г’Квана, мы должны их остановить.
— Всем гражданским немедленно проследовать в убежище! Всем гражданским…
— Нет!
— Огонь!
— Тарань его!
— Они прорываются!
— Быстрей!
— Огонь! Огонь! Демоны вас раздери!
— Мы под огнем!
— Мама, мне страш…
— Посол Молари, какого дьявола вы отказываетесь выдать гражданских с атакованной вами колонии нарнов?!
— Капитан Шеридан! Я бы попросил вас выбирать выражения! Мы пришли на сигнал о помощи, это нарны напали на нашу эскадру! Что же касается гражданских, то нам просто…
Лондо прервался на полуслове, так как в зал совета, где проходило экстренное заседание, вошел посол Г’Кар. Шеридан впервые видел нарна при всех регалиях, да еще и в плаще с заколкой на плече. У Джона засосало под ложечкой, а в душе наступила зима. Глаза нарна не выражали ничего. Такие же глаза были у тех, кто ушел на рубеж, в последнюю битву минбарской… и не вернулся назад.
— Десять минут назад, — размеренно и безжизненно заговорил Г’Кар, в абсолютной тишине зала его слова звучали набатом, — я был уполномочен своим правительством сделать официальное заявление. С семнадцати ноль-ноль по Земному времени, Режим Олигархии Нарна находится в состоянии войны с Республикой Центавр.
Четко развернувшись, Г’Кар покинул зал совета. Ему было нечего больше сказать. Он ненавидел центавриан, он желал отомстить им за все зло, что они причинили его народу. И вот этот миг настал. Вот только… лучше бы он никогда не наступал. Именно это понял Г’Кар десять минут назад, когда получил приказ объявить войну. Теперь он не видел ничего смешного в земной поговорке «худой мир лучше доброй ссоры». Каким же он был глупцом, когда еще совсем недавно планировал убить императора Центавра. О, как он возмущался, что старик свалился с приступом, не дав ему возможности вонзить отравленный стилет в ненавистное сердце.
«Идиоты, слепые глупцы», — скрипнул зубами Г’Кар, проходя мимо радостно орущих соотечественников, что грозились кому-то показать и что-то доказать. Сколько таких же, как они, вскоре сгорят в кораблях, навеки замерзнут в космосе, останутся лежать мертвыми на разрушенных мостовых и под завалами? Он, посол нарна, сделал все, чтобы это произошло. Это была его вина. Жажда мести, он поддался жажде мести своего народа, тогда как должен был бы всеми силами ей противостоять. Как жаль, что он понял это лишь сейчас.
— Посол, — окликнул нарна доктор Франклин.
— Что вам? — ответил резко Г’Кар. — Простите, Стивен, я не в духе, — нашел он в себе силы извиниться.
— Я понимаю, — кивнул доктор, — просто так уж получилось, что я единственный, кто может передать вам слова императора Турхана.
— Слушаю.
— Посол, он просил сказать вам, что прилетел на станцию для того, чтобы извиниться перед вашим народом за все то зло и горе, что центавриане причинили нарнам.
— Что? Нет, не может быть!
— Может, посол. Верьте мне, как доктору, император был в полном сознании, когда просил передать эти слова.
— Где же вы были раньше, Стивен? Где?!
— Пытался спасти Турхана.
— Одна великая жизнь, так и не спасенная, за миллионы и миллиарды других, — сжал кулаки нарн. — Мое правительство объявило войну, доктор Франклин, и я ничего не мог с этим поделать. Если бы вы пришли на полчаса раньше, я бы мог, я бы попытался, теперь же… Теперь уже слишком поздно.
— «В огне».
— Что?
— Перед смертью император спросил у пришедшего к нему Коша, «как все это закончится?» Тот ответил: «в огне».
— Ненавижу этих загадочных типов, которые вечно все знают наперед и молчат.
— Возможно, тем самым они предотвращают еще большее зло, — пожал плечами Стивен.
— Может быть и так, но я бы предпочел самому решать, что для меня меньшее зло. Успехов вам, доктор Франклин.
— И вам, посол, удачи.
Глава 37. Кресало, огниво, трут
Второй ударный флот нарнов вышел из гиперпространства у центаврианской военной базы вблизи колонии Бета-шесть. По планам атаки, пользуясь эффектом неожиданности и численным преимуществом, они должны были справиться. Вот только с самого начала все пошло не так. Враг не просто успел подготовиться к нападению, он знал о нем! Фактически, флот попал в ловушку сразу, даже не покинув воронки перехода.
Две группы кораблей центавра, возглавляемые клином из тяжелых «Примусов» и прикрываемых с флангов «Ворчанами», выступили в роли клешней, сама же военная база вместе со всеми ее боевыми спутниками, минами и чудовищными орудиями, стала той преградой, что не позволила обреченным кораблям вырваться из ловушки.
— Второй и третьей эскадре, атакуйте противника по левому флангу. Четвертой и пятой — прикрыть верхнюю полусферу. Всем истребителям, атака базы. Выбивайте главный калибр. Первая эскадра, идем вперед.
— Есть атаковать фланг.
— Выполняем.
— Пере…
— Ка’Нак уничтожен, принимаю командование. Выполняем приказ.
Несмотря на все свое мужество и отвагу, оказавшиеся в столь невыгодном тактическом положении нарны мало что смогли противопоставить противнику. Расстреливаемые по трем векторам, они были вынуждены маневрировать под плотным огнем, периодически подставляя центаврианам то борт, а то и двигатели. Естественно, те не собирались упускать таких возможностей, и били, били, били. Вновь и вновь корабли, окрашенные в красное, расцветали всполохами попаданий. Вспучивались взрывами. Гибли.
— Сколько до перезарядки приводов?!
— Минута.
«Целая минута», — пробормотал адмирал, от флота которого уже почти ничего не осталось. Так долго им не продержаться. Это был полный разгром с минимальным результатом. Ди’Лот прикрыл глаза. Он не хотел видеть, как гаснут отметки последних его кораблей. Ему было наплевать на впивающиеся в тело страховочные ремни и умирающий крейсер. Канониры еще пытались успеть сделать свой последний выстрел, остатки истребителей, что все же прорвались сквозь заградительный огонь и вражеские перехватчики, старались перед гибелью нанести максимальный ущерб, многие шли на таран, но все это была агония. Трепыхание, особенно обидное в своей бесполезности. «Словно птаха, попавшая в когти зверя», — подумал военачальник нарнов перед тем, как его поглотила тьма, а расстреливаемый флагман разлетелся на множество искореженных обломков.
— Доложить о победе на Центавр.
— Есть! — раздался в ответ звенящий от ликования голос молоденького связиста.
Алиса проснулась в холодном поту. Опять ей снились какие-то ужасы. Монстры, в которых она с некоторым трудом, но все же узнавала зергов. Черные корабли, от которых веяло тьмой, холодом смерти и жутью, появлялись, словно призраки, из ниоткуда и убивали, разрушали, уничтожали все, что попадалось им на пути. Они, словно клякса чернил, накрывали собой звезды, и те гасли. Навстречу одному пятну разливалось другое. Светлое, яркое и обжигающее. Огоньки, что попадали в него, исчезали навсегда. Все, что успевала почувствовать девушка — боль и муку. Смутные и непонятные, размытые визуально видения были настолько пропитаны эмоциями, что ее всю трясло. Она пыталась понять, увидеть, разглядеть, но раз за разом от этого становилось только хуже.