Страница 23 из 44
- А как вас зовут, месье? - спросил я.
- Гастон Айлеран, - гордо ответил он, - я потомок старинного дипломатического рода.
Естественно. Династия. Министры создают династии министров. Генералы - генералов. Директора - директоров. И гордятся этим. А вот рабочие нередко изменяют свои династиям и становятся инженерами.
Прием у президента Ранции
- Послушайте, Гастон, - сказал я, - а нельзя ли где-нибудь остановиться и перекусить чем-нибудь земным. Эта биомасса у меня вот здесь уже стоит, - и я ребром ладони провел по горлу.
- Извините, месье полковник, - растерянно произнес Гастон, - но нас ждут в Париже в президентском дворце. Я уже телефонировал о нашем выезде и сказал приблизительное время прибытия. Нет, нет, мы никак не можем останавливаться.
- Слушай, Гастон, - перешел я на ты, - у меня дома говорят, что сытый голодному не товарищ. Как у вас называют придорожные кафе и вообще маленькие заведения, где можно выпить чашку кофе с пирожным, рюмочку вина или коньяка?
- Их называют "бистро", - сказал несколько удивленный спутник.
- Вот и останавливайся быстро возле первого же, я а тебе расскажу, почему они так называются, - распорядился я.
Бистро нашлось довольно быстро в небольшой деревушке. Мы присели на стулья, и я попросил что-нибудь покушать. Мне принесли кусок вареной курятины, достаточно тощей, маленький кусочек хлеба и бокал вина. Вино было неплохим, а курица была великолепной для меня, потому что не было сил говорить о гастрономических изысках. Гастон сидел и попивал кофе, раздумывая, как он будет объяснять задержку в дороге.
- Вали все на меня, - сказал я плотно набитым ртом.
- Придется, - улыбнулся один из главных дипломатов Франции, - так почему наши бистро имеют такие названия?
- Мне кажется, что лет сто назад здесь были усские. Они требовали, чтобы обслуживание было быстрым и всегда кричали "быстро!". Вот поэтому ваши заведения и назвали усским словом - бистро, - наугад сказал я. Похоже, что наши планеты в целом идентичны и если есть какое-то расхождение в истории, то не очень и большое.
- Может быть, оно и так, но сейчас Оссия не находится в числе стран-победительниц и вообще неизвестно, где она будет находиться в самое ближайшее время, - сказал мой сопровождающий. Ему явно было неприятно напоминание о прошлых и не вполне приятных для него страницах истории Ранции.
Я встал из-за стола. Бокал легкого вина и курица оказали на меня эйфорическое воздействие. Мне стало хорошо на этой планете, где почти все так же, как и у нас. Такие же прекрасные милые люди, такой же воздух, солнце. Мы сели в машину, и я сразу задремал, пропустив все, что встречалось нам по пути к столице этой страны.
Гастон хотя и занимал достаточно высокий пост в министерстве иностранных дел, но по возрасту был еще молод, лет тридцать пять, максимум - тридцать шесть. Он разбудил меня и сказал, что через пять минут мы будем у дворца президента. Президента зовут Александр, фамилия Ильеран, но обращаться к нему нужно Ваше превосходительство. Я кивнул головой в знак того, что понял.
Машина подъехала к полукруглому крыльцу, у которого стояли два гвардейца в красных шелковых эполетах и с винтовками в руках, а также находилось человек двадцать с блокнотами и с фотоаппаратами на треногах. Журналисты.
Одновременно с моим выходом из машины открылась входная стеклянная дверь. На крыльцо вышел мужчина лет шестидесяти, в черном сюртуке, жилетке с часовой цепью и в белой рубашке с галстуком в виде бабочки, спрятанной под отвороты воротника рубашки.
- Это он, - успел шепнуть "мидовец".
- Здравствуйте, здравствуйте, мой дорогой, - сказал президент Ранции, - заключая меня в свои объятия.
Защелкали магниевые "блицы". Протокольная фотосъемка закончена. Мы прошли в кабинет президента.
- Ваше Превосходительство, - торжественно сказал я, - прошу принять документы, свидетельствующие о моей миссии на вашу планету.
С этими словами я протянул ему обращение ООН на французском языке. Президент взял документ, исполненный в цветном изображении на прекрасной бумаге с водяными знаками, прочитал один раз, прочитал второй, посмотрел на меня. Побарабанил пальцами по столу и сказал:
- Так, значит все правильно то, что мне пытались доказать два человека, принявшие ваш радиосигнал. С какой целью вы прибыли на нашу планету?
Я постарался популярно разъяснить ему, что наша планета примерно такая же, как и эта. В нашей Галактике не обнаружено обитаемых планет и научным путем было доказано, что в противоположной от нас Галактике должна быть аналогичная планета, населенная примерно похожими на нас людьми и что эта планета является противовесом в системе равновесия наших Галактик.
- Получается, что вы только предполагали, что такая планета есть, - сказал президент, подытожив сказанное мною. - А если бы расчеты оказались ошибочными? Тогда как?
- Летел бы дальше, Ваше Превосходительство, - ответил я, - пока мой корабль не сгорел бы при входе в атмосферу какой-нибудь планеты, если бы срока моей жизни не хватило для уклонения от нее.
- Вы имеете какую-нибудь миссионерскую или цивилизаторскую цель на нашей планете? - спросил президент.
- Какая может быть цель у ученого, подтвердившего теорию о существовании параллельной планеты? - вопросом на вопрос ответил я. - Теория подтверждена. Исследователь должен познакомиться с тем, что им было открыто, чему-то научиться у новых людей, чему-то научить их и установить отношения дружбы. Вернуться домой и доложить обо всем виденном.
- А не думаете ли вы, что ваши знания могут быть использованы во вред нашей стране? - спросил Ильеран.
- Мы ненамного ушли вперед по сравнению с вами и знаем, что вред себе могут нанести лишь жители своих стран, - сказал я. - Сотрудничество всех стран приносит только обоюдную пользу, а вот эгоистические интересы отдельных стран могут быть опасны для всех. Вы не могли бы сказать, какой сейчас год на планете Емля, а то я никак не могу точно установить это сам.
- Сейчас год 7920 от сотворения мира, - сказал президент.
Странные люди
Эта цифра мне ничего не дала.
- Была ли недавно большая война? - снова задал я вопрос.
- Да, в 7918 году закончилась война, и мы победили в ней. А агрессоры достойно наказаны, - гордо сказал Ильеран.
Так и есть, сейчас у них по-нашему 1920-й год. Все сходится. История идет параллельно с интервалом примерно в шестьдесят лет.
- Чем вы думаете заниматься в Ранции? - спросил меня президент.
- Я хочу познакомиться с вашей страной, с другими странами, рассказать о нас, сравнить наши жизни, что-то помочь, а потом буду собираться в обратный полет, - сказал я. - Прошу еще обеспечить сохранность моего корабля.
- Вы усский? - последовал следующий вопрос.
- На своей планете я русский, а здесь я представитель планеты Земля, - отпарировал я.
- У вас есть средства для съема жилья, на питание, а также на организацию охраны вашего самолета? - спросил меня Ильеран.
Интересно, на нашу планету прилетели бы инопланетяне, а мы им сразу - а ну, покажь пачпорт. Нет пачпорта - летите отсюда к едерене фене. Сам этот Ильеран какой-то усский.
- Я думаю, что смогу заработать себе на пропитание, господин президент, - сказал я и встал, показав, что удивлен подобным приемом.
- Ну, и хорошо, - дружелюбно сказал президент, возвращая мне обращение ООН на ранцузском языке. - Таможенные органы проверят ваш корабль, а министерство внутренних дел поставит нашу визу и определит срок пребывания в Ранции.
Странная страна эта Ранция. Она и у нас тоже странная. Все у нее на пределе. Так можно сорваться, и поменять номер республики. То, из чего страна может извлечь политическую и иную выгоду, отдают в руки МВД. Во всех странах всем занимаются голубые мундиры и народ им послушен. И во все времена французы были скопидомами. И все это вранье, что они самые лучшие любовники. Это легенда, созданная ими же.