Страница 95 из 107
— Не подходи ко мне, ненормальный!
— Тише-тише, — нашептывала Гермиона, поглаживая Джинни по волосам. — Мы все перенервничали, нам надо успокоиться.
— Гермивона, у тебя жук, — Виктор потянулся к запутанным волосам Грейнджер. — Погоди, я сниму.
В волосах у Гермионы действительно обнаружился водяной жук. Крам снял его и бросил в озеро. Саша невольно поймал себя на мысли, что он бы раздавил жука.
— Судьи идут, — прошептала Джинни, которая вновь подошла к Саше, пока тот предавался каким-то странным размышлениям.
— Судьи в замешательстве, — над озером прокатился магически усиленный голос Бэгмена. — Никто не ожидал от вас командной работы. Однако предводительница тритонов и русалок утверждает, что вы показали блестящую работу в команде, а также заботились не только каждый о своем, но и о чужих пленниках. Мы считаем, что вам стоит присудить одинаковое количество баллов.
Трибуны взревели.
— Каждый участник получает по сорок баллов. Штраф в десять баллов судьи объясняют тем, что каждый должен был справиться с заданием самостоятельно, и командная работа является нарушением.
— Сириус, — вполголоса позвал Саша, и Блэк чуть наклонился к нему.
— Да, Гарри. Говори.
— Мы считаем, что это было против правил — подвергать опасности тех, кто не является Чемпионами. Я о жертвах. К тому же они все несовершеннолетние. Кроме, может быть, Чжоу. Я бы уточнил, но все равно. Все участники — даже, черт с ним, я
— знали, на что идут и были в курсе того, что испытания опасны. Но девчонки не соглашались на такое. Попробуешь копнуть в этом направлении?
— Хм, резонно, — Сириус кивнул. — Я поговорю с Дамблдором и Бэгменом.
— Вот и славно, спасибо.
Сириус решительным шагом направился к судьям, а Саша поудобнее завернулся в плед и подумал о том, что пора бы и в башню вернуться. Точнее, в свой потайной кабинет — в башне мог быть смертельно разобиженный Рон, а общаться с ним сейчас совершенно не было настроения.
========== Часть IV. Глава 19. Слава - неверная подруга ==========
Впрочем, Саша все же направился в спальню. Пока они добрели до замка, стало ясно, что Рон, его возможные обиды и неудовольствие меркнут перед той усталостью, что ломила мышцы. Казалось, вымоталась каждая клетка в теле, а коль скоро до ужина было еще очень много времени, вздремнуть часок-другой в спальне казалось не таким-то и плохим решением.
Как только Саша переступил порог спальни, послышался звук задвигаемой шторы — Рон задернул полог своей кровати. «Как будто это меня волнует», — мысленно фыркнул Саша, стянул с себя мантию, рухнул на кровать и провалился в сон.
Он брел по каким-то зарослям, не разбирая дороги. Тропа была такой узкой, что ветви царапали лицо, а заросли настолько густыми, что Саша не мог разглядеть неба, когда поднимал голову. Справа слышалось надсадное дыхание, словно что-то пробиралось через эту чащу вместе с ним, но ничего не было видно. Лишь тусклый огонек на кончике палочки, сырая утоптанная земля под ногами да хищные ветви, которые словно лапы неведомого чудища хватали и тянули назад, не давая пройти. Саша прислушивался, надеясь различить хоть малейший намек на то, где же он оказался, он весь обратился в слух. Но в этом месте царила тишина и темнота, и не было ничего, кроме напряжения всех чувств, кроме звона оголенных нервов.
— Рональд Уизли! — от вопля на высокой частоте остановилось сердце. Саша и сам от неожиданности закричал и рухнул с кровати.
Он сидел на полу у своей тумбочки и потирал ушибленный затылок. За окном начинало смеркаться и, судя по всему, близился ужин. Рон обнаружился тоже на полу у своей кровати, огорошенный и напуганный, а над ним нависло маленькое красное письмо.
— Перси написал мне о твоем поведении и я крайне им недовольна! Вместо того, чтоб поддержать друга в нелегкий час, ты ведешь себя как последний эгоист!
Рон тяжело сглотнул и приоткрыл рот, но, видимо, вспомнил, что оправдываться перед письмом смысла нет.
— Конечно же профессор Дамблдор связывался с нами и конечно же мы были в курсе того, что Джинни будет задействована во втором испытании. Рональд Уизли! В школе есть еще два брата Джинни и я запрещаю тебе вмешиваться в ее жизнь!
Саша возликовал. Причем, сразу по двум пунктам: во-первых, можно было не скандалить с Дамблдором, да и он оказался не дураком, что делало ему определенную честь. Во-вторых, после выволочки от матери — не на весь Большой Зал, всего-то на всю спальню — Рон должен был присмиреть. Впрочем, никто не исключал того, что крик миссис Уизли, усиленный письмом, слышали и соседние этажи.
— Фред и Джордж давно писали мне о твоем поведении! Мы с отцом разочарованы! Мы не так тебя воспитывали! — выкрикнуло письмо и повернулось к Саше, словно знало, что тот в спальне. — Гарри, милый, ты такой молодец. Не переживай, Джинни ничего не угрожало, мы были в курсе ее участия в Турнире.
— А, ну хорошо, спасибо, — пробормотал Саша. Письмо вспыхнуло и сгорело в мгновение ока, и в спальне повисла напряженная тишина.
— Я, — осторожно начал Рон.
— Опять влез не в свое дело, — Саша пожал плечами.
— Да. Прости. Просто я никак не могу перестать думать о том, что ты участвуешь в Турнире, что ты Чемпион, хотя это не положено по возрасту, и…
— И завидуешь, — заключил Саша. — Слушай, я бы с радостью поменялся хоть с тобой, хоть с кем-либо другим из числа желающих, но этот чертов магический контракт не дает.
Они немного помолчали, пока Невилл, Дин и Симус приходили в себя после криков Молли.
— Слушай, я знаю, что веду себя как последний идиот. И что я уже обещал после первого тура, что успокоюсь. Просто… Вы с Джинни пошли на бал, Гермиона общается с Крамом, да и вы тоже.
— Если бы ты вел себя нормально, думаешь, мы не взяли бы тебя в компанию? Рон, ты пойми, мы ж не звери. Просто твоя реакция зачастую выводит из себя.
Рон вздохнул и понурил голову.
— Попробуй проще ко всему относиться, — продолжал Саша. — Ты слишком все усложняешь. Когда пора будет усложнять, мы скажем, не переживай. А пока попробуй просто наслаждаться жизнью. И нет, я не устраиваю тебе выволочку. Я просто говорю правду.
— Ты всегда говоришь правду, только звучит она… Не очень, — признался Рон.
— Какая правда, такое и звучание, — отмахнулся Саша.
— Ну так что, мир? — Рон поднялся с пола, подошел к Саше и протянул ладонь для рукопожатия.
— Мир. Но больше чтоб таких заскоков не было.
В общей гостиной их примирение восприняли как радостную новость.
— Если б вы только знали, как достали меня со своей грызней, — Джинни обняла брата. — Гарри еще ничего, просто не комментирует и находит дела поважнее, а вот ты как с цепи сорвался, и это так ужасно.
— Прости, Джин, серьезно, — Рон похлопал ее по плечу. — И ты, Гермиона, прости. Разумеется, это очень круто, что ты общаешься с Крамом.
— Он замечательный. И совсем не такой, как ты мог подумать. Он очень простой. Вот увидишь, — Грейнджер улыбнулась, а Рон просиял. Если отбросить шелуху, ему только что пообещали знакомство с Крамом, звездой мирового квиддича.
На следующее утро их ожидала новая головная боль: когда Саша, Джинни, Гермиона и Рон вошли в Большой Зал на завтрак, все присутствующие, словно по команде, повернулись к ним.
— Что, Грейнджер, допрыгалась? — донесся со стороны слизеринского стола голос Панси Паркинсон.
— Я сейчас чего-то не понял, — Саша хищно прищурился.
— На, почитай, — Малфой встал со своего места, прошел к Саше, сунул ему в руки газету и вышел из Большого Зала. За ним, как всегда неотступно, следовали Крэбб и Гойл.
«Меркантильность молодого поколения ведьм ужасает.
Вчера закончился второй этап Турнира Трех Волшебников, в рамках которого у Чемпионов было похищено самое ценное. Как ни странно это звучит, самым ценным для молодых ребят оказались девушки. Гермиона Грейнджер посетила Святочный бал с Виктором Крамом и, видимо, стала для него весьма ценным приобретением, равно как и Джиневра Уизли для Гарри Поттера, самого молодого Чемпиона. Большинство читателей может испустить вздох умиления, однако давайте рассмотрим ситуацию подробнее.