Страница 72 из 98
— Вы с Эбби из-за чего-то ругались? — попыталась она начать разговор.
— Мы… — Кларк посмотрела на нее, но быстро отвернулась, снова уставившись на дорогу, — У нас не простые отношения. То есть… — она никак не могла подобрать нужные слова, — Я это только недавно поняла. Раньше мне так не казалось, но теперь есть с чем сравнивать.
— Мне твоя мама нравится, — как бы между прочим сказала Рейвен, — классная тетка. Как-то так получается, что мы с ней чаще всего болтаем, когда есть о чем. Тебе бы с меня пример брать. Ну, — она побарабанила пальцами по рулю, — по части налаживания с ней отношений. Уж не знаю, что за кошка между вами пробежала, но, если тебе интересно мое мнение, мне кажется, она хорошая.
— Я не сомневаюсь, что так и есть, — сказала Кларк, задумавшись, — но отношение к человеку всегда меняется, когда проходит два года, три, пять, десять… даже если сам он не сильно изменился. Все накладывается, знаешь… особенно, когда это касается родителей, — она запнулась, — Ой, прости, я не…
— Это не больная тема, — отмахнулась Рейвен, — я их не знала. Но я поняла тебя. У меня с Финном так же. Он думает, что раз мы восемь лет жили душа в душу, а потом разошлись, то сможем теперь быть типа как брат и сестра. Наивный, — она фыркнула, — и ведь он тоже, по сути, не изменился. Просто перестал меня любить. Но в отношениях это значит все. Тебе с этим проще, вы-то с Эбби друг друга любить не перестанете, что бы там между вами ни было.
— Ты права, — после некоторой паузы ответила Кларк, а затем локтем уперлась в дверцу и легла щекой на кулак, — Рано или поздно мы с этим разберемся. Это не самая страшная наша проблема.
— Да уж. Что там семейные терки рядом с этими ребятами, — он кивнула на дорогу, по которой ковылял ходячий, и аккуратно объехала его.
— Значит, займемся терапией по приезду. Как думаешь, сможем мы стать друзьями?
— Не знаю, Кларк, — Рейвен улыбнулась, — когда нас всего пятеро, вариантов, как к кому относиться, не много. Я думала, что ненавижу тебя, — она посмотрела на Кларк и пожала плечами, — Что? Это правда.
— И что изменилось?
— Ты поняла, что вскакивать на моего… бывшего парня — плохая идея. Продолжай в том же духе и скоро начну приглашать тебя на дивишники.
— А что насчет меня? — подал голос с заднего сидения Джексон.
— С тобой все дружат, — попыталась подбодрить его Кларк.
— Да ладно, вы даже моего имени не знаете.
— Что за глупости? Конечно, мы его знаем, — уверенно произнесла Рейвен.
— Ну и?
Повисла неловкая пауза.
— О, смотрите, приехали! — спасла положение Кларк.
Вайнленд и Милвилл начинали так же, как и Бриджтон. Это были два провинциальных городка, представлявшие из себя спальные районы, усеянные частными домами. Но если Бриджтон, оставаясь очень маленьким по площади городом, развивал внутреннюю инфраструктуру и стал похож на кусок пригорода Филадельфии, который переместили в Нью-Джерси, то Милвилл и Вайнленд, напротив, росли только вширь, в конце концов сросшись в один большой спальный район, который лишь номинально считают двумя городками. Только на юге находился небольшой район из кирпичных построек, но он считался чуть ли не здешними трущобами и был бельмом на глазу у местных. Однако, именно туда их путь и лежал, ведь в том районе располагалась крупная аптека.
Они проехались вдоль окраины города, затем оставили машину, решив не маскировать ее, ведь им может понадобиться скорый отход, да и ноябрьский день не шел ни в какое сравнение с летним. К шести часам вечера солнце подавало последние признаки жизни, и через час сумерки уже собирались сгущаться. Троице необходимо было как можно скорее добраться до аптеки.
В том, что оставить машину было хорошей идеей, они убедились практически сразу же. Ходячих в городе оказалось куда больше, чем они предполагали, и на шум двигателя сюда быстро стеклась бы не одна сотня. Так можно было угодить в ловушку, из который практически невозможно было бы вырваться, даже будучи на колесах. Благодаря ранее проведенным вылазкам все уже научились передвигаться достаточно тихо, чтобы не привлекать лишнее внимание. Они выбирали наиболее пустынные улицы, не стесняясь делать иной раз большой крюк, лишь бы не задерживаться надолго, стараясь прошмыгнуть мимо очередной группы.
— Если подумать, — шепнула Кларк, — Бриджтон совсем неподалеку, — она указала рукой на запад, — двадцать с небольшим миль, и мы дома.
— Как думаешь, мы могли бы, ну, знаешь, вернуться туда как-нибудь? Я бы заглянула к себе, собрала кое-какие вещи. Да, думаю, у всех найдется что-то, что можно было бы забрать.
— Теперь преодолеть двадцать миль, пересекая город, даже такой маленький, — это почти невыполнимая задача, — Кларк приподнялась и посмотрела через деревянный забор на соседнюю улицу, — Я все думала об арсенале в полицейском участке. Должно быть, военные его забрали с собой, но если нет… Нам бы пригодились лишние стволы, так, на экстренный случай.
Они вдруг услышали пронзительный женский крик, и все встрепенулись. Рейвен посмотрела на Кларк и прочла в ее глазах то же удивление. Неподалеку был живой человек. Прошло больше двух месяцев с тех пор, как они встретили в последний раз других людей. Рейвен подошла к краю забора и выглянула за угол. Она увидела, что по улице бежит женщина. Вид у нее был ужасный — вся испачканная в чем-то, одежда рваная, сама она пошатывалась, словно бежала уже давно и была полностью вымотана.
— Надо помочь ей! — воскликнул Джексон и посмотрел на остальных.
— Конечно, — согласилась Рейвен, — идем.
— Стоп! — шикнула Кларк, — Не высовывайтесь!
— Но…
— На этой улице нет ходячих. От кого она бежит?
Ответ не заставил себя долго ждать.
Когда женщина пробежала до середины улицы, с дальнего конца вышли шесть фигур. Они были не сутулые, они не шаркали по земле, подволакивая ноги. Это были обычные, живые люди, шедшие по улице с пистолетами и винтовками в руках. Один из них остановился, вскинул оружие и выстрелил. Женщина вскрикнула, схватилась за плечо, запнулась и упала на землю. Она попыталась встать, но когда вторая пуля выбила крошку у нее рядом с рукой, женщина просто перевернулась на спину и подняла вверх руки.
— Не стоило этого делать, Анджела! — обратился к ней один из шестерки.
Они обступили девушку, и Рейвен, наконец, смогла нормально осмотреть их. Трое черных, трое белых. Все были жилистыми, крепкими на вид мужчинами. Помимо того оружия, что каждый держал в руках, у каждого в ножнах покоились даже не ножи, а что-то, напоминающее турецкие сабли. Похоже, что эти люди не поленились ограбить лавку со средневековым холодным оружием.
Тот из них, что навис над беззащитной женщиной, обладал весьма запоминающейся внешностью. Кожа его была даже слишком бледной, словно он никогда не выходил на солнце, благодаря росту где-то в метр девяносто возвышался над остальными, сверкая наголо бритой головой. Он стоял лицом к Рейвен, и оно ее ужаснуло: узкое и вытянутое, с длинным тонким орлиным носом и небольшими, но будто выпученными глазами. Мужчина напоминал ей своим видом хищную птицу.
— Мы ведь отпустили тебя на все четыре стороны, Анджела, — мягким низким голосом произнес он, покачивая перед лицом женщины дулом пистолета, — Неслыханная щедрость с нашей стороны. Тебе повезло, у тебя с собой ничего не было, ты была одна-одинешенька. Не было никакого смысла тебя трогать.
— Я… — дрожащим голосом попыталась сказать что-то Анжела, но сразу же получила по лицу наотмашь стволом пистолета.
— Помолчи, — уже более резко потребовал мужчина, — Да, ты просила у нас убежища, знаю. Но, — он развел руками, — ты просто посмотри на себя. Давай-давай, посмотри, — он подождал, пока женщина опустит взгляд вниз, — Вот, видишь? Ты абсолютно бес-по-лез-на. Однако, тебе хватило наглости вернуться и украсть у нас нашу еду. Прости, но… — он оскалился, — обычно мы убиваем людей и за меньшее.
— Тристан, — обратился к нему молодой черный парень, такой же бритоголовый, как их вожак, — Она взяла совсем немного. Может, заберем все, и пусть катится отсюда? Не думаю, что она…