Страница 39 из 98
Джейк услышал шум двигателей — это военные покидали периметр. Собравшись с силами, он еще раз приподнял голову. Джейк увидел, что ворота до сих пор распахнуты. Скоро на выстрелы придут ходячие, и ничто их не остановит. Кларк умрет, Эбби умрет. Джейк еще раз глянул на свою рану — теперь красное пятно набухло и разлилось по всей груди. У него не хватит сил закрыть ворота, но этого и не требовалось. Нужно было всего лишь найти любого, кто бы проснулся от выстрелов и вышел на улицу. Джейк перевернулся на грудь и на руках пополз вдоль улицы, оставляя за собой длинный шлейф из собственной крови. Ему удалось продвинуться на целых три метра, когда он отключился, но затем вновь очнулся. Похоже, это продлилось всего пару мгновений, так как людей вокруг до сих пор не было. Куда же все подевались? Похоже, что никто не собирался приходить к нему на помощь.
— Ничего, — медленно прошептал он одними губами, — ничего.
Почему ему было тяжело даже говорить? Нет, так не годится. Ему ведь еще столько предстоит сделать. Нужно было добраться до дома, а с таким подходом он далеко не уйдет. Собрав волю в кулак, он собрался двигаться вперед, но тут вдруг понял, что руки перестали его слушаться. Перед глазами пошли круги. Происходящее было для него каким-то нереальным. Не мог какой-то кусочек железа в груди так его ослабить. Нет. Организм должен это понять. Он должен двигаться дальше. Вот сейчас боль поутихнет, и он сможет начать ползти. Ради Кларк. Ради Эбби. Он сможет это сделать. Он…
========== День 29 и Исход ==========
1 сентября 2007
Начало учебного года Кларк не пугало. В целом, ее сверстники делились на два лагеря — те, кто предавался в школе странной американской традиции бороться за популярность, и те, кто был в этом не заинтересован. Для большинства представителей второго лагеря возвращаться на учебу было в тягость, потому что приходилось вновь окунаться в среду, где помимо обязанностей, от которых за лето отвыкаешь, на тебя наваливается гора условностей местных отношений. Кларк была одной из самых успевающих учениц среди сверстниц, но лишь к пятнадцати годам стало понятно, что она также была одной из самых привлекательных. При всем при этом, как-то воспользоваться этим для привлечения внимания она не захотела, оставшись в итоге летать в так называемой зоне эпсилона, куда попадали яркие индивидуальности, не способные ассоциировать себя с какой-то компанией или же просто настолько серые подростки, что остальным было к ним не прикопаться, и не за что их выделить. И все же возвращение в школу ее радовало. Это была и возможность набраться ума, и занять время какой-то рутиной. Летом с этим были проблемы. Они с семьей ездили то к родителям Эбби, то к родителям Джейка, но какой-то сильной привязанности Кларк не чувствовала ни к своим бабушкам, ни к своим дедушкам, слишком уж редко они виделись.
— Волнуешься? — не отвлекаясь от дороги, спросил ее отец.
— Спать хочу, — буркнула Кларк и, прислонив лоб к стеклу, без интереса смотрела на мелькавших перед глазами прохожих.
Джейк оказался победителем лотереи под названием «будешь отвозить ребенка в школу весь следующий месяц». Кларк про себя признавала, что делал он это с куда большей охотой, чем Эбби, ведь у него хотя бы была такая роскошь, как нормированный рабочий день. Ее мать, напротив, нередко отдавалась работе целиком, что часто сказывалось на ее раздражительности дома.
— У вас будут новые ребята? — спросил Джейк.
— Нет. Не знаю. Какая разница? — Кларк пожала плечами.
— Может, заведешь новых друзей. Для такой целеустремленной девушки у тебя довольно мало знакомых.
— У меня есть Уэллс.
— У тебя есть Уэллс, — усмехнувшись, повторил Джейк, — Ты же знаешь, что это не считается. Ну, разве что вы с ним…
— О господи, пап, — Кларк повернулась к нему и нахмурилась, — о чем ты думаешь?
— Думаю, что рановато начал этот разговор, — побарабанив пальцами по рулю, ответил Джейк.
— Мне хватает Уэллса, — произнесла Кларк и задумалась, — и я пока не хочу заниматься сексом…
Глаза Джейка расширились, и он сделал вид, что подавился, сдавленно кашлянув.
— С Уэллсом так точно, — добавила Кларк.
— Точно рановато, — сказал Джейк, — Просто мы с мамой хотим, чтобы ты, ну, знаешь, нашла себя. Тебе еще совсем чуть-чуть до взрослой жизни, хотелось бы знать, есть ли у тебя планы. Знаешь, такие, типа, не съездить в Европу, а «где я хочу быть через десять лет?»
— Подальше от ваших с мамой разборок, — скрестив руки на груди, ответила Кларк и сползла вниз по сиденью, прикрыв глаза.
— Ауч, — скривившись, бросил Джейк.
— Серьезно, сколько можно? Вас как послушать, так не поймешь, как вы еще лет десять назад друг друга во сне не придушили.
— Это взрослый разговор, Кларк, — попытался уйти от ответа Джейк.
— А у нас на заднем сиденье развалился мой младший братик? — с иронией произнесла Кларк и демонстративно повернулась назад, чтобы посмотреть на пустое место, — Пап, если ты не заметил, мне уже пятнадцать. У меня вон сиськи уже в два раза больше, чем у одноклассниц. Так что пора бы вам обоим начать слушать, что я говорю. А говорю я, что меня достала ваша домашняя войнушка. Или разводитесь уже, или… — она не закончила, лишь подняла вверх ладонь.
Джейк слушал ее, улыбаясь. В какой-то момент он прыснул и покачал головой.
— Не вовремя ты решила стать трудным подростком.
— Серьезно? — возмущенно спросила Кларк, — Ты вообще меня слушал?
— А ты меня? Я не говорю, что тебе надо прям вот сейчас решить, кем ты хочешь быть… хотя, на самом деле, хотелось бы, но, может, стоит разнообразить свои походы от школы до дома?
— Почему бы и нет, — вновь скрестив руки на груди и помрачнев, сказала Кларк, — Могу сбежать из дома, прибиться к группе рокеров и колесить по стране, срывая овации. Может, обдолблюсь чем-нибудь, да помру, как Джимми Хендрикс.
— Вот, — Джейк щелкнул пальцами и указал на Кларк, — я куплю тебе гитару, — он припарковался, и посмотрел на дочь, пытаясь понять ее реакцию, — Синтезатор? Ударники?.. Тромбон?
— Гитары будет достаточно, — хлопнув себя по коленям и заулыбавшись, сказала Кларк, — Может, забацаю что-нибудь на выпускной. А еще хочу мольберт с красками. У меня есть наброски, но хочу стать профи. А еще надо подыскать мне машину, я бы права получила в следующем году и…
— Давай пока остановимся на гитаре, — остановил ее Джейк и засмеялся.
— Ты сам открыл этот ящик, пап. Теперь держитесь.
— Хорошо, хорошо, — сказал Джейк и придержал дочь за руку, прежде, чем та вышла из машины, — У тебя сегодня занятия в новом крыле. Ты там была? Не заблудишься?
— Мы в Бриджтоне, пап, — сказала Кларк так, словно это было не очевидно, — тут так мало места, что при всем желании не потеряешься.
***
1 сентября 2010
Когда его разбудили, он понял, что провалил поставленную самим собой задачу.
— Уэллс! — трясла его за плечо Кларк, — Вставай!
После того, что случилось прошлым вечером, он планировал глаз с нее не спускать. Но это оказалось куда утомительнее, чем он предполагал, и к ночи навалившаяся усталость разрушила все изначальные планы. Подумать только, за это время Кларк могла передумать, сбежать из дома и попробовать закончить начатое, погибнуть, и все из-за того, что его глаза сами собой захлопнулись в самый неподходящий момент. Уэллс поругал себя, резко вскочив с кровати. Он посмотрел в окно, откуда первые рассветные лучи обволакивали его приятным тускло-оранжевым свечением.
— Кларк? Ты в порядке? — первым делом поинтересовался он.
— В окно, в окно смотри! — раздраженно сказала она, пусть и не со зла.
Кларк схватила Уэллса за руку и потащила к окну. Распахнув его и выйдя на балкон, он окунулся в какофонию ужаса, который надеялся больше никогда не услышать. Но это снова случилось, как и три недели назад. То из одного места, то из другого доносились истошные вопли. Они возникали резко, разносясь эхом по улицам, и так же резко обрывались. Уэллс услышал скрип тормозящей машины и глухой удар. В отличие от криков, это было неподалеку. На стыке улиц, где начиналась слепая зона, брело несколько человек. Уэллс даже издалека мог понять, что это ходячие. Он смахнул со лба выступивший холодный под.