Страница 78 из 103
- Эти дары услаждают мой взор, - неприятным, Резким голосом произнес ученик Торака. - Пускай другие тоже подойдут и сделают приношения новому богу Ангарака.
По толпе чандимов пробежала волна испуга, послышалось торопливое перешептывание.
Пошептавшись, они положили к алтарю дары в простых деревянных коробках. Когда их открыли, оказалось, что там нет ничего, кроме щебня и веточек. Каждый чандим, поставив свою ношу на черный камень алтаря, исподтишка брал одну из стоявших там золоченых шкатулок.
Урвон пожирал глазами коробки и шкатулки, но явно не мог отличить золото от гравия, а священники по очереди подходили к алтарю, оставляя на нем одно приношение и забирая другое.
- Я очень доволен вами, мои жрецы, - произнес Урвон резким голосом после того, как был разыгран этот фарс. - Вы принесли к моим ногам несметные богатства.
Чандимы, карандийцы и гвардейцы поднялись на ноги, а темная фигура продолжала тем временем что-то нашептывать на ухо Урвону.
- А теперь перед вами предстанет господин Менх, - провозгласил безумец, который из всех, кто мне служит, пользуется наибольшей моей благосклонностью, потому что это он открыл мне глаза на мою божественную суть. - Он показал на стоявшую за ним тень. - Пускай господин Менх выразит богу Урвону свое почтение, и он будет милостиво принят новым богом Ангарака, - раздался голос, исходящий, казалось, из могилы.
Из противоположного угла комнаты снова вырвался звук фанфар, и этот же глухой голос произнес:
- Слава Урвону, новому богу Ангарака! Подойди, Менх, и засвидетельствуй свое почтение ныне живущему богу.
Снова раздалась барабанная дробь, и человек в черном плаще гролима прошествовал по широкому проходу к алтарю. Дойдя до возвышения, он преклонил колена перед безумцем, восседавшим на троне Торака.
- А теперь взгляните на благородное лицо господина Менха, любимого слуги бога Урвона, который вскоре станет его Первым Учеником, - продолжал глухой голос.
Человек, стоящий перед алтарем, повернулся и, скинув с головы капюшон, открыл свое лицо.
Гарион вздрогнул, с трудом подавив готовый вырваться у него возглас удивления. Перед алтарем стоял Харакан.
Глава 18
Белар! - вырвалось у Шелка. - Пускай все склонятся перед первым апостолом вашего бога! - провозгласил Урвон своим резким голосом. - Я приказываю вам почтить его.
По толпе чандимов пробежал шепот удивления, и Гариону, смотревшему на них сверху, показалось, что на некоторых лицах отразилось явное неповиновение. - На колени! - пронзительным голосом вскричал Урвон, вскакивая на ноги. - Он - мой апостол! Чандимы поглядели сначала на разгневанного безумца, а затем - на жесткое лицо Харакана. В страхе они пали на колени.
- Я рад видеть, с какой готовностью вы повинуетесь повелениям вашего бога, - насмешливо произнес Харакан. - Я этого не забуду. - В его голосе прозвучала почти неприкрытая угроза.
- Знайте все, что мой апостол говорит моим голосом, - провозгласил Урвон, снова садясь на трон. - Его слова - это мои слова, и вы обязаны повиноваться ему точно так же, как и мне.
- Запомните слова вашего бога, - с той же издевкой сказал Харакан, - ибо велик бог Ангарака, и горе тому, кто его прогневит. Запомните также, что я, Менх, не только голос Урвона, но и меч его, и участь непослушных в моих руках. - Харакан уже открыто угрожал. Медленно обвел взглядом лица собравшихся в комнате жрецов, как бы бросая вызов каждому, кто посмеет ему возражать.
- Слава Менху, апостолу живого бога! - крикнул один из одетых в кольчугу гвардейцев.
- Слава Менху! - отозвались другие гвардейцы, приветствуя его ударами кулаков по щитам.
- Слава Менху! - закричали карандийцы.
- Слава Менху! - произнесли коленопреклоненные чандимы, смирившись наконец, а потом огромные псы подползли на брюхе к ногам Харакана и стали лизать его башмаки.
- Хорошо, - резким голосом произнес сидящий на троне безумец. - Знайте, что бог Ангарака доволен вами.
И тут в Тронном зале появилась еще одна фигура, вошедшая через те же рваные занавеси, через которые раньше прошел Урвон. Она была одета в атласное платье, плотно облегавшее тонкий стан. Голова ее была прикрыта черной накидкой, а под одеждой спрятан какой-то предмет. Дойдя до алтаря, она, закинув голову, залилась безудержным хохотом, открыв при этом лицо, белое как мрамор, одновременно поражающее своей неземной красотой и такой же жестокостью.
- Несчастные безумцы, - раздался хриплый голос. - Вы думаете, что можно провозгласить нового ангараканского бога без моего разрешения?
- Я не вызывал тебя, Зандрамас! - закричал на нее Урвон.
- Я не подчиняюсь тебе, Урвон, - ответила она полным презрения голосом, и я являюсь без твоего вызова. Я не принадлежу тебе, как все эти собаки; Я повинуюсь истинному богу Ангарака, который, явившись, свергнет тебя.
- Бог Ангарака - это я! - взвизгнул он. Харакан, обойдя алтарь, пошел на нее.
- А ты, ничтожный Харакан, хочешь сразить Дитя Тьмы? - холодно спросила она. - Ты сменил имя, но сила твоя не стала больше. - Голос ее был холоден как лед.
Харакан остановился, и взгляд его потух.
Она повернулась к Урвону.
- Я в отчаянии от того, что ты не сообщил мне о своем обожествлении, Урвон, - продолжала она, - ибо, если бы я об этом знала, явилась бы, чтобы выразить тебе почтение и испросить твоего благословения. - Ее губы скривились в издевательской усмешке. - Ты? - сказала она. - Ты - бог? Ты можешь сидеть на троне Торака до тех пор, пока этот Дом не превратится в руины, но бога из тебя все равно не получится. Ты можешь перебирать камушки, называя их золотом, но все равно не станешь богом. Ты можешь упиваться обожанием пресмыкающихся перед тобой собак, оскверняющих воздух в этом зале своим нечистым дыханием, но все равно ты никогда не станешь богом. Ты можешь жадно прислушиваться к словам прирученного тобой демона Нахаза, который теперь нашептывает в твое ухо безумные советы, но ты никогда не сделаешься богом.
- Я - бог! - крикнул Урвон, снова вскочив с
трона.
- Ну и что? Может быть, так оно и есть, Урвон, - произнесла она почти елейным голосом. - Но если ты действительно бог, то радуйся, пока есть время, ибо, как и искалеченный Торак, ты обречен.