Страница 20 из 27
- Потом займусь своей личной жизнью.
- А в ней не будет места мне?
- Не знаю. Я вообще еще ничего не знаю.
- Может, ты еще вернешься сюда?
- Я не хочу причинять тебе никаких страданий. Постарайся понять меня.
- У тебя есть женщина...
- Да. Ее зовут Бесс.
- Она ждет тебя?
- Да, она всегда ждет меня.
- Хочет выйти за тебя замуж?
- Да.
- А ты хочешь жениться на ней?
Фрост закурил новую сигарету и кивнул.
- Как тебе все объяснить... Дело в том, что я не представляю себя в семье... Но я люблю ее.
- Я хочу, чтобы ты знал, что тебе всегда будут здесь рады, если ты когда-нибудь надумаешь заехать ко мне в гости. Но я понимаю, что тебе нужно решить свои проблемы и не хочу тебя удерживать против твоей собственной воли. Махмед еще слаб и вряд ли сможет тебе помочь несколько ближайших дней... Если хочешь, я расскажу тебе, где сейчас находится его шеф, Никос Калантос. Он на маленьком греческом острове, который называется Хиос. У меня есть друг, который поможет тебе добраться туда. Калантос тебе все и расскажет о Гарсиа-Руисе.
- Спасибо тебе за помощь, Регина. Можно спросить, зачем ты так участливо помогаешь мне?
- В своих книгах я часто заставляла героев делать разные глупости, а теперь вот решила сделать одну из них и сама. Только пообещай мне кое-что взамен...
- И что же это?
- Если сможешь, возвращайся. Я буду ждать.
Глава двадцать шестая
Фрост распахнул дверцу кабины гидросамолета, встал одной ногой на правый поплавок шасси и стал вглядываться в очертания острова, раскинувшегося в пятистах ярдах от него. Там, на отвесном берегу, стоял часовой и что-то говорил в рацию.
- Приятель, у меня есть надувная лодка! - крикнул ему из кабины летчик-англичанин.
- Лодка? Отлично.
- Не нравятся мне все эти греки. А вот те - особенно, посмотри.
Капитан взглянул, куда показывал рукой пилот, и увидел, что от острова к ним несутся три военные надувные лодки с подвесными моторами, в которых сидят ощетинившиеся оружием солдаты. А из-за скалистого берега раздался рокот винтов, и в небо медленно поднялся новенький, сверкающий краской боевой вертолет.
- Как бы нам случайно их не испугать, - крикнул Хэнк летчику, достал браунинг из-за пояса, взял его за ствол и высоко поднял над головой, демонстрируя свои мирные намерения...
Фрост выпрыгнул из пенистого прибоя, набрав в свои дорогие итальянские туфли песка и воды. Рядом, из одной лодки, доносился треск радиостанции. Вертолет улетел еще раньше. К острову с капитаном возвратились две лодки, а одна осталась на всякий случай рядом с гидропланом.
Хэнк остановился и повернулся к одному из солдат, вооруженному, как и все, автоматом "узи". Он кивнул на его оружие и пошутил:
- Ты знаешь, мне начинает казаться, что эти автоматы размножаются, как кролики.
- Это хорошее оружие.
- Да, я знаю. Закурить-то мне хоть можно?
- Ладно, курите.
Только через несколько минут радисту удалось выйти на связь, и после долгих переговоров он сказал что-то старшему группы. Тот подошел к Фросту и вручил ему его пистолет.
- Ваша личность установлена. Все в порядке. Следуйте за нами.
Глава двадцать седьмая
Теперь Фрост понял, что это был запах, который он почувствовал еще тогда, когда самолет только приводнился у острова. Это был аромат апельсиновых садов, раскинувшихся в зеленой долине острова. Он стоял и смотрел на них с обширной веранды в ожидании Никоса Калантоса.
Остров Хиос, насколько мог вспомнить капитан, когда-то славился производством ароматических масел для ближневосточных гаремов.
- Говорят, что именно на этом острове родился Гомер, - раздался за его спиной голос. Капитан обернулся:
- Гомер? Какой такой Гомер? Никос Калантос улыбнулся.
- Надеюсь, ты шутишь. Кто же не знает великого Гомера...
- Конечно, шучу, - засмеялся Хэнк. - Если не ошибаюсь, Хиос даже изображен на одной из картин Делакруа.
- Да, она посвящена войне 1822 года. Значит, это ты спас моего друга Махмеда Аджу?
- Я его тоже считаю своим другом.
- Хотел бы предложить чего-нибудь выпить. Как насчет узо?
- Не хочу показаться нескромным, но я все-таки предпочел бы виски, если позволите.
Грек серьезно кивнул, хлопнул в ладоши и что-то сказал появившейся женщине с головой, покрытой темным платком. Та бесшумно исчезла.
- Махмед рассказывал как-то мне о тебе. Ты работал вместе с той женщиной-полицейским...
- Она спасла вашего ребенка. Ее звали Джулия...
- Да, Джулия Пулман. Я вывез с острова в безопасное место всю свою семью, когда узнал о появлении здесь Евы Чапман и о нападении на Махмеда. Присаживайся, поговорим.
Калантос сделал широкий жест рукой, приглашая Фроста к мраморному столику посреди веранды. Капитан уселся в удобное кресло и повнимательнее присмотрелся к хозяину, живой легенде среди контрабандистов оружием. Это был невысокий жилистый смуглый человек лет под шестьдесят. Не столько его внешность, сколько манера держаться свидетельствовала о чрезвычайно богатом жизненном опыте.
- Судя по тому, что я слышал, ты - настоящий боец.
- Приходится быть бойцом, - скромно кивнул Хэнк.
- Я тоже был таким в молодости, - вздохнул Никос и замолчал, так как в это время появилась женщина с подносом, на котором стояли бутылки и два стакана.
- Что налить?
- Вот этого виски, пожалуйста.
- Мне тоже приходилось принимать участие в борьбе с нацистами еще во время прошлой войны. Вместе с англичанами мы сражались против Гитлера, выродка рода человеческого.
- Вот за это давайте и выпьем, - поднял свой стаканчик Фрост.
Они чокнулись и выпили до дна.
- Мне самому больше нравится виски, - заговорщицки проговорил хозяин, - но приходится всем гостям сначала предлагать узо. Это наш национальный греческий напиток.
- А почему вы живете здесь? - обвел рукой вокруг себя капитан.
- Ты имеешь в виду, почему не в Париже или в Монте-Карло? Все очень просто. Здесь умер мой отец. В те времена часто случалось так, что молодые бандиты позже становились монахами, каялись в своих грехах и умирали с миром. Так поступил и отец. Правда, я узнал о том, что он мой отец, только после его смерти. Он похоронен в монастыре на другой стороне острова. Наверное, тебе тяжело меня понять, это глубоко личное... Да и климат здесь очень хороший.