Страница 7 из 7
- Я не рассматривала.
- Да что ты за сестра такая! Я же просил - раздень и осмотри ее! - взорвался отец, хлопнув ладонью по столу так, что посуда зазвенела.
Вероника яростно вскинула голову.
- Знаешь что? Этот фикус живет у меня в комнате, я ее кормлю, мою и одеваю двадцать четыре часа в сутки по твоей милости - вот какая я сестра! Так что не надо упрекать меня в черствости!
Отец резко поднялся из-за стола. На его лице, почерневшем за ночь бесплодных поисков, еще глубже проступили русла морщин.
- Не смей так говорить, - угрожающе проговорил отец, склоняясь над Вероникой. - Я тебе запрещаю, поняла?
- Иначе что? Что ты сделаешь? Выгонишь из дома? Но тогда кто будет следить за твоей хрустальной вазой, у которой иногда без причины вырастают ноги?
- Прекрати!
Вероника перевела дыхание и воинственно откинула волосы назад. Стиснув пальцы в замок и глядя прямо перед собой, она продолжила, но уже гораздо тише и спокойней.
- Папа... Ты, конечно, можешь еще долго этому сопротивляться, но сестра больше не может оставаться с нами. Она сидит как истукан неделю, месяц - а потом у Илоны вдруг просыпается способность бегать, и мы как ошпаренные носимся по городу и пытаемся отыскать ее раньше соцслужб. Вот где она была сегодня? Что делала? Может, едва под машину не попала? Или наоборот, толкнула кого-нибудь под машину? А ты, как опекун, сядешь за это в тюрьму.
Отец тяжело опустился на стул рядом с дочерью и упавшим голосом проговорил:
- Ника, пойми... Я не могу так с ней поступить.
Он выглядел виноватым и почему-то смущенным.
- А со мной - можешь?.. Мне двадцать пять, я работаю исключительно по сети, у меня нет никакой личной жизни и я бесплатная сиделка! Почему тебе ее жалко, а меня - нет? Ей ведь все равно, в какую стену глазеть! - не выдержала Вероника, срываясь на крик.
Отец опустил руку ей на плечо.
- Прости, дочь... Потерпи еще немного, я должен получить повышение в следующем месяце и тогда мы сможем нанять для Илоны сиделку.
Девушка опустила голову.
- Конечно, это облегчило бы мне жизнь, но... Думаешь, у сиделки она не сможет украсть ключи, как умудряется воровать у нас? Не разобьет окно и не сбежит по пожарной леснице?
Отец вздохнул и отвернулся.
- Мне нужно идти. Давай поговорим об Илоне завтра, сегодня я не готов.
Он на цыпочках подошел к двери в комнату девочек и, торопливо промакнув глаза рукавом, осторожно заглянул внутрь.
- Не спишь? Я на работу. Не скучай!
И, не дожидаясь ответа и не оборачиваясь, ушел.
И напрасно.
Потому что Илона впервые за три года повернула голову, чтобы увидеть удаляющуюся спину отца.