Страница 79 из 151
- Спасибо, Вэнион.
- Впрочем, не ты один. Твои друзья не самые тонкие дипломаты в мире, а Элана, когда она взвинчена, способна зайти чересчур далеко. Она и в самом деле поссорилась с Долмантом?
- О да, - отозвалась Даная. - Мне пришлось зацеловать их обоих чуть ли не до бесчувствия, прежде чем я сумела их помирить.
- Кого бы лучше послать с ними, Сефрения? - спросил Вэнион.
- Меня.
- Это исключено. Я не желаю расставаться с тобой.
- Как мило, дорогой. Почему бы тебе тоже не поехать с нами?
- Я... - Вэнион замялся.
- Глупости, Вэнион, - сказала Даная. - Ты не умрешь в тот самый миг, как покинешь пределы Сарсоса, - точно так же, как ты не умер, когда покинул мой остров. Ты сейчас совершенно исцелен.
- Я беспокоился не об этом, - сказал он, - но ведь Сефрения все равно не может покинуть Сарсос. Она член Совета Стирикума.
- Вэнион, - сказала Сефрения, - я была членом Совета Стирикума несколько столетий. Я уезжала отсюда и прежде - и порой очень надолго. Другие члены Совета поймут меня. Им и самим время от времени приходится покидать Сарсос.
- Я что-то плохо понимаю, что представляет из себя этот правящий Совет, сознался Спархок. - Я знал, что все стирики связаны друг с другом, но не представлял, что настолько тесно.
- Мы предпочитаем не предавать это огласке, - пожала плечами Сефрения. Если бы эленийцы знали о Совете, они усмотрели бы в этом всемирный заговор стириков.
- Ты довольно долго в Совете, - сказал Спархок. - Он обладает реальной властью или это лишь некое церемониальное сообщество?
- О нет, Спархок, - сказал Вэнион, - Совет обладает большой властью. Стирикум - теократия, и Совет состоит из верховных жрецов - и жриц - младших богов.
- Быть верховной жрицей Афраэли - не слишком выгодная должность, Сефрения улыбнулась, с нежностью взглянув на Богиню-Дитя. - Она не особо заинтересована в том, чтобы выдвигать себя повыше, потому что обычно добивается своего другими способами. У меня есть некоторые привилегии - например, этот дом, - но мне приходится сидеть на собраниях Тысячи, а это порой очень утомительно.
- Тысячи?
- Это другое название Совета.
- Так значит, младших богов - тысяча? - удивился Спархок.
- Ну конечно, - сказала Афраэль. - Это общеизвестно.
- Но почему именно тысяча?
- Потому что это приятное число, и название его звучит приятно. По-стирикски "тысяча" - "Агералуон".
- Я не знал этого слова.
- Это означает "десятижды десятью десять по десять" - что-то в этом роде. Мы как-то спорили на эту тему с одним моим кузеном. Он держал ручного крокодила, и тот откусил ему палец. После этого у кузена трудности со счетом. Он хотел, чтобы мы были "Агераликан" - девятью девять по девять, но мы объяснили ему, что для этого числа нас уже многовато, и если мы хотим быть "Агераликан", придется кем-то пожертвовать. Мы спросили, вызовется ли он добровольцем, и он решил отказаться от этой идеи.
- С какой стати ему понадобился ручной крокодил?
- Это наше всеобщее пристрастие. Нам нравится приручать зверей, которых не под силу приручить вам, людям. Крокодилы не так уж плохи - во всяком случае, их не нужно кормить.
- Нет, но зато приходится каждое утро пересчитывать детишек. Теперь я понимаю, почему ты все время твердишь о китах.
- Ты очень упрям, Спархок. Я произвела бы громадное впечатление на своих родных, если бы у меня был ручной кит.
- По-моему, мы немного отвлеклись, - сказал Вэнион. - Сефрения говорила мне, что у тебя возникли какие-то экзотические подозрения.
- Я пытаюсь найти объяснение тому, чего еще толком не видел, Вэнион. Это все равно что описывать лошадь, видя один ее хвост. В моем распоряжении разрозненные кусочки и клочки мозаики - и более ничего. Я решительно убежден, что все, с чем мы сталкивались до сих пор - и многое, с чем еще не сталкивались, - как-то связано воедино, и направляет все эти события один разум. Я думаю, Вэнион, это бог - или боги.
- А ты уверен, что твоя война с Азешем не приучила тебя видеть враждебные божества под кроватями и в темных углах?
- Я опираюсь на авторитетнейшее мнение, что лишь богу под силу воскресить целую армию из прошлого. Тот, кто высказал это мнение, был весьма уверен в своей правоте.
- Не вредничай, отец, - строго сказала Даная. - Понимаешь, Вэнион, дело это очень сложное. Когда воскрешаешь армию, нужно воскрешать каждого солдата в отдельности, а для этого надо знать о нем все. Именно из-за деталей обычно и терпят поражение маги.
- У тебя есть предположения? - спросил Вэнион у друга.
- Несколько, - проворчал Спархок, - и одно неприятней другого. Помнишь, я рассказывал тебе о тени? Той, что преследовала меня по всей Эозии после того, как я убил Гверига?
Вэнион кивнул.
- Она появилась снова, и на сей раз ее видели все.
- Это звучит малоутешительно.
- Вот именно. В последний раз этой тенью были Тролли-Боги.
Вэнион содрогнулся, и оба они, как по команде, посмотрели на Сефрению.
- Правда, приятно знать, что в тебе нуждаются? - сказала Даная сестре.
- Я поговорю с Заластой, - вздохнула Сефрения. - Здесь, в Сарсосе, он собирает сведения для императора. Вероятно, он знает много о нынешних событиях, так что я приглашу его зайти завтра.
Послышался громкий всплеск.
- Я говорила тебе, Мурр, что этим все и кончится, - самодовольно сказала Даная кошке, которая с ошалелым видом барахталась в фонтане, стараясь удержаться на плаву. Положение Мурр ухудшалось тем, что золотые рыбки, защищая свое обиталище, яростно тыкали носами в ее лапы и брюшко.
- Вылови ее из воды, Даная, - сказал Спархок.
- Тогда я и сама промокну, отец, и мама будет ругать меня. Мурр сама ввязалась в эту переделку, пускай сама и выбирается.
- Она утонет.
- Ни в коем случае, Спархок. Она умеет плавать. Видишь, она изо всех сил плывет по-кошачьи.
- Что-что?
- По-кошачьи. Ведь нельзя же о кошке сказать "плывет по-собачьи", верно? Она же, в конце концов, не собака. Мы, стирики, всегда говорим "по-кошачьи" верно, Сефрения?
- Только не я, - пробормотала Сефрения.
ГЛАВА 17
Забавнее всего было то, что родители никоим образом не могли предвидеть, когда именно принцессе Данае вздумается нанести им ранний утренний визит. Случались эти визиты не каждый день, и порой без них проходила вся неделя. Сегодняшний визит был как две капли воды похож на предыдущие. Постоянство один из наиважнейших атрибутов божества. Двери спальни с грохотом распахнулись настежь, и принцесса, с развевающимися волосами и горящими от восторга глазами, влетела в спальню и одним гигантским прыжком очутилась на постели, где спали ее родители. За прыжком, как всегда, последовали возня и рытье в одеялах, покуда Даная наконец прочно не угнездилась между отцом и матерью.