Страница 107 из 151
- Один у меня есть, сэр Улаф, - сообщил Халэд.
- А у многих рыцарей есть луки, - сообщил Бевьер.
- Значит, мы замедлим их продвижение с помощью кольев - чтобы легче было забросать их стрелами? - предположил Тиниен.
- Это наилучший план, - подтвердил Улаф. - Если есть хоть малейшая возможность избежать рукопашной схватки с троллями - лучше ею воспользоваться.
- В таком случае, - сказал Спархок, - принимаемся за дело.
Весь следующий час в ущелье жарко кипела работа. Узкий проход сузили еще больше, завалив булыжниками из речного русла, а перед этой баррикадой торчал целый лес заостренных кольев. Колья расставляли отнюдь не в беспорядке. Вдоль склонов ущелья они торчали так густо, что продраться сквозь них было совершенно невозможно, зато проход, который вел внутрь ущелья, в каменный бассейн и к высохшим водопадам, был утыкан лишь редкими кольями - чтобы заманить тварей именно на эту дорогу. Пелои Кринга отыскали густые заросли куманики, повыдергивали с корнем колючий кустарник и набросали его на густо утыканной кольями земле, чтобы еще больше замедлить продвижение троллей.
- А что там делает Халэд? - спросил Келтэн, который, пыхтя и отдуваясь, волок огромный камень.
- Что-то строит, - ответил Спархок.
- Самое подходящее время разбивать лагерь!
- Халэд - здравомыслящий молодой человек. Я уверен, что он не станет тратить время на чепуху.
Через час они оглядели плоды своего труда. Проход сузился футов до восьми, не больше, а земля по сторонам от него была щедро утыкана кольями высотой по грудь взрослому человеку, укрепленными таким образом, что они неуклонно выведут троллей на единственно верную дорогу. Тиниен, однако, прибавил к этому пейзажу еще одно украшение. По его приказу несколько альсионцев загоняли в землю посреди дороги колышки, а затем обстругивали их концы.
- Тролли ведь не носят обуви? - спросил Тиниен у Улафа.
- Чтобы сделать троллю башмаки, нужна половина коровьей шкуры, - пожал плечами Улаф, - а тролли обычно съедают корову вместе со шкурой, так что кожи у них вечно нехватка.
- Превосходно. Мы хотим задержать их в центре ущелья, но никак не намерены облегчать им продвижение. Босиком тролли вряд ли смогут бежать по этим колышкам - во всяком случае, после первых нескольких ярдов.
- Мне это нравится, Тиниен, - ухмыльнулся Улаф.
- Не могли бы вы, господа, отойти в сторонку? - окликнул их Халэд. Он обтесал пару гибких молодых деревьев, получив столбы чуть выше человеческого роста, и поперек их прикрепил третье деревце. Затем он привязал веревку к концам поперечины и туго натянул ее, получив подобие огромного лука. Оттянутая до предела тетива была привязана к еще одному столбу, и на ней лежал десятифутовый дротик.
Спархок и его друзья отступили к краям узкого прохода, и Халэд полоснул кинжалом по веревке, оттягивавшей "лук". Дротик с пронзительным свистом сорвался с тетивы и глубоко воткнулся в ствол дерева в добрых ста ярдах дальше по ущелью.
- Мне все больше нравится этот мальчишка, - ухмыльнулся Келтэн. - Он почти так же хорошо мастерит всякие штуки, как его отец.
- Да, - согласился Спархок, - семейство многообещающее. Теперь надо расставить лучников так, чтобы они свободно простреливали этот проход.
- Верно, - кивнул Келтэн. - А что потом?
- Потом мы будем ждать.
- Вот эту часть осады я ненавижу больше всего. Отчего бы нам не перекусить - просто так, чтобы убить время?
- Разумеется.
Буря, которая все утро собиралась на востоке, подошла ближе, и бурлящие тучи отливали зловещим лилово-черным цветом. В завесе туч вспыхивали молнии, и по всему небу перекатывалось ворчание грома, с каждым ударом сотрясая землю.
Они ждали. В неподвижном воздухе царила духота, и рыцари обливались потом под тяжелыми доспехами.
- Что еще мы можем придумать? - спросил Тиниен.
- Я соорудил несколько примитивных катапульт, - отозвался Бевьер. - Это всего лишь согнутые молодые деревца, так что они смогут швырять лишь некрупные камни и на небольшое расстояние.
- Когда речь идет о драке с троллями, всякая помощь - благо, - сказал Улаф. - Чем больше троллей мы выведем из строя, прежде чем они до нас доберутся, тем меньше их останется для рукопашной.
- Боже милостивый! - воскликнул Тиниен.
- Что такое? - встревоженно спросил Келтэн.
- Кажется, один из них только что мелькнул на краю леса. Они и впрямь такие огромные?
- Девять футов или около того? - небрежно осведомился Улаф.
- Да, по меньшей мере.
- Для троллей это обычный рост, а кроме того, они весят от тридцати пяти до пятидесяти стоунов.
- Ты шутишь! - недоверчиво воскликнул Келтэн.
- Подожди немного, и сам сможешь убедиться, сколько весит тролль. - Улаф оглядел своих друзей. - Тролля очень трудно убить, - предостерег он. - Шкура у них прочная, а череп толщиной почти в полдюйма. Когда они возбуждены, то не обращают внимания на раны. Если мы ввяжемся в близкий бой, старайтесь калечить их. В драке с троллем нельзя рассчитывать на чистое убийство, так что всякая отрубленная рука по меньшей мере уже не вцепится в ваше горло.
- Они чем-нибудь вооружены? - спросил Келтэн.
- В основном дубинками. Тролли не слишком ловко обращаются с копьем. У них плохо сгибаются локти, и им трудно наносить колющие удары.
- Это уже кое-что.
- Но очень немного, - заверил его Тиниен.
И они продолжали ждать, вслушиваясь в приближавшиеся раскаты грома.
Минут через десять на опушке леса показались еще несколько троллей, явно разведчики, которые своим рыком созывали остальных. До сих пор единственным троллем, которого видел Спархок, был Гвериг - а Гвериг был карликом и к тому же уродцем. Спархок понял, что должен срочно переменить свою оценку троллей. Они были, как и говорил Улаф, футов девяти ростом и покрыты бурой косматой шерстью. С невероятно длинными руками: их огромные ладони свисали ниже колен. У них были жестокие зверовидные лица с массивными надбровными дугами, из ощеренных ртов торчали клыки, маленькие, глубоко посаженные глазки горели зловеще и алчно. Сутулясь и переваливаясь, они трусили вдоль опушки, даже не пытаясь особенно таиться, и Спархок разглядел, что их длинные руки служат им недурным подспорьем в передвижении - порой тролли опирались на руку, как на третью ногу, порой хватались за дерево, чтобы половчее выпрямиться. Их движения, плавные и даже в чем-то грациозные, говорили о невиданном проворстве.