Страница 45 из 155
- Я об этом как-то забыл, - сознался он.
- Ничего страшного, старина, - великодушно простил его Стрейджен. - У тебя и так хлопот полон рот. Ну так почему бы тебе не переброситься словом с ее божественной лукавостью и не узнать, не сможет ли она где-нибудь устроить для нас что-то вроде военного совета? Думается мне, давно уже нам пора собраться вместе, как в старые добрые времена.
----
Еще не открыв глаза, Спархок понял, где находится. Аромат полевых цветов и цветущих деревьев тотчас же напомнил ему о вечной весне, что царила в личной реальности Афраэли.
- Проснулся ли ты, Анакха? - спросила белая лань, касаясь влажным носом его ладони.
- О да, милое созданье, - ответил Спархок, открыв глаза и погладив ее по мордочке. Он вновь оказался в шатре, и за откинутым пологом виднелись усеянный цветами луг, сверкающая синева моря, а над ними - радужное небо.
- Прочие давно ожидают твоего прибытия на острове, - сообщила ему лань.
- Так поторопимся, - отозвался Спархок, поднимаясь с кровати. Вслед за ланью он вышел из шатра на луг, где белая тигрица снисходительно следила, как неуклюже резвятся большелапые тигрята. Спархок лениво подумал, те ли это тигрята, с которыми она забавлялась, когда он шесть лет назад впервые посетил этот заколдованный край.
- Ну разумеется, Спархок, они те же самые, - прошептал на ухо ему голос Афраэли. - Здесь ничто не меняется.
Спархок улыбнулся.
Белая лань провела его к знакомой ладье, изящному и непрактичному суденышку, похожему на лебедя, с парусами-крыльями, богато изукрашенному и с такой высокой осадкой, что в реальном мире ладью перевернуло бы легчайшим порывом ветерка.
- Критик, - упрекнул голос Афраэли.
- Это твой сон, Божественная, и ты вольна помещать в него любые невозможности, какие только пожелаешь.
- О, спасибо тебе, Спархок! - отозвалась она с неумеренной иронией.
Изумрудно-зеленый остров, увенчанный древними дубами и мраморным храмом Афраэли, покоился в сапфирной колыбели моря, и через считанные минуты ладья, похожая на лебедя, ткнулась в берег. Спархок огляделся, ступив на золотистый песок. Чужие личины, которые многие из них носили в реальном мире, сейчас исчезли, и они снова были собой в этом вечном сне. Некоторые из них уже были здесь раньше, а те, кто не был, с безмерным изумлением озирались по сторонам, удобно растянувшись на мягчайшей траве, что густо покрывала склоны зачарованного острова.
Богиня-Дитя и Сефрения сидели бок о бок на мраморной скамье в храме. Лицо Афраэли было задумчиво, и она наигрывала на свирели минорную стирикскую мелодию.
- Что тебя задержало, Спархок? - спросила она, опуская незамысловатый инструмент.
- Та, что была ответственна за мое путешествие, повела меня кружным путем, - ответил он. - Мы все здесь?
- Все, кому надлежит здесь быть. Ну-ка, все идите сюда, пора поговорить о делах.
Они поднялись по склону вверх, к храму.
- Где находится это место? - с трепетом в голосе спросил Сарабиан.
- Афраэль носит его с собой в своем сознании, ваше величество, - ответил Вэнион. - Время от времени она приглашает нас сюда погостить. Она очень любит хвастаться этим местом.
- Не обижай меня, Вэнион, - сказала Богиня-Дитя.
- А что, разве это не так?
- Разумеется так, но говорить об этом вслух некрасиво.
- Я почему-то чувствую здесь себя совсем по-другому, - заметил Кааладор. Лучше, что ли. Вэнион улыбнулся.
- Это целебное место, друг мой, - сказал он. - В конце Земохской войны я был серьезно болен - точнее говоря, попросту умирал. Афраэль взяла меня сюда на месяц или около того, и, когда пришла пора возвращаться в мир, я был здоров до отвращения.
Они дошли до храма и расселись на мраморных скамейках, стоявших рядами по периметру храма. Спархок, сдвинув брови, огляделся.
- А где же Эмбан? - спросил он у маленькой хозяйки.
- Ему здесь быть не пристало, Спархок. Ваш эленийский Бог готов делать исключение для рыцарей церкви, но он, пожалуй, пришел бы в ярость, если бы я пригласила сюда одного из патриархов. Я также не стала приглашать атанов и пелоев. - Афраэль улыбнулась. - Тем и другим одинаково трудно постигнуть идею существования разных религий, и это место, вероятно, привело бы их в немалое смятение. - Она вздохнула, закатив глаза. - Если бы ты знал, сколько мне пришлось уговаривать Эдемуса, чтобы он отпустил сюда Ксанетию! Он не одобряет моего поведения. Он считает, что я легкомысленная.
- Ты?! - деланно изумился Спархок. - И как только ему такое могло прийти в голову?
- Ну довольно, - сказала Сефрения. - Почему бы тебе не начать, Берит? Мы уже знаем в общих чертах, что случилось, но нам неизвестны подробности.
- Слушаюсь, леди Сефрения, - отозвался молодой рыцарь. - Мы с Халэдом ехали вдоль берега, и за нами следили с той самой минуты, когда мы сошли на берег. Я выпустил заклинание и определил, что за нами следит стирик. Через несколько дней он явился к нам и передал послание от Крегера. В послании говорилось, что мы должны по-прежнему двигаться вдоль берега, но, когда минуем Тамульские горы, повернуть к Супалю. Там, дескать, нас будут ожидать новые указания. Письмо, без сомнений, было от Крегера. К нему прилагался локон королевы Эланы.
- Я намерен побеседовать об этом с Крегером, когда он наконец попадет в мои руки, - угрюмо прибавил Халэд. - Я хочу, чтобы он уяснил, насколько нам противна сама мысль о том, что он даже прикасался к волосам королевы. Положись на меня, Спархок. Прежде чем я покончу с Крегером, он успеет горько пожалеть о своей наглости.
- Я никогда и не сомневался в тебе, Халэд, - отозвался Спархок.
- Да, кстати, - продолжал Халэд, - чуть не забыл. Не знает ли кто-нибудь способа сделать так, чтобы конь захромал, не калеча его? Думается мне, нам с Беритом время от времени может понадобиться замедлять наше продвижение, не вызывая подозрений. Захромавший конь будет хорошим обоснованием для тех, кто следит за нами.
- Я поговорю с Фарэном, - пообещала Афраэль.
- Вашим коням вовсе незачем хромать по пути в Супаль, - сказал Улаф. Гхномб позаботится о том, чтобы мы с Тиниеном были там раньше вас. Возможно, вы сумеете нас там увидеть, а возможно, и нет. Троллям-Богам иногда трудновато что-либо растолковать. Во всяком случае, мы вас увидим. Если мне не удастся разъяснить Гхномбу, что нам нужно, я суну в твой карман записку.