Страница 103 из 155
- Все встало на свои места, когда я услышал, как старик назвал эту грязную лужу Источником Вигая, - объяснял Телэн. - Огераджин употребил то же самое слово.
- Я не уверена, что это хоть что-то значит, - с сомнением проговорила Миртаи. - Кинезганцы все эти пустынные водоемы называют источниками. Должно быть, Вигай первым обнаружил именно этот водоем.
- Но важнее всего, что этот источник Огераджин называл как одну из примет, - сказал Бевьер. - Собственно, - обратился он к Телэну, - как вышло, что зашел разговор об этом?
- Мы со Стрейдженом плели для Валаша очередную небылицу, - отвечал мальчик. - Огераджин как раз только что прибыл из Верела и сидел себе в кресле, а мозги его потихоньку догнивали. Стрейджен говорил Валашу о якобы подслушанном разговоре - кто-то, мол, говорил другому, что Скарпа ждет приказа Кирги. Стрейджен хотел что-нибудь выудить из Валаша и так, невзначай, спросил, какой дорогой можно добраться до Кирги. Тут и вмешался Огераджин. Он начал лопотать об Источнике Вигая, Соляных Равнинах и прочих местах с такими названиями, словно они взяты прямиком из книжки. Я решил было, что он попросту бредит, но Валаш не на шутку взволновался и все пытался его утихомирить. Это и заставило меня внимательней прислушаться к лопоту этого чокнутого. У меня было такое ощущение, что он дает Стрейджену довольно точные наставления, как добраться до Кирги, только их затуманили все эти книжные названия. Теперь, когда я услышал об Источнике Вигая, я поневоле задумался - а в самом ли деле наставления Огераджина столь туманны и путанны, как мне показалось вначале?
- Каковы были точные его слова, юный Телэн? - спросила Ксанетия.
- Он сказал: "Путь проходит близ Источника Вигая". Тут Валаш попытался заткнуть ему рот, но он продолжал. Он объявил, что, дескать, желает наставить Стрейджена, дабы тот мог прийти в Киргу и поклониться Киргону. Огераджин велел ему от Источника Вигая идти на северо-запад к Запретным Горам.
Спархок сверился с картой.
- В Центральной Кинезге и в самом деле есть несколько горных массивов, и именно эти места указала нам Афраэль на острове. Что еще он говорил, Телэн?
- Он все время перепрыгивал от одного места к другому. Он говорил о Запретных Горах и Столпах Киргона, потом вернулся назад и принялся толковать о Соляных Равнинах. Судя по тому, что он сказал Стрейджену, с этих равнин можно увидеть Запретные Горы. Потом было что-то о "пламенно-белых столпах" и Равнине Костей. Он сказал что это кости "безымянных рабов, что трудятся до смерти своей на избранный на род Киргона". Видимо, когда в Кирге умирает раб, его попросту выбрасывают в пустыню.
- Тогда этот могильник должен быть совсем недалеко от города, - задумчиво проговорил Келтэн.
- Знаешь, Спархок, а ведь все сходится, - серьезно сказал Бевьер. - Сами кинезганцы большей частью кочевники, а потому не нуждаются в большом количестве рабов. Огераджин говорил об "избранном народе Киргона". Это наверняка киргаи, они-то, по всей видимости, и скупают рабов.
- А это значит, что невольничий караван, который мы видели, вполне может идти в Киргу! - возбужденно добавил Телэн.
- И они двигались на северо-запад, - сказала Миртаи, - именно в том направлении, о котором лопотал Огераджин.
Спархок отошел к седельным сумкам и вынул свою карту. Усевшись, он расправил ее на коленях и придержал уголки, которые тотчас принялся трепать ветер пустыни.
- Мы знаем, что Кирга где-то в горах Центральной Кинезги, - сказал он, стало быть, мы так или иначе будем идти в том же направлении. Если Огераджин просто бредил и его наставления - полная бессмыслица, мы все равно не свернем с нужного направления, если последуем им.
- И это куда лучше, чем сидеть здесь сиднем, дожидаясь Берита и Халэда, нетерпеливо добавил Келтэн. - Я просто должен заняться хоть чем-то - пусть даже ездить кругами по пустыне!
Спархок, не говоря ни слова, утешающе положил руку на плечо друга. Он и сам изнывал от смертельной тревоги не меньше Келтэна, но понимал, что должен отстраниться от этого чувства, задвинуть его поглубже. Отчаявшись, человек начинает ошибаться, а одна лишь его ошибка подвергнет Элану еще большей опасности. Чувства кричали и бились в нем, но он мрачно и неумолимо затолкал их в дальний угол своего сознания и накрепко запер за ними дверь.
- Анакха будет рад, если мы сделаем это, - говорил Улаф, обращаясь к гигантским силуэтам Троллей-Богов.
Гхворг, бог убийства, отозвался зловещим ворчанием.
- Мысль Анакхи как ветер, - пожаловался он. - Один раз он говорит нам: "Идите в место, которое люди зовут Тамульские горы, убивать детей Киргона". Другой раз он говорит: "Идите в место, которое люди зовут Джубай, убивать детей Киргона". Разве он не может решить, которых детей Киргона мы должны убивать?
- Такова дорога нашей охоты, Гхворг, - пояснил Тиниен. - Дети Киргона не как благородные олени, которые пасутся всегда в одном месте. Дети Киргона как северные олени, которые кочуют с одного места на другое в поисках лучшей еды. Сначала они шли кормиться в место, которое зовется Тамульские горы, а сейчас они идут кормиться в место, которое зовется Джубай. Если мы будем охотиться в Тамульских горах, мы не найдем там добычи.
- Он говорит хорошо, - проворчал Гхномб, бог еды. - Это не мысль Анакхи как ветер - это тропа тех, за кем мы охотимся, как ветер. Путь охоты говорит нам, что мы должны пойти туда, где они кормятся, если хотим найти их, убить и съесть.
- Эта охота становится все не-проще и не-проще, - проворчал Гхворг.
- Это потому, что олени простые, а люди не-простые, - отозвался Кхвай, бог огня. - Мысль Тиниена-из-Дэйры хорошая. Кто охотится там, где нет дичи, не добудет еды.
Гхворг задумался.
- Мы должны следовать путем охоты, - наконец решил он. - Мы доставим наших детей в место, что зовется Джубай, чтобы охотиться там на детей Киргона. Когда они придут туда кормиться, наши дети убьют их и съедят.
- Мы будем рады, если вы сделаете это, - вежливо отозвался Тиниен.
- Я помещу наших детей во Время-Которое-Не-Движется, - вставил Гхномб. Они будут в месте, что зовется Джубай, прежде детей Киргона.