Страница 28 из 40
Итак, проснулся он по будильнику и бегом на работу. А рядом с ним в постели оказывается к этому времени уже не Марго лежала, а труп ее. Мишке сказали, что умерла она под утро, и значит, на момент его пробуждения остыть еще не успела. Ему позвонили на работу, и он поехал на "место происшествия", то есть в свою собственную спальню. Потом его допрашивали - между прочим, твой любимый Лэрри Петрович. Мишка говорит, вопросов было много, он далеко не все запомнил, да и свои ответы не на все вопросы помнит.
Интересовался твой белозубый, в частности, тем, как они с Марго познакомились. Когда Мишка рассказал про интернет, попросил его включить компьютер и распечатать для следствия их с Марго переписку. (Клар, а ты мои письма сохраняешь или сразу стираешь? Может, сотрем - и ты, и я - от греха подальше?)
Спрашивал, во что Марго была одета на той полянке. Спрашивал, во сколько и в каком составе они с полянки уехали. Если я правильно понял, Мишка ответил, что ему кажется, что уехали они втроем: он, Марго и Кирилл (опять он про Кирилла!), и при этом добавил, что ни в чем не уверен, так как на тот момент был уже "никакой" и все время спал: и до погрузки его священного тела в машину, и по дороге, и при выгрузке по прибытии. Ну, не спал, а как бы полуспал, но в любом случае в памяти мало что осталось - на автопилоте парень работал. Это мне знакомо: наутро фиг потом что вспомнишь и страшно интересно про себя вчерашнего истории слушать.
Клар, у тебя случайно нет каких-нибудь знакомых, ну, скажем, вновь прибывших, которым нужна была бы почти новая кровать совершенно бесплатно? Мишка мне твердо заявил, что покупает новую кровать, а в нынешнюю свою и под дулом пистолета не ляжет. И знаешь, я его не виню...
Все, пора и мне. Глаза просто слипаются. Спокойной ночи.
Клара. 13 июля, четверг, 9-30
Паша, твоё последнее письмо (или, как, ты говоришь, их называют, емеля?) наводит на неприятные размышления.
Про жаркое из консервов лучше промолчу.
Начну с твоих, как ты пишешь, "замечаний" по поводу прав человека распоряжаться своим телом. Тема эта стара, как мир. Или, чтоб не выражаться штампами, как Библия. Не говоря уже о том, что тело - ладно, бренно, а жизнь - уже совсем другое. Я не буду сейчас цитировать из разных религий и рассказывать о том, что существование в материальном времени-пространстве человеку даётся не на муки, а для определённой миссии, своего рода урока. Но так и должно быть, иначе не понимаю, зачем и кому понадобилась бы свистопляска, именуемая житиём-бытиём на этом свете. Поэтому нельзя уходить, своей задачи не выполнив.
Тот, кто нас наверху курирует, как ты вдруг понял, "оберегает", сам же и знает: когда, кому, куда. И нас с тобой, между прочим, не спросили. Мы можем оказаться оружием Его воли, но о том ничего заранее не знаем. Но опять-таки об этом разговор бесконечен, поэтому я сейчас продолжать его не хочу: я - верующая, ты - атеист. Я не думаю, что мы с тобой родим истину в спорах, куда уж разглагольствовать о зачатии истины тому, кто даже чисто по-человечески зачать ничего не в состоянии. Занудствую. Заткнулась на эту тему.
Теперь дальше. У меня из твоего рассказа возникли сильные подозрения, что кто-то из вас врёт: либо Мишка, либо ты. Допускаю, что фантазировать лихо умеете вы оба. Начиная с того, что кто и как обнаружил труп Марго, если Мишка был в это время на работе?
Насчёт твоих часов я тебя просто так спросила. Но неясностей хватает. Мучают меня сомнения. Например, Йоська не имел алиби потому, что занимался с Сюськой любовью. В момент убийства. Ты говоришь, что к столу Кофманов она прибежала, запыхавшаяся, и сразу же попала в объятья к Адику. Каким образом ей потом удалось от него отвязаться, чтобы встретиться с Йоськой? Почему она прибежала, основательно запыхавшись? Что такого она делала, чтобы запыхаться? Не хочешь же ты представить мне сейчас Йоську половым гигантом, способным на несколько "подвигов" в течение двух-трёх часов? Это же, по крайней мере, смешно. Значит, когда они занимались своим "чёрным" делом? До того, как мы уехали или после? Как ты считаешь? К тому же, никак не могу вспомнить, ошивался Йоська тогда у стола или тоже прибежал после?
Теперь Мишка. С какой стати Марго было напрашиваться на секс, если она уже приняла смертельную дозу? Она что же, хотела элементарно подставить придурка? Зачем? Или решила, что лучше умереть, лёжа с Мишкой, чем жить в преддверии электрического стула? Извини, мне этой логики не осмыслить.
Дальше. Насчёт Фёдора Михайловича ты, наверно, прав. Тем не менее Агата для меня привычнее и проще. Я одновременно чувствую вдохновение Эркюля Пуаро и умираю от любопытства Джейн Марпл, а вот Порфирий Петрович ни в оригинале, ни в интерпретации Лэрри Кассиди меня почему-то не вдохновляет. Раскольникова вообще терпеть не могу. Тоже, мировой судья! Единственный из мужчин, кого я очень люблю у Достоевского, - это князь Мышкин, и этот один-единственный оказался идиотом! А женщины все интересны, хотя и однотипны немного. Все женщины Достоевского мне кажутся одной, только выведенной в разных ипостасях. Ладно, снова разболталась.
Вернёмся к современной реальности. Итак. Народ разъехался утром после того, как Марго обнаружила трупы. Кирилла на полянке не было точно: где он в дневном освещении прятался так, чтобы его никто, кроме Мишки не обнаружил? На дереве сидел? А не слишком ли это? И, наконец, самое главное. Пятого июля, то есть в тот день, когда были найдены трупы и Марго с Мишкой оттуда дёрнули (девяносто девять процентов, что Кирилла Мишка приплёл зачем-то, а на самом деле, мальчика там действительно не было), ты мне писал, что тебе помогал трезвый Мишка. Так если утром его увезли оттуда пьяного в дымину, каким же образом ему удалось так быстро оклематься?
Я не осведомлена о Мишкиных отношениях со своей кроватью. Своих собственных отдельных знакомых у меня нет, ты это прекрасно знаешь. Павлик, со мной же персонально народ не общается. Так, принимают в виде бесплатного приложения к тебе. Это сейчас случайно вышло, что Лизка с Сюськой избрали меня в качестве гипотенузы своего треугольника, а до сей поры принимать в доме не опасалась только Зинка. Но я не о том хотела. А вот о чём. Я тебя умоляю, Павел: с Мишкой будь предельно осторожен. Не нравится мне, что он у тебя ночует. Не нравится мне всё, что он тебе болтает. А тебе водка застилает глаза.
Если, как ты утверждаешь, наш менестрель действительно любил Зинку, у него мог появиться повод угрохать Олега. Но и тут сомнения: как мог творческий человек по-настоящему любить такую сволочь? Даже несмотря на все её стойки?
Между прочим, он ещё хороший артист, твой Мишка. Алкаш алкашом, а песни свои когда исполняет, то получается настоящий спектакль.
Да, чуть не упустила. Ты меня неправильно понял. Конечно, стрелять в Зинку у Марго не было смысла, разве что из-за Мишки. Я же именно говорила, что Марго не имело смысла убивать Зинку только из-за базара. Ведь это уже не трагедия и даже не мюзикл, а цирк какой-то. С другой стороны, а Олега - через пятнадцать лет? Нет, тут дело не чисто. Всё как-то не так.
Клара. 13 июля, четверг, 14-00
Пашик, опять мне звонил Порфирий. Который Лэрри. И приходил во время ланча. Сообщить, что Кирилл был прав. Приложение к шарфику действительно обнаружили в Маргошных вещах. Я так поняла, что у неё в багаже они нашли шапочку от комплекта. Кроме того, у Лэрри письмо от Марго, которое она там оставила, где сознавалась в убийстве. У меня какое-то привязчивое видение именно Зинки в этом шарфике. А Лизке в похожей шапочке почему-то чудится Мишка. Но точно никто ничего не помнит.
В признании Марго показала, что после того, как выстрелила, незаметно выбросила пистолет в залив, когда проезжали через мост. Как это она так смогла? Мастер спорта по броскам, что ли? Снайпер? Да, между прочим, ведь Мишка должен был сидеть за рулём... Вот тебе ещё доказательство утренней трезвости менестреля.