Страница 9 из 24
07.30. 15 мая 2015 г., пятница. Дом Ван дер Берга.
На следующий день перед завтраком Генри немного позанимался обычными упражнениями, а потом вместе с Вильямом осмотрел двор. Генри предложил очистить заросшую дорожку от дома к дороге, идущую через рощу, – все-таки, конечно, это был не лес, а небольшая рощица. Вильям сначала отказывался, однако после завтрака Генри взял топор, ручную пилу, секатор и отправился сражаться с молодыми зарослями. Уже несколько дней как он не тренировался по-серьезному, и дополнительная нагрузка ему сейчас шла на пользу.
Потом обед у Моники, послеобеденный сон, ленивый разговор в креслах во внутреннем дворике. Прекрасный отдых, во время которого Генри старался не думать ни о чем: ни о неудачах в Марселе, ни о предстоящей встрече в Гамбурге, ни о «конторе». Не вспоминал, что собирался погулять по Брюгге, заглянуть в одно кафе – проверить, помнят ли его еще там. Ничего не нужно.
Вечером после ужина, когда Вильям пересказал пару пикантных африканских историй и ушел в свою комнату, перед глазами Генри образовались картинки – отчетливые зарисовки из совсем недавней молодости. Да, вполне уже можно говорить о молодости в прошедшем времени, ведь ему исполнилось тридцать два года.
Много лет тому назад.
Через год после демобилизации, по повестке, переданной по телефону, Иван прибыл в новую для себя часть. Здоровенный сержант-марокканец лет двадцати семи осматривает его:
– Новенький в нашем батальоне? Отслужил только год? Ты что, из льготников? Ничего. Теперь будешь ежегодно хлебать наши будни. Где работаешь?
– В кибуце, строитель.
– Арак пьешь? Нет? Да ты еще совсем салажонок.
Рассмеялся:
– Ничего, послужишь с наше – станешь нормальным человеком. Будешь радоваться тому, что раз в году можно пару недель не ходить на работу и будет дозволено встретиться с друзьями, чтобы выпить по-человечески.
Возможно, так бы оно и было. Но на следующий день Ивана пригласили в палатку командира роты. Там, кроме капитана, почти сразу удалившегося, на стуле сидел штатский. Перед ним тоненькая папочка – личное дело Ивана. Штатский критически оглядел вновь прибывшего:
– Так, Иван Иванович Иванов. Прекрасное имя для настоящего еврея. И рожа подходящая. Не зря тебя мне рекомендовали. Тут в бумагах указано, что ты снайпер. Кто тебя учил?
– В роте.
– Ты всегда так отвечаешь?
– Как спрашиваешь, так и отвечаю.
– Ишь, какие мы задиристые. Ладно. Тебя переводят в новое подразделение. Пройдешь медицинские проверки. Языки-то знаешь?
– Да, русский и немного украинский. Иврит уже почти выучил.
– Насчет иврита я уже вижу. А в школе-то учили английскому или немецкому?
– Вроде да.
– Вроде или да? Английский или немецкий?
– Немецкий. Но у меня по нему двойка была. У нас учительница тоже немецкого не знала. Говорила, что иностранный язык нам не нужен.
– Прекрасно. Значит, языки тебя еще не испортили. Может, чему-нибудь и научим. Все, собирай вещи, поедешь со мной.
09:00. 16 мая 2015 г., суббота. Возле кафе Моники.
Генри прощается с Вильямом и Моникой.
Вильям только сказал:
– Приезжайте, Пьер, еще. Мы вам всегда будем рады.
Моника спросила:
– Вы, Пьер, по-прежнему всегда в разъездах? У вас будет когда-нибудь дом?
Жанна только помахала рукой из двери, не решилась выйти.
Кёльн, Шмалленберг
Суббота – понедельник
09:30. 16 мая 2015 г., суббота.
Машина Генри снова движется по дороге. Мелькают названия городков и поселков.
Билзен. Генри оставляет машину и пересаживается на автобус, идущий в Маастрих, Нидерланды.
Плотно поел в маленьком кафе. Взял на площади очередную машину, снова в пути.
17:00. Кёльн.
Генри заходит в магазин, переодевает рубашку. Выбрасывает старую, мятую.
Заходит в ближайшее кафе «Das kleine Steakhaus» на Хое штрассе. Съедает солидный стейк, запивая добротным немецким пивом. Спрашивает у официанта:
– Где здесь ближайшее казино?
– Рядом, за углом, вход с пешеходной улицы.
В казино.
Скромная вывеска. Генри спускается по пологой металлической лестнице и сразу оказывается в зале игровых автоматов. Симпатичные европейские машины. В зале почти никого нет, большая часть кресел перед автоматами пустует.
Проходит дальше. Несколько небольших комнат со столами: в одной – два стола для блэк-джека, в двух других – рулетки. Есть еще что-то, но стол для баккара отсутствует. Здесь все для туристов, а не для серьезных игроков, но туристы и туристки сейчас ему не интересны.
Генри сел за один из автоматов так, чтобы был виден вход, и неторопливо играет, вставив на съедение автомату двадцатку евро. Выигрыши и проигрыши чередуются, игра копеечная. Туристы входят и выходят.
Женщина лет сорока, вполне прилично одетая, явно не туристка, хаотически передвигается возле автоматов. Наконец села. Генри с надеждой смотрит на нее, приподнимается, чтобы подойти. Но в этот момент возле женщины оказывается уверенный импозантный мужчина, не старше пятидесяти пяти лет. Они начинают о чем-то разговаривать.
По лестнице спускается молодая женщина, идет прямо к автоматам. На взгляд – ничего так, не красавица, но и не крокодил, только худощава чрезмерно. Лет двадцати пяти, дорогая одежда, но одета очень уж небрежно. Чувствуется, что успела поддать. Села в кресло через три автомата от Генри, нервно вставила в щель банкноту, увлеченно нажимает кнопки.
Генри встает, фиксирует результат: он выиграл два евро и сорок центов. Кладет квитанцию в карман и с независимым видом проходит мимо женщины. Непроизвольно вдыхает запах ее духов – по выражению его лица чувствуется, что запах приятный. Проходит еще раз и садится в соседнее кресло, как будто не обращая на нее внимания. Снова вставляет двадцатку и начинает тянуть время.
Молодая женщина:
– Черт побери.
– Что, не везет?
– Вам-то какое дело?
Генри пожимает плечами:
– Да нет, просто мне тоже не очень везет.
Через несколько мгновений закрывает счет, берет квитанцию. Встает, чтобы перейти на соседний автомат:
– Может, там повезет!
Молодая женщина молчит. Но краем глаз Генри видит, что она провожает его взглядом. Генри опять вставляет двадцать евро в щель. Через несколько минут встает и уходит в зал рулетки.
Смотрит на табличку правил. Минимальная ставка – два евро, но при ставке на равные шансы, дюжину или колонку – пять евро. Максимальные ставки – пятьдесят евро. Покупает фишки на пятьдесят евро. Он уверен: женщина придет к рулетке. Ей ведь скучно и тоскливо, это заметно по ее виду.
Молодая женщина пришла, села напротив Генри, разменяла на фишки сотню евро. Генри тянет время – ставит изредка, в основном по одной фишке, на два номера или кварт. Периодически выигрывает, число фишек немного увеличивается. Ставит пять евро на левую колонку и выигрывает десяток евро – это забавно. Даже забыл о визави. Но когда посмотрел на ее место, обнаружил, что она встала и уходит. Неприятно, но он ждет.
Женщина покрутилась по комнате, вышла и через несколько минут вернулась. Видно, что приняла еще коктейль. Проходит мимо Генри, не глядя на него.
– Что, опять не везет?
– Да, сегодня не мой день. Как и вчера. А у вас все нормально, я гляжу.
– Ну, если учесть, что просто хотелось убить время, то нормально. Выиграл целых двадцать евро.
– А я проиграла две сотни, все, что было.
– Но ведь есть кредитка, здесь принимают почти все виды.
– Папаша убавил лимит, практически закрыл. Я, видите ли, не умею обращаться с деньгами.
Нужно срочно что-то похвалить, чтобы у нее осталось приятное впечатление от разговора:
– Но сумка у вас великолепная. От Дольче и Габбано?