Полночный воин

- Так нельзя говорить. Ребенок - невинное существо.

- Знаю, но ребенок обязательно родился бы таким же красивым, как Ричард, и я постоянно помнила бы о его жестокости и своей глупости. Когда я впервые попала в Редферн, Ричард показался мне таким радостным, любезным. Он поразил меня своим великолепием.

- Тебе было только тринадцать лет.

- Дело не в этом. Меня всегда поражает красота, и я преклоняюсь перед ней. Даже спустя годы его привлекательность потрясала меня. Я не допускала и мысли, что Бог, сотворив такую красоту, наделил ее черным сердцем. - Она горько усмехнулась. - Помнишь, я радовалась, что мой муж не такой, как Делмас? Ты тогда, должно быть, решила, что я непробиваемая дура.

- Я никогда так не думала, - мягко не согласилась Брини.

- Но я научилась думать и делать выводы, я поняла, что моя воля не так уж слаба. Я твердо решила выжить, когда Ричард выкинул меня в пристройку при конюшне. Я хочу жить, Бринн, хочу выздороветь. Ты поможешь мне?

- Поэтому-то я и вернулась, - улыбнулась Бринн. Эдвина пожала руку Бринн.

- Я знаю, это не очень благородно с моей стороны, у тебя своих забот хватает. Что с Делмасом?

- Лорд Ричард отправил его куда-то.

- Почему?

Бринн отвела взгляд.

- Лорд Гейдж не хочет видеть его здесь.

- Алиса сказала, что норманн возбудил в тебе любовь. Правда?

- Нет, он просто возжелал то, что лежит у меня между ног.

- Но ты же сказала, что он не грубо обходится с тобой.

Мягко как ураган, нежно как обжигающее пламя. Он заполоняет ее всю. Она невольно вспомнила, как сегодня днем они занимались любовью. И в ответ сладко заныл низ живота.

- Я не говорила, что он был кроток со мной.

- Тебе нравится. - Эдвина в испуге зажмурилась. - Ты любишь спать с норманном. Я думала, он не оставил тебе выбора.

- Так и было.

- Однако же тебе хорошо с ним:

- Ее брови озабоченно поползли вверх. - Верно? У тебя есть муж. Грех так делать.

- А разве не грех быть с мужем, силой принуждающим тебя жениться? Я не произносила слова обета.

- Женщине не требуется давать клятву.

- В Гвинтале по-другому.

- Тогда там странные законы.

- Справедливые. - Она погладила руку Эдвины. - Не волнуйся. Я сплю с норманном, потому что должна. Скоро всему придет конец, и я уверена, что Господь Бог отпустит моему бренному телу его грехи.

- Тебе все простится, Бринн, другого и быть не может.

Ты не сердись на меня за расспросы. Не мне судить, что есть грех, а что нет. Все переменится, верно?

- Успокойся. Не надо никакого прощения. Мы ведь друзья? А теперь спи.

- Бринн... - нерешительно заговорила Эдвина. - Скажи, все эти чужаки ведут себя так же достойно?

- Что?

- Ну, понимаешь, норманн явно нравится тебе и...

Эдвина нетерпеливо махнула рукой.

- Он привлекает тебя?

Широкие мощные плечи, голубые, как северное море, глаза. А у Гейджа они такие яркие.

- Да. Я о нем думаю, - скорее себе ответила Бринн.

- А этот? - Эдвина показала на спящего Малика. - Он еще красивее, чем мой муж. Ричард рассказывал мне, что норманны - грубые варвары с кривыми зубами и редко моются. Если все они столь же красивы, то немудрено, как трудно удержаться от греха.

- Малик не норманн. Он сарацин и не дьявол-искуситель. Его сердце столь же прекрасно, как и его лицо.

Эдвина в сомнении покачала головой.

- Я так думала и о Ричарде. Нелегко понять, как может ничтожество скрываться под привлекательной наружностью.

- Как тебе сказать, норманны похожи на саксов. Но они все разные: одни красивы, на других страшно смотреть. Ты права, главное, разгадать, какой человек. - Она встала и достала шерстяное одеяло из сундука для полотна и теплых вещей. - И вообще, сегодня ни о чем не надо волноваться.

Эдвина снова посмотрела на Алису.

- Бедняжка, - выдохнула она. - Как жестока жизнь к женщинам! Мы что-то должны делать...

***

- Добрый день. - Гейдж стремительно вошел в спальню. - Как ты, Малик?

- С каждым днем все лучше. - Он показал на Эдвину. - Познакомься, это леди Эдвина. Мой друг, Гейдж Дюмонт.

- Лорд Гейдж, - едва слышно произнесла Эдвина. Она на мгновение остановила на нем пристальный взгляд, а потом, улыбнувшись, протянула руку. - Спасибо, что приняли приглашение в Редферн.

Гейдж осторожно взял ее тоненькую руку и грациозно поклонился.

- Если бы я знал, что здесь скрывается столь прекрасная дама, то убедил бы Вильгельма пойти в поход на Англию гораздо раньше.

Бринн не могла отвести от него удивленных глаз. Его манеры отличались изысканностью, а улыбка выдавала благородство. Такого Гейджа она еще не знала. Поймав на себе внимательный взгляд Малика, она вспомнила его слова: "Он богатая натура - поэт, торговец, воин. Ты знала только воина".

Эдвине было позволено увидеть Гейджа во всем его душевном великолепии. Бринн поймала себя на том, что злится. Ей стало стыдно. Эдвина заслуживала самого трогательного к себе отношения.

- Как мило с вашей стороны, вы так любезны, но во мне не осталось никакой красоты. - Эдвина коснулась черных кругов под глазами. - Мне кажется, я словно потухшая свеча. - Эдвина была так трогательна своей бесхитростностью.

- Так зажжем свечу! - улыбнулся Гейдж. - Доверьтесь Бринн. Сдается мне, она прекрасно справляется со своим делом.

- Я искренне верю ей. - Эдвина наклонилась и взяла Бринн за руку. Всегда. - Она посмотрела на него снизу вверх. Он показался ей великаном из сновидения. - Но иногда она делает то, что ей кажется разумным, а не то, что надо. Нехорошо, что я сплю в одной кровати с мужчиной.

- Я знал, что этим кончится, - печально вздохнул Малик. - Вы хотите, чтобы я заболел и умер от тоски?

- Меня следует перенести на другое место, - настойчиво повторила Эдвина. Она показала на лежак у другой стены, где ночью спала Алиса. Может, нужен еще один лежак?

- Уверяю вас, Малик слишком слаб, чтобы вести себя иначе, нежели с полным к вам почтением. - Гейдж разговаривал с ней, как с капризным ребенком. - Через несколько недель ваша озабоченность будет вполне оправданна.

Эдвина упрямо стиснула губы.

- Меня надо перенести. - Она протянула ему обе руки. - Пожалуйста.

- Как вам угодно. - Гейдж поднял ее с кровати, пронес через всю комнату и очень аккуратно уложил на лежак.