Цветок Эридана

- Dom vesny, - не задумываясь ответила девушка. - А... ээ... даже не знаю, как перевести. Мы все здесь живём.

- Мы? - переспросила фрейлина.

- Женщины, которые в плену. Отсюда никого не выпускают.

- Вот как... - протянула Ева-Мария.

Ей стало дурно, и она рванула рукой ворот шубки. Бриллиантовая пуговка отскочила на пол и укатилась под соседний стол. Две женщины, сидевшие там, нырнули вниз и устроили потасовку за обладание красивой вещицей.

- Но это до рождения первого ребёнка, - поспешно добавила Даная, подливая в бокал ещё вина. - Затем переходишь в другой дом и так далее.

- Зачем?

- С виду образованные, а такие глупые вопросы спрашиваете! - прыснула та, и тут же, преисполнившись важного вида, стала объяснять, что по местным законам все женщины в Мроаке, независимо от их желания, должны быть использованы для продолжения рода и развлечения мужчин.

- Все? - миледи Элия посмотрела по сторонам. - Я вижу здесь только чужестранок. Значит, на уроженок острова правило не распространяется?

Даная пожала плечами.

- Этено не станут работать в весёлом доме, а остальные здесь наравне с нами, хоть и задирают нос. Как вон та, - она ткнула пальцем в худую блондинку, дремавшую на шкуре.

- И сколько детей нужно родить, прежде чем вас освободят? - осведомилась мисс Кельвин. Фрейлине было не по себе, что уж говорить о Еве-Марии! Последняя кусала губы, а взор её метал сиреневые молнии.

- Пятерых. Их всех забирают. Потом можно получить гражданство и даже выйти замуж.

- Это шутка?! - негодующе перебила королева.

- Ничуть. Да Вы успокойтесь, - отозвалась девушка. - Тут вообще-то неплохо, мужчины щедрые и не бьют, а таких красавиц и вовсе будут на руках носить.

Покраснев как пион, Ева-Мария вскочила и сделала два шага к выходу, но запнулась о скамью и упала на какого-то кадара. Тот сграбастал девушку за талию и пытался посадить к себе на колени. Вмешалась охрана, начался мордобой, в который вовлекались всё новые и новые участники. Тем временем с верхнего этажа спустилась группа молодых гассеров - видимо, они весело провели ночь и сейчас спешили на свои корабли. Одобрительно свистя, они обошли дерущихся, при этом пара парней под громкий смех посетителей загляделась на девушек и врезалась в мебель, а один растянулся на полу.

- Сестрёнка?! - неожиданно послышалось слева.

Ева-Мария встрепенулась, не веря своим ушам.

- Вот это да! - Ральф де Випонт распахнул объятья и прижал королеву к груди. - Что здесь делает моя ненаглядная кузина? Не каждый день встретишь в бор... эээ, в таком весёлом месте королеву Эридана.

- Вы в Мроаке? Почему?

- Ну, я-то понятно, а вот вас каким ветром сюда занесло? - юноша с интересом посмотрел на Элию Кельвин. - До меня дошли слухи, что во дворце живут две пиранийские красотки, но я не думал, что их отпустят погулять.

- Вы тоже пленник, монсеньор? - взволнованно перебила Ева-Мария. Её нежные пальцы ощупали лицо брата, чтобы убедиться, что это не сон. Он выглядел худым, но возмужавшим; салонный лоск и изнеженность уступили место силе и грубоватой развязности. Его кожаная одежда пропиталась запахом моря, пота и дешёвого рома, волосы отросли до плеч, а руки окрепли.

В ответ Ральф расхохотался и потрепал её за щёку.

- Конечно, нет! Я остался, потому что мне здесь нравится. Ну и дядька Колз замолвил пару словечек.

- Эдлер Колз? - смутилась принцесса.

- Ага! Ты его знаешь? Впрочем, кто же не знает старину Колза! Чёрт, сестрёнка, мне нужно идти. Забегай ещё, я буду ждать! Ты подурнела, но всё равно лучше всех! - он развязно чмокнул её в щёку и побежал к выходу.

- Мсьё Ральф!.. - отчаянно крикнула Ева-Мария, но принц лишь отсалютовал ей и скрылся в дверях.

В этот момент из небольшой комнаты за стойкой вышла Дратса; её сопровождала высокая черноволосая женщина с колючим взглядом.

- Чёрт! Ни на минуту нельзя оставить, - на лице Дратсы появилась косая ухмылка. Она рывком схватила принцессу за руку и поволокла на второй этаж. - А ну, пошли со мной!

- Куда Вы нас тащите? - спросила королева, упираясь.

Брюнетка последовала за ними в небольшую, весьма скудно обставленную комнату. Вместо двери у входа висела шкура животного. Из множества таких же комнат в коридор выглядывали, провожая их глазами, растрёпанные женские головки.

- Я решила, что вас двоих надо как следует подготовить, - заявила Дратса перепуганным пленницам.

- К чему? - истерически спросила принцесса.

- Чтобы вертеть мужиками, надо уметь с ними обращаться. Раз уж халдор купился на твою смазливую мордашку, хотя бы не разочаруй его в спальне.

Лицо Евы-Марии загорелось, как дикий мак.

- Мы не желаем это слушать! - взвизгнула она, топнув ножкой. - Как Вы смеете делать подобные предложения королеве?!

- Тут тебе не Пирания, детка, - цинично ответила Дратса. - Эй ты, можешь начинать! Если что, я внизу, - и мроаконка вышла в коридор.

Женщина, которой поручили "воспитание", не отличалась учтивостью и плохо говорила по-эридански. Первым делом она попыталась снять с Евы-Марии шубу, но получила по рукам. Затем, когда принцесса присела, она снова подступила с объяснениями и хотела уложить её на кровать, однако девушка подняла такой крик, что сбежался весь этаж; пришлось звать Дратсу, и пока она вела пленниц к выходу, со всех сторон слышались смешки и предложения.

Когда они вышли на улицу, Дратса развернулась и влепила королеве затрещину. Мир повернулся волчком, и девушка опрокинулась в грязный подтаявший снег. Боль была настолько сильной, что у неё онемело лицо, а в голове всё расплылось. Она получала пощёчины от лорда Фина и от Лорита, но по сравнению с этой они казались ласковым прикосновением.

- Ey, gasser, polegche, - угрюмо буркнул один из охранников.

- Molchat'! - та наклонилась и спешно подняла девушку за шиворот.

До замка её, можно сказать, не вели, а тащили. Там Дратса объявила, что раз они не выполняют приказов, то с этого дня будут сидеть взаперти. Королева была почти без чувств, а Элия, прекрасно понимая, что с ней будут церемониться ещё меньше, даже не пыталась возражать.

К ужину мроаконка перестала злиться: ей нравилось хозяйничать во дворце, и она снизошла до того, чтоб разрешить пленницам поесть. Девушки с покорным видом сидели за столом - мисс Кельвин резала апельсин, а Ева-Мария отрешённо держалась за распухшую щёку и даже не прикоснулась к еде.

- Ешь, - приказала Дратса, подтолкнув к королеве тарелку с супом.

- Не хочу, - сердито выговорила девушка.

- Будешь!

- Не буду!

Дратса врезала ей по затылку. Ева-Мария качнулась вперёд, суп оказался у неё на платье.

- Прекратите так обращаться с Её Величеством! - не выдержала фрейлина.

- Ничего, будет больше ценить хорошее обхождение, - женщина растянула губы в усмешке.

- Вы не должны бить королеву. Что скажет мессир Хазар, когда узнает об этом? - настаивала Элия.

- Он скажет спасибо, - самодовольно ответила та.

К утру лицо Евы-Марии ещё больше опухло. Элия обеспокоилась и попыталась приложить к разбитой скуле смоченное ледяной водой полотенце. Королева всё ещё пребывала в шоке от того, что её посмели так сильно ударить. Мисс Кельвин заикнулась, что надо бы позвать врача, но Дратсу совершенно не интересовали царапины Евы-Марии; вместо этого она велела им одеваться и вновь потащила в бордель. Принцесса долго упрямилась, но ей пришлось смириться и слушать наставления женщины из весёлого дома. Она терпела их лишь из боязни новых побоев; кроме того, в её душе теплилась надежда снова встретить брата. Следующие несколько дней прошли в молчаливом противоборстве, и тут случилось одно странное происшествие.

Среди глубокой ночи по гулким каменным коридорам прокатился испуганный женский крик. Не успели его отголоски затихнуть в воздухе, как в спальню ворвалась Дратса с факелом в одной руке и ножом в другой. Королева сидела на кровати, её била дрожь.