Цветок Эридана

- Cely chas reshali, - съязвил Ога.

- Uvedi ih, Kolz, - велел Хазар.

Эдлер подхватил Еву-Марию с другой стороны, и все трое вышли в коридор. Фрейлины остались в столовой, сбившись в кучку под плотоядными взглядами мроаконцев.

- Ya razocharovan, - Гленн проводил Элию опечаленным взглядом. - Ne svit' mne gnyozdyshko s etoy medoven'koy blondinkoy.

- Chto teper'? Otpravim ptichek v Eridan? - насмешливо поинтересовался Найтли.

- Za vykup. Etim zaymyotsya Sorbus.

- Pochemu opyat' on? - хмуро спросил Никза.

- Potomu chto vy, obormoty, dazhe yazyka ne znaete, - рявкнул король.

- A esli na lodku napadut piraty? - вмешался Твазимхар. - Govoryat, v prolive nynche nespokoyno.

Послышались многозначительные смешки.

- Mne vsyo ravno, no uchtite: za netronutyh devic dadut bol'she, - Хазар холодно посмотрел на фрейлин. - Можете собирать вещи.

- Мы правда вернёмся домой? - Элизочка восторженно захлопала в ладоши.

- Сударь, - вдруг произнесла Стелла, - позвольте мне остаться на острове.

Все застыли от удивления, а Диана Саем выдавила кривую улыбку.

- Твои родители не могут заплатить? - деловито спросил Тарг.

- Мой отец эриданский министр, он очень богат, - ответила фрейлина. - Я не нуждаюсь в содержании, я могу быть полезной, просто позвольте мне остаться, прошу Вас!

- Да она спятила! - засмеялась Саем. - Стелла, ты же недавно стонала, что хочешь в Пиранию.

- Я передумала, я хочу жить в Мроаке, - нервно теребя платок, повторила брюнетка.

- Причина? - коротко бросил халдор.

- Я хотела бы... - она взглянула на Киллах да Кида и покраснела.

- Vot ved' schast'e privalilo! - вырвалось у эдлера в ответ на вопросительный взгляд короля. - Na cherta ona sdalas'! Pust' valit v Eridan.

Хазар пожал плечами и указал на дверь.

- Но я хочу остаться! - ди Муян имела чрезвычайно несчастный вид.

- Ba! Da u nas tut "love story", - едко произнёс Ога.

Мроаконцы заухмылялись.

- Ay-ay-ay, takaya prekrasnaya devushka stradaet, vsemi lapkami ceplyaetsya za tvoe serdce, - покачал головой Бэйд.

- A mne-to chto? Idi utesh', esli zhalko! - огрызнулся Киллах да Кид, и сопротивляющуюся Стеллу вывели вместе с остальными.

- О мой Аполлон, мой Леголас! Хотя бы поцелуйте меня на прощание! - вскрикнула она, простирая руки к безжалостному красавцу.

- Какой стыд, - проскрипела Дора Инсара, осуждающе качая головой. - Какое падение нравов! Вот уж не думала, что доживу до того дня, когда молодые особы совершенно перестанут ценить свою добродетель.

- Увы, Вам не понять, - пробормотала Стелла, и дверь захлопнулась, похоронив её глупые мечты.

- Это ужасно, - в десятый раз повторила Ева-Мария, сидя за столом и роняя слёзы на листок бумаги. - Мы не можем поверить!

- Ваше Величество, пожалуйста, успокойтесь, - тихо сказала Элия: она расположилась рядом и сочиняла письмо домой. - В Вашем состоянии нельзя так нервничать.

- Едва у нас появилась надежда, как всё рухнуло! - сокрушалась королева. - Боже, что с нами будет?! Помощи ждать неоткуда, - ещё одна слеза упала на бумагу, украсив каракули кляксой.

- Я уверена, что всё обойдётся. Король Хазар не такой уж скверный человек, Вам просто следует убедить его поискать компромисс.

- Миледи Элия! - высокомерно перебила принцесса. - Он дал понять, что отпустит только фрейлин, а мы обречены умереть от холода и безразличия!

- Возможно, Вам стоит быть подобрее с мессиром? - осмелилась предположить девушка. У неё имелись некоторые сомнения по поводу отъезда свиты, но она благоразумно промолчала, дабы не волновать королеву. - Слёзы действуют не на каждого тирана, в то время как благожелательность помогает наладить отношения.

- Какие глупости! Он может неправильно понять, - надулась Ева-Мария.

- Почему, мадам? Вы ведь замужем, - сдержанно произнесла мисс Кельвин.

Королева вздохнула и подперла щёку рукой. В дверь постучали.

- Войдите, - уныло разрешила она.

Дверь открылась, и порог переступил мужчина средних лет; смуглая кожа и вычурная одежда выдавали в нём чужестранца. Элия встала и сделала книксен.

- Прошу прощения за беспокойство, - сказал он, соединив у груди ладони и низко кланяясь. Его эриданский был плох, но говорил он уверенно. - Я Вейсба, мунсиф царицы Агамы. Царица прислала меня, чтоб я помог госпоже подготовить документы о разводе.

Он подал ей несколько свитков. Это был иск о расторжении брака, доверенность, обоснование, перечень требований, расчётные списки и собственно брачный контракт. Королева растерянно притронулась к злополучному договору, связавшему её судьбу с Лоритом.

- Вы полагаете, мы это подпишем? - спросила Ева-Мария.

- Жду со смирением и покорностью, - мунсиф снова поклонился.

- Убирайтесь! Этого никогда не случится! - девушка размахнулась и кинула бумаги на пол.

- Моё изумление не знает границ, - пробормотал Вейсба, ползая по полу и собирая документы. - Разве госпожа не хочет, чтоб развод состоялся?

- Нет! Этого хочет ваша царица, но она забыла спросить наше мнение! Мы уже поняли, что возмутительный фарс, который устроили она и Хазар якобы из желания помочь нам, преследует лишь их собственные интересы. Скажите ей, что её фантазии никогда не станут реальностью! Мы не будем ничего подписывать!

- Милая госпожа, сердце подсказывает мне, что Вы введены в заблуждение злыми речами. Царица верна обещанию позаботиться о Вас: куда бы Вы ни прибыли, к Вам отнесутся с надлежащим почтением и заботой.

- Развести нас с Лоритом, чтоб выдать за другого - это и есть её забота? Спасибо, мы об этом не просили! - фыркнула принцесса.

В этот момент в комнату вошёл Тарг.

- Всё уговариваете? - спросил долговязый, саркастически глянув на мужчину. - Здесь не уговорами надо.

Эрл прижал ладонь девушки к столу, вынул нож и пригрозил, что если она не образумится, он отрежет ей палец с кольцом и отправит Лориту вместо письма. По голосу поняв, что он не шутит, напуганная и дрожащая Ева-Мария обмакнула перо в чернила, и стараясь не думать о последствиях, подписала всё, что дал ей мунсиф. Её Величеству пришлось потрудиться: бумаг было предостаточно. Под конец она уронила голову на руки и затопила стол потоками слёз, твердя, что не простит им это бессердечное вымогательство. Элия стояла рядом и тщетно пыталась всучить принцессе носовой платок, с опаской косясь на Тарга. Вейсба аккуратно собрал документы, и мужчины вышли.

Проходили дни, и Ева-Мария - от природы живая и ветреная - тосковала всё меньше. Если что-то и тяготило королеву, то скорее отсутствие привычных удобств, нежели положение пленницы. Они с Элией могли свободно перемещаться по дворцу, и королева даже вытребовала себе ванну. За неимением оной во дворец притащили гигантскую створку тридакны и поставили в бане. Несколько дней Колз, Элия и Клиц не жалея рук скоблили и шлифовали волнистую поверхность раковины, чтобы Её Величество могли насладиться купанием. Когда всё было готово, Ева-Мария, по своему обыкновению, даже не сказала спасибо, приняв их труды как должное.

Из комнаты фрейлин Элия перебралась к принцессе, и теперь они спали в одной кровати. Так было гораздо теплее, а главное - спокойней: хоть это и казалось мроаконцам странным, зато Ева-Мария могла не опасаться, что пустое место рядом с ней пожелает занять кто-нибудь ещё. В отсутствие Хазара королева развлекалась тем, что томила эдлера Клица - бедняга ходил за ней как тень, постоянно подвергаясь насмешкам. Вскоре ей это надоело, и она переключилась на Колза - тот неизменно был поблизости, очевидно, получив приказ "приглядывать".

Однажды вечером они втроём сидели в столовой. Ужин кончился, мисс Кельвин тихонько перебирала струны арфы, а Ева-Мария, с ногами забравшись на костяной трон халдора, куталась в тёплую накидку и боролась с подползающей дремотой. Как всегда, королева заговорила первой: