Страница 33 из 53
К Гарри и Гермионе подсел Невилл, потом в купе ввалился Рон Уизли.
— Гарри, — начал он прямо с порога, — а чего ты меня с собой не взял? Мы же друзья!
— Но, Рон, ведь Гермиона девочка. И ее родители — обычные люди, у нее просто не было порт-ключа. Я думал, что твои родители вам всем такой сделали, они же волшебники.
Рон задумался.
— Ну ладно, — наконец неуверенно проговорил он, — наверное, так и есть. Но у нас порт-ключей нет, папа такое не делает, а стоит дорого.
Невилл покачал головой.
— Бабушка говорит, что это безответственность, — сказал он, — она меня похвалила, что я Дина Томаса с собой захватил, он же тоже магглорожденный.
— Да ладно, — махнул рукой Рон, пожирая глазами источающую аппетитные ароматы корзину, — лучше рассказывайте, где были. А то я в Мунго провалялся все это время.
— Как там твоя сестра? — спросил Невилл.
— Хреново, — ответил Рон, — нас к ней и не пускали толком. Мама все время плачет. Но колдомедики говорят, что Джинни поправится. Правда, долго лечиться надо.
— Главное, что поправится, — сказал Гарри, — давай, садись, тут на всех хватит.
Хватило действительно на всех. И было очень вкусно. Гермиона показывала колдографии и хвасталась подарками. Синьора Руджиери подарила ей книгу по лекарственным зельям, Бернардетта — несколько пакетиков с душистыми травами, которые росли только в окрестностях Триоры, Джанни — забавного плюшевого котенка, а Франческа — настоящую чимаруту.
— А профессор Снейп сказал, что разрешит мне сварит зелье, которое помогает учить иностранные языки, — важно заявила Гермиона, — и даже поможет, если что. Вот! А это очень важно. Мы с Гарри обязательно выучим латынь, но я бы хотела еще древне-греческий, арамейский и халдейский. Для начала. Ведь есть еще коптский, шумерский… Конечно, неплохо знать и современные языки, но самые потрясающие книги написаны на этих мертвых языках. А при переводе часто многое теряется.
— Ага, — согласился Гарри, — у синьоры Руджиери есть копии работ Гиппократа и Галена. И свитки Локусты.
— А это еще кто? — подозрительно спросил Рон, который от неожиданности даже жевать перестал.
— Рон! Как ты можешь быть таким необразованным?! Гиппократ и Гален — знаменитые врачи. Один жил в Древней Греции, а второй — в Древнем Риме. А Локуста — знаменитая древнеримская отравительница. У нее сами императоры яды покупали. Это, конечно, не хорошо, но чтобы приготовить противоядие, нужно досконально изучить яд.
— И чего это вы все с отравителями водитесь? — подозрительно спросил Рон, внимательно разглядывая начинку надкушенного пирожка.
— «Все — яд, все — лекарство; то и другое определяет доза», как говорил великий Парацельс, — важно проговорил Невилл.
— Ну вас! — буркнул Рон. — Так и заучиться недолго. Я вот точно зубрить не буду, мне и без ядов всяких весело.
— Как пожелаешь, — ответил Гарри, — но я хочу стать целителем, а для этого нужно много учиться. Это намного круче, чем играть в квиддич. Вдруг… вдруг, я придумаю лекарство от рака? Или еще от чего?
Гермиона кивала. Невилл попросил у нее посмотреть пакетики с травами.
— А можно будет написать этой даме и попросить у нее семена? — спросил он. — Это, конечно, эндемики, им будет неуютно в наших широтах, но вдруг у меня получится вырастить в теплице?
Рон поперхнулся, изумленно уставился на Невилла и повертел пальцем у виска.
— Эндемиками называют растения или животных, которые водятся только в одном месте и больше нигде, — пояснил ему Гарри. — Написать, конечно, можно, но вдруг они их скрывают, чтобы больше зарабатывать на продаже? Все-таки это — бизнес. Дядя Вернон всегда говорит, что не все секреты стоит открывать.
— А еще это может быть опасно, — сказала Гермиона, — я, правда, про растения мало знаю, но вдруг у тебя чего из теплицы выберется? А с животными много всяких неприятностей было. Даже у нас в Англии.
И остаток пути студенты слушали жутковатые истории про кроликов, коз и крыс — “пожирателей экосистем”. Особенно всех впечатлили пчелы-убийцы.
— А знаете, — задумчиво проговорил Гарри, — это тоже хорошая профессия. Ну, я имею в виду: спасать редкие виды и исправлять все эти ляпы. Ведь с магией у нас больше возможностей.
— Ой, я бы с удовольствием спасала белочек, — сказала Лаванда, которая незаметно просочилась в купе во время рассказа и даже ухватила себе пирожное. — Они такие милые!
— А говорят, у нас Хагрид любит всякую мерзость в Запретный лес тащить, — послышалось от дверей, где уже, оказывается, довольно давно скопилась целая команда слушателей, — и каких-то чудовищных пауков развел.
Рон поежился.
— Да ты что!
— Точно говорю! Они даже на кентавров нападают.
— Вот из-за таких безответственных личностей, как Хагрид и наступают экологические катастрофы, — нахмурилась Гермиона. — С этим надо что-то делать! Нам сказали, что в Хогвартсе будут работать сотрудники Отдела Тайн, надо будет у них спросить. Это же важно!
С ней все согласились. Было решено отправить к невыразимцам делегацию и составить список вопросов. Драко Малфой тут же заявил, что его отец может помочь, как член Попечительского Совета. Рон тут же высказался про всех Малфоев оптом и в розницу, но его быстро заткнули, так как все прониклись судьбой магических и обычных животных. Наконец Хогвартс-экспресс прибыл в Хогсмит, что положило конец всем дискуссиям.
В самом замке было много изменений. Из Большого Зала исчез трон Дамблдора. Теперь часть помоста, на котором раньше находились стол и кресла преподавателей, обзавелась небольшим возвышением, где теперь располагались места деканов. В школе было множество авроров и невыразимцев. Часть коридоров была перекрыта. Шапочки из фольги были официально объявлены частью школьной формы.
— Вот бы взглянуть хоть одним глазком на то, что там нашли! — мечтательно проговорил Рон.
— Это может быть опасно, — сказала Гермиона.
— Говорят, Дамблдора арестовали, — сказал Шеймус, — вот это да! Хотя он всегда был странным. Может, он какие эксперименты над нами ставил? Я про такие вещи читал.
— Какие еще эксперименты? — удивилась Лаванда.
— Ну, там — излучение какое. Или препараты в еду. Чтобы посмотреть на реакцию. Даже оружие такое есть. Это, как его… психо… психичес…
— Психотропное, — сказала Гермиона.
— Точно.
— А это какое… такое? — заинтересовались другие.
Гермиона принялась рассказывать. К столу Гриффиндора сперва подтянулись студенты, а потом и авроры с невыразимцами.
— Есть звуки, которых человеческое ухо просто не слышит, — рассказывала Гермиона, — но все равно фиксирует. Там все дело в частоте колебания звуковых волн. Одни успокаивают, а другие наоборот — вызывают панику.
— Что такое колебания волн?
— Это маггловская физика, — Гермиона даже кулачки стиснула, — я могу у родителей попросить, чтобы учебники прислали. И еще научно-популярные книги есть.
— Мисс, — обратился к ней сотрудник Отдела Тайн, — я бы тоже хотел взглянуть на эти книги. Если вашим родителям придется потратиться, то мы возместим. Будьте так любезны написать письмо, а я берусь доставить его со всей возможной скоростью.
— Конечно, — тут же согласилась девочка, — я прямо сейчас и напишу. У нас дома есть такие книги, а папа с мамой, если что, и новые купят.
— Большое вам спасибо.
— Наверное, и скопировать будет можно? — спросили другие ребята.
— Можно, — кивнул невыразимец.
Гермионе тут же выдали пергамент, перо и чернильницу. Книги прибыли уже на другой день.
========== Глава 30 ==========
Втянуться в учебу получалось не у всех, уж слишком много всего произошло. К тому же, постоянные встречи с невыразимцами, которые мотались со своей аппаратурой по всему замку, не давали забыть о случившемся, порождая новые страхи и слухи. Джастин считал, что в Тайной Комнате находится потерпевший крушение межпланетный корабль или какая-то его часть, которую Основатели неким образом приспособили для своих нужд. Слизеринцы выдали новую идею о легендарной ссоре Основателей. По этой версии Салазар Слизерин объявлялся единственным выжившим путешественником, которого подло обманули, воспользовались его знаниями, а потом выгнали. Студенты других Домов отрицали это и яростно спорили. Дело доходило до драк. Кончилось тем, что инопланетянами объявили уже всех четверых, старательно придумывая им далекую родину. Астрономия внезапно стала пользоваться бешеной популярностью, а к Астрономической башне вернулось ее обычное предназначение — изучение звездного неба. Райвенкловцы предложили приобрести для школы хотя бы один новый мощный телескоп, чтобы рассматривать другие галактики и искать там братьев по разуму. В конце концов, среди обитателей других миров тоже могли быть волшебники. Начался сбор денег. Конечно, карманных денег студентов на такую покупку хватить не могло, но Драко Малфой рассказал об этой инициативе отцу, и тот подключил Попечительский Совет. Гермиона через родителей раздобыла информацию о телескопах, которые можно было приобрести, и их технических характеристиках. Профессор Флитвик пообещал лично зачаровать покупку, чтобы магическое поле Хогвартса не мешала работе и исследованиям.