Страница 21 из 53
Так что следующей ночью патрулирующий коридоры Северус Снейп с ужасом наблюдал за непосредственным начальником, старательно выковыривающим из стены плиту, на которой была изображена змея.
А утром у входа в Большой Зал обнаружилась надпись: «Волшебники — это не то, чем они кажутся». Хогвартс содрогнулся от слухов.
— Это похоже на фразу из какого-то сериала, — задумчиво проговорил Джастин Финч-Флентчли, — только там вроде про сов было. У меня мама смотрела.
Другие магглорожденные дружно кивали.
— Значит, это написал кто-то из грязнокровок, — тут же заявил Мафлой, — потому что никто из чистокровных про эти, как их там, “риалы” ничего не знает.
— Ой, да ладно тебе! — махнула рукой Парвати. — Кому интересно, тот вполне может и у магглов в гостях побывать.
— А что тут имеется в виду? — наморщил лоб Маркус Флинт. — Волшебники — это и есть волшебники. Или тут про оборотное зелье написано?
— Хочешь сказать, что в Хогвартсе есть кто-то, кто выдает себя за другого? — заинтересовались другие студенты.
— Да ничего я не хочу сказать, — отмахнулся Флинт, — это придумал тот, кто это написал.
Шеймус Финнеган, отец которого служил в маггловской полиции, внимательно осмотрел надпись.
— Краска такая же, какой было написано про Тайную Комнату и наследника Слизерина, — заявил он.
— Опять этот наследник… — проворчала Гермиона.
— Нет, — авторитетно заявил Нотт, — наследник Слизерина обычной краской писать бы не стал. Он бы кровью написал или наколдовал что-нибудь такое… зловещее. Краска — это как-то…
— А где он краску взял? В Хогсмите? — спрашивали вокруг.
— Может, у Филча есть?
— Ну, может быть…
— Эй, гриффы, — обернулся к Грейнджер Малфой, — а правда, что у вас первокурсница пропала?
— Нет, — ответила Гермиона, — то есть, мы сперва тоже думали, что она пропала, но профессор МакГоннагал сказала, что Джинни в Больничном Крыле.
— Да-а-а, — протянула Парвати, — а почему тогда все ее вещи пропали?
— Может ее тот монстр утащил? — задумался Терри Бут. — Значит, шапочки не помогают?
— Нет, — ответила Гермиона, — шапочки помогают. Она могла снять или потерять.
— Ну, на ночь-то все снимают… — пробормотала Лаванда.
— Говорят, пятьдесят лет тому назад, ну или около того, — с видом заправской заговорщицы проговорила Пэнси, — Тайную Комнату тоже открывали. И тогда погибла девочка.
— Что? — потрясенно переспросил Гарри.
— Я тоже слышал об этом… я тоже слышала… — послышалось со всех сторон.
— Ой! — вскинулась Лаванда. — Так оно девочек убивает? Кошмар!
Старшекурсники качали головами.
— Так, мелкие, — заявил Флинт, — по одиночке не шляться. Дело серьезное.
— Я домой хочу! — всхлипнул кто-то из самых маленьких.
— Тихо там! — прикрикнул Флинт. — Старосты, назначьте дежурных, чтобы мелких одних не оставлять. И шапочки эти даже на ночь не снимать, веревочками привяжите, если сваливаются. Или полотенцами, что ли. И будем следить!
========== Глава 20 ==========
Слежка не дала ничего. Разве что мадам Помфри заявила, что Джинни Уизли больна чем-то очень страшным и заразным, поэтому увидеть ее ну никак нельзя. Это было странно, и Перси написал родителям. Письмо вызвало визит Молли Уизли и скандал. Сперва в Больничном Крыле, а потом в кабинете Дамблдора. Впрочем, никаких последствий у этих скандалов не было. Другие ученики не пропадали, из-за чего все уверились, что Джинни просто неосторожно сняла шапочку на ночь. Шапочки тогда сняли и другие, но монстр был еще слаб, поэтому смог призвать только одну девочку. А потом появилась следующая надпись: «Бойтесь тех, в кого поверили и кому доверились». И снова Хогвартс погрузился в пучину слухов и сомнений.
Дамблдор был в ужасе. Он уже несколько раз подходил к проходу в женском туалете и пробовал его вскрыть, но у него ничего не получалось. Похоже, что Том решил подстраховаться и зачаровал проход наглухо. В конце концов директор снес проклятый умывальник Бомбардой. Прохода не было, взгляду открылась лишь слегка покореженная заклинанием каменная кладка. И все бы ничего, но на шум прибежал Филч, который теперь держался поближе к месту, где напали на Миссис Норрис, мечтая поймать злоумышленника.
— Ди… директор… — пробормотал потрясенный завхоз, медленно отступая к двери.
— Этот кран все равно не работал, — заявил Дамблдор и гордо продефилировал мимо потрясенного сквиба. Можно, конечно, было и память стереть, но уж очень ничтожной личностью был завхоз. И достал до печенок своей облезлой кошкой. Пусть теперь боится!
Филч покачал головой. Мало того, что у него кто-то спер весь запас краски, так теперь еще и это. Краску могли стащить рыжие близнецы, от них всего можно было ожидать. А от директора стоит держаться подальше. Разве что спросить у профессора Снейпа? Может он знает, что тут происходит? К тому же, декан Слизерина обещал сварить зелье для Миссис Норрис. Вот только мандрогорам еще зреть и зреть! Но профессор Спраут обещала, что как только — так сразу. И продолжая скорбно качать головой, старый сквиб отправился в подземелья.
Снейп на услышанное только покачал головой. Директор, целенаправленно и методично (да даже если бессмысленно и хаотично) уничтожающий Хогвартс — это было что-то чудовищное и дикое. Что-то из области того, чего не может быть просто потому, что не может быть никогда.
— Спасибо, что сказали, Аргус, — со вздохом проговорил он, — хотел бы я знать, что это значит. Но больше об этом не стоит говорить никому. Мало ли что.
Филч кивнул.
— Профессор, — сказал он, — а это зелье, оно очень дорогое? У меня есть некоторые сбережения…
Снейп потер переносицу. Ну какие у Филча сбережения? По его видавшему виды сюртуку были понятны размеры его накоплений. Работал, небось, за еду и крышу над головой.
— Аргус, — сказал Снейп, — я даю вам слово, что обязательно приготовлю зелье для Миссис Норрис. Но думаю, что сейчас этого делать не стоит. Вы сами видели, в каком состоянии директор. А если ему ваша кошка попадется под горячую руку? Сейчас она просто окаменела, и мы с вами знаем, что ее можно вылечить. А если ее Авадой? Она ведь не Поттер, чтобы выжить после такого. Да и просто зашибить может.
Филч печально покивал, поблагодарил и ушел, поправив на седой голове слегка сбившуюся шапочку из фольги.
А Снейп еще раз тяжело вздохнул и призвал бутылку старого огденского и бокал. Добиться от Дамблдора внятных объяснений тому, что случилось с Джинни Уизли, не удалось. «Девочка попала в беду, но я сам справлюсь, и все будет в порядке!» Ничего себе! Кстати, не рыжая ли пишет странные надписи — почерк детский, да и написано не на большой высоте. Но зачем ей это надо? Мало нам спятившего директора. В аврорат пока может и не стоит сообщать, но вот Люциуса определенно нужно озадачить. В конце концов, у него тут единственный сын учится. Да, это он сделает в первую очередь. И прямо сейчас.
Люциус Малфой был дома и охотно согласился пройти через камин в Хогвартс.
— И что тут у вас происходит? — заинтересовался он, получая бокал.
Снейп молча продемонстрировал ему шапочку из фольги.
— А это что такое?
— Инициатива гриффиндорцев, — вежливо ответил Снейп, — с помощью этого маггловского артефакта предлагается защищаться от Ужаса из Тайной Комнаты.
Малфой несколько секунд с интересом смотрел в лицо старого приятеля.
— Издеваешься? — спросил он.
— Нисколько.
И Северус поведал и об окаменевшей кошке, и о странных надписях, не забыв эпопею с фольгой, исчезнувшую первокурсницу и выходки Дамблдора.
Малфой залпом опустошил бокал.
— И почему я узнаю об этом только сейчас? — спросил он.
— Ты меня спрашиваешь?
Люциус передернул плечами и взял в руки шапочку.
— Занятная идея, — проговорил он.
— Филиус считает, что это может создавать какой-то дополнительный щит, — пояснил Снейп, — но я думаю, что тут дело скорее в том, что детям так спокойнее. Они даже придумали, что самая младшая Уизли пропала потому, что снимала это на ночь.