Страница 56 из 75
Записки сумасшедшего: Бессилие и беззащитность
Понедельник, 29 июля 2013
Вчерашнее. Смотрели кино. Там есть момент, когда ... они разговаривают и один стоит, опершись руками о стол, и очень неожиданно меня просто скрутило от картинки, так что я отвернулся и передышал, но потом все равно провалился туда, и было много бессилия и беззащитности. Очень сильно затянуло и накатывало волнами, отпустит - и опять туда.
Но потом я вспомнил, что выдержал и это, хрен они что получили от меня.
Я победил.
Все это время, пока я корчился, партнер держал меня. Как бы я сам справлялся, ну, как-то справлялся бы, но одному это намного труднее и страшнее.
Надо быть готовым, конечно. Ты его расковыриваешь, оно и расковыривается, сюрприз-сюрприз.
Неокончательный диагноз: Чек-пойнт
М. сомневается. Не слишком ли интенсивно она работает с этим клиентом, не слишком ли жестко? Не слишком ли полагается на его устойчивость и выносливость?
Хорошо, думает она, посмотрим, что у нас есть. Что я знаю о нем из его рассказов, блогов, из того, что вижу неделя за неделей?
Он мог выживать в такие непростые девяностые, и не один, а с иждивенцем. После переезда смог адаптироваться в новом городе, большом и сложном. Он в состоянии сохранять и поддерживать отношения. Он способен находить работу и оставаться на этой работе, пока не сочтет нужным ее сменить. Он пишет книги, востребованные издателями. Может взаимодействовать с официальными органами. Поддерживает здоровье, самостоятельно обращается за медицинской помощью в случае надобности. Он справлялся с тем, чтобы самостоятельно выбираться из ежегодных летних кризисов с потерей представления о себе.
Да, в процессе работы были опасения, что система может быть дестабилизирована. Поэтому так важно было внимательно наблюдать за изменениями внешности и поведения. Несмотря на тяжесть переживаний, ни разу не случалось нарушений пищевого поведения или распада гигиенических навыков. Не было резких изменений веса, которые бы не были произвольными, по собственному решению клиента. Объем и уровень социальных контактов сохранялся. Сохранялись даже стиль и регулярность записей в блогах.
Он вполне выдерживает такую нагрузку и остается активен и продуктивен за пределами нашей работы.
Продолжаем, как начали.
Харонавтика: "Зачем оно так"
Сессия N 22, 02 августа 2013
Лу говорил о том недоверии, которым останавливает себя. Как он пытается подобрать такую интерпретацию, которая списала бы все телесные реакции и особенно картинки на что-то бывшее "здесь": на детство, стоматолога, кино. Как он отодвигает приходящее естественно и просто понимание "про что это", как старается придумать что-нибудь "реалистичное". Как пытается остановить и игнорировать телесные реакции, если с ними сразу приходит понимание про "там и тогда", если они слишком однозначные и показательные.
М. сказала, что видит это. Наверное, сказала она, у этого есть и функция регуляции.
- Может быть, так ты регулируешь скорость погружения.
Лу сначала подумал: о, да, встречаться с такими штуками, которые ломают привычную картину мира, лучше потихоньку. Если бы он не останавливал себя, все это невероятное слишком быстро свалилось бы на него...
И тут он понял, что это еще не всё.
Если бы он не укреплялся в недоверии, не останавливал себя, он бы гораздо быстрее и глубже оказывался в таких местах, что...
- Можно взять тебя за руку? - попросил он.
Но быстро почувствовал, что вцепился в ее руку и сжал ее очень сильно. Он ослабил хватку, но потом взялся за ее руку обеими руками. Очень старался контролировать силу. Было очень тяжело и жутко. Он представил себе, как двигался бы в этом, если бы принимал все реакции и понимание про них сходу. Сколько бы он хватал за сессию. Ему было жутко.
<...>
М. сказала, что осталось десять минут и глубоко они уже не пойдут.
Он испытал жесточайшее разочарование и обиду, которые не мог сдержать. У них уже была неожиданная отмена неделю назад, а перед тем был ощутимый перерыв, и у Лу накопилось изрядно интереса и напряжения. Он надеялся, что вот сегодня... но - нет. Он сказал: мне очень важно знать, я давно хочу про это, а сам не могу туда ходить.
<...>
М. спросила, что ему дает рамка сессии.
Лу сказал, что так может верить получаемой информации. Они всё делают "по науке". Это настоящее.
- А сам ты просто фантазируешь?- спросила М.
- Да, сам я фантазирую, а здесь все серьезно.
Записки сумасшедшего: Всё ближе...
Вторник, 29 октября 2013
Думал, засыпая ... что из нас троих я был самый защищенный.
Наверное, это чувство вины. И еще стыд. Что я тут ношусь со своими страданиями, когда я был профессионалом и максимально подготовлен к работе - и к такой работе тоже. А они. Мне нечем гордиться тут.
Потом, сквозь дрему, перед глазами потянулись строчки, написанные от руки. Я слишком был сосредоточен на разглядывании почерка, не прочитал, что там написано, но я запомнил, что почерк очень ровный и аккуратный, а верхние палочки у букв - t, d - петельками, узкими, но вполне заметными, и эта t такая смешная с перечеркнутой петелькой. Перечеркнутой наискось. Я проснулся и зачем-то повторил эту косую линию движением руки. Почему-то левой.
Кажется, это был мой почерк.
Пятница, 07 февраля 2014
Пытаюсь записать. Пока не получается.
Может, потом получится расслабиться и записать.
Я уже боюсь смотреть этот сериал, хотя, с другой стороны... А так - ну, сериал.
Партнер говорит, видимо, оно близко подошло, поэтому так легко зацепляется и такая сильная реакция.
На этот раз в серии была ситуация, что детективу угрожают убить его сына, если он не будет сотрудничать с мафией.
Я смотрел спокойно, когда серия закончилась, немного спустя, почувствовал резкое ухудшение самочувствия, стало трудно дышать и удерживать сознание.
Это углублялось. Потом - я не мог объяснить, как это, но было трудно быть. Дышать, жить. Существовать. Это все давалось с трудом. Чувство вины. Понимание, что уже ничего невозможно сделать для того, кем пытаются шантажировать. Для Кима. На самом деле не имеет значения, молчу я или говорю. Это ничего не изменит на самом деле. И это все равно невыносимо.
Продолжалось долго, пока я не смог назвать все это. В два приема, потому что говорить это трудно.
Потом быстро заснул.
... когда понял, что что-то подобное по интенсивности в течение двух недель в прошлом марте пытался пережить сам. И у меня даже получалось. Сейчас просто страшно, что организм не выдержит, вот физически тело не вынесет этого.
Расслабился, однако.
Харонавтика: "Его зовут Лу..."
Сессия N37, среда, 12 февраля 2014
В этой сессии они не пытались куда-то пойти, на что-то посмотреть. Просто разговаривали.
Лу говорил, что очень надеялся, что уже все, они добрались до выхода из ада, дальше уже будет легче. Но оказалось, что это не конец, а передышка. И она была слишком короткой. Это очень горько. Он не был к этому готов.
- Так и будет, - отвечала М. - Слой за слоем. Легче и опять тяжелее. Снова и снова.
Он говорил: когда я выбираю продолжать эту работу, я выбираю не мучить себя, а выбираю лечить себя - и лечение тяжелое, да. Но я был болен. До того, как начал этот процесс, я страдал. И моему партнеру не было бы лучше, если бы я оставил все как есть. Я был намного слабее. Я был неустойчив. Травма и есть травма, а теперь я хоть лечусь.