Страница 27 из 52
- Не знаю. Никогда не интересовался мумиё, - честно признался Всеволод, и подумал: 'Видать, он затарился там этими мышиными какашками, теперь сбыть хочет'.
Странное впечатление производил его собеседник: с одной стороны, вроде, 'не от мира сего', с другой, мужик, похоже, не терялся, и кроме научных получил и практические результаты. А вот следующим вопросом Модест Карлович добил Юрина окончательно.
- Сева, а кто сейчас чемпион мира по шахматам?
Ну, и как это прикажете понимать? Ладно, вполне допустимо, что есть люди, которые не смотрят телевизор, не слушают радио и не читают газет. Но таким до лампочки все чемпионы вместе взятые.
- Каспаров.
Сева заметил... Нет, просто невероятно - он был готов поклясться: Берг слышал эту фамилию впервые!
- А... Карпов?- Берг продолжал изумлять молодого специалиста.
- Карпов опять проиграл Гарри...
Собесежник явно не понял. Сева пояснил:
- Каспарову.
- Да, да, - задумчиво пробормотал Берг, как бы припоминая. Но Сева-то видел: для него это настоящее откровение. Сева попробовал вернуться к прежнему разговору - его заинтересовало горное озеро. Где-то, что-то он уже слышал раньше, мельком, но, убей, не помнил - что и где.
- Модест Карлович, расскажите еще про озеро. Это магическое место, если не ошибаюсь...
- Да, да, - пробормотал Берг, погруженный в свои мысли. - Как вы сказали? Магическое? Можно и так назвать. Таких мест на Земле не более трех десятков... где сходятся астральные векторы... Возможно открытие окна в параллельный мир... Сева, а вы давно здесь работаете?
Что-то он начал заговариваться. Уж не имеет ли Всеволод дело с ненормальным?
- Где, в институте? Нет, совсем недавно, с апреля.
- Вы не знаете Левашову Светлану Георгиевну? Она все еще тут работает?
Голос собеседника дрогнул, когда он назвал имя женщины. Или Севе показалось?
- Не знаю такую. А вы сами...
- Извините, Сева, - перебил Берг. - Мне пора идти.
Он поднялся со стула и, не попрощавшись, удалился. Но не в сторону выхода, а наоборот.
2
Сева не знал, что и подумать. Странный мужик. И это еще слишком мягко сказано. Он глянул на часы. Ё моё! Заболтался, а время обедать. И не черта не сделал, даже забыл поинтересоваться у нового знакомого насчет материалов по Алтаю.
Архивщица продолжала читать. Всеволода она окинула быстрым профессиональным взглядом: не несет ли чего с собой. На отдельном столике у нее грелась на электрической плитке эмалированная кастрюлька - игнорирует институтскую столовую, бережет желудок.
Егорыч, как на грех, сидел за столиком один. Пришлось Юрину подсесть к нему.
- Ну, как успехи? - поинтересовался начальник, промокая губы салфеткой.
- Я с Бергом познакомился. Интересный мужик...
Шеф смотрел на Севу, словно видел перед собой тень папы Гамлета.
- Каким Бергом!?
- Модестом Карловичем.
Парню стало не по себе, даже мурашки по коже.
- Берг погиб в конце семидесятых... В семьдесят восьмом, кажется.
По лицу Егорыча Сева понял: он не шутит!
- Как погиб?- выдавил парень с усилием.
- Несчастный случай в горах. Его шофер все время ружье с собой возил... То ли он его чистил, то ли еще что, в общем - случайный выстрел. Дробина попала Бергу в сердце. Умер мгновенно.
Ощущение у Севы - словно на него вылили ведро ледяной воды, или зашибли дверью, или подружка сообщила, что беременна, а аборт делать поздно, или... 'Как же так. Я только что говорил с ним. Ошибка какая-то?', - крутилось у него в голове.
- Как он выглядел? О чем вы говорили? - принялся расспрашивать шеф. Всеволод, как мог, рассказал все. С минуту Егорыч молчал. Вздохнул печально.
- Ну, первое, что хочу сказать: случайных встреч не бывает. У высших сил все как в каталоге. Я имею в виду компьютерный каталог. Случайных встреч не происходит.
Молодой специалист только пожал плечами.
- А она ведь тоже умерла, знаете? Света... Светлана Георгиевна, про которую он спрашивал. Вышла замуж за иностранца, уехала с ним. В Швецию. И там умерла, представляете! От банальной пневмонии. Неу нас в России, а в благополучной Швеции!! Судьба...
Шеф снял очки и протер пальцами глаза - видать воспоминания разбередили старую душевную рану.
- Какая жалость, что не я встретился с ним. Мне позарез нужно узнать, куда он перед отъездом дел мою папку. На ней записан телефон...
Вот, так-так! Здесь призраки разгуливают, а ему только и забот, что о каком-то дурацком телефонном номере горевать!
После обеденного перерыва Всеволод входил в архив, словно в клетку с живым тигром: и страшно и любопытно одновременно. Дама глянула равнодушно и опять уткнулась в книгу. Сева замешкался перед дверью в хранилище.
- Извините...
Дама оторвала взор от романа.
- Да?!
- Извините, - вновь промямлил Сева.- Здесь был мужчина... Модест Карлович... Он ушел?
- Молодой человек! - Архивщица строго глянула на Севу. - Туда, кроме Вас, никто не заходил!
Да-а! Дела... Нет, он не трус. То есть... не до такой степени, чтобы устраивать истерики, при встрече с 'потусторонними силами', тем более здесь, в Институте. Но! Еще раз оказаться с глазу на глаз с ним, Всеволод не желал бы ни при каких обстоятельствах.
В хранилище - ни души. Ни живой, ни мертвой. Желая доказать всем, а главное - себе, что чего-то стоит, четыре часа кряду молодой специалист добросовестно работал, перебирая пожелтевшие страницы дневниковых записей и черновиков, делал необходимые выписки. За работой и страхи куда-то ушли. Вспомнил Сева о странном 'госте оттуда' только, когда окликнула архивщица:
- Молодой человек! Пожалуйста, заканчивайте! Через десять минут я закрываю архив.
Ее резкий голос, прозвучавший среди абсолютной, 'кладбищенской' тишины хранилища, заставил парня вздрогнуть. Он с опаской огляделся - никого. И, слава Богу...
В рабочую комнату Сева вернулся, словно в родной дом. Эти средневековые ужасы, подвалы с привидениями - не для его нервов.
Кроме начальника в кабинете была только Лариса, разбирающая пыльные папки в дальнем шкафу - ее опять откомандировали в помощь Солнцеву с Юриным. А у шефа, видно, нынче бзик: заставляет всех ковыряться в бумажном хламе.
Егорыч спросил:
- Ну, как? Он больше не появлялся?
- Бог миловал...
Лариса заинтересовалась:
- О чем это вы, Михаил Егорович?
- Всеволод вам потом все объяснит. - Шеф задумался.- Ох, дела... Не иначе Варвара Берберовна балуется спиритизмом. Любит она потревожить гениев прошлого. Не зря ее назначили заведующей архивом.
- А Берг... Он, что, был гением?
- Берг!? Он был богом! Помните, что сказал Ньютон? 'Я стоял на плечах титанов'. А кто такие титаны? Это те, по чьим плечам боги взошли на пьедестал! Или, правильнее сказать, по чьим трупам. Да. Это были воистину боги. Вот, прошу вспомнить: Булгаков, устами Шарикова, сравнивал профессора Преображенского с богом. Помните? И это правда. Какие были люди! Кто из нынешних способен на самопожертвование во имя науки!? А для них это было нормой... Скажем, Альфред Вегенер. Слышали про такого? Его имя незаслуженно забыто, а ведь он, подобно Галилею, совершил революцию в науках о Земле, дерзнув утверждать, что материки движутся! Сейчас теория дрейфа континентов общепризнанна, а тогда, почти сто лет назад, ее сочли ересью. Чтобы добыть доказательства своей гипотезы Вегенер забирался в самые неприступные уголки планеты, и погиб, сгинул во льдах Гренландии. - Егорыч вздохнул, и закончил странной сентенцией. - Так что, дружите Сева с Варварой Берберовной... Кстати, как она вам понравилась?
Шеф бросил лукавый взгляд в сторону Ларисы.
- Мне она показалась типичной... стервой.
Всеволод смотрел на Ларису, но боковым зрением увидел, как шеф делает ему какие-то знаки. Повернулся. Егорыч торопливо поднялся из-за стола и пробормотал:
- Совсем забыл...- и бочком, бочком к двери.