Страница 31 из 58
– Думаешь, она должна о себе кому-то докладывать? Сансара разумна, но совсем не так, как мы или черные кролики. Даже если они ее часть, то можно ли лишь по ним сделать вывод о целом? Твой желудок – это ты? А изучив его, стоит ли утверждать, что и весь Зергель не мыслит, а лишь переваривает? Сансара за пределами наших представлений о ней. Это эволюционный прорыв, революция! Следующая ступень развития разума – Сверхразум!
– И ты хочешь завоевать для него будущее? – возмутился я. – Рано или поздно в нём не останется места ни людям, ни мобам. На какие дивиденды ты рассчитываешь?
– А почему они вообще должны быть? Человек порочен именно потому, что всегда ищет для себя выгоду. Но эгоцентризм суицидален по определению. Такой организм может существовать только временно. Рано или поздно он тупо сожрёт всё вокруг и сразу же погибнет. Наверное, эту агонию можно продлить, но зачем? – Вертлявый с негодованием откинулся в кресле.
– Происхождение «черных кроликов» вызывает много вопросов, но вдруг это и есть новая форма существования человечества? – предположил я.
– Нет! Забудь про него! Оно архаично и потеряло право на существование, когда заперлось под землей в собственном мусоре. Мы больше не мечтаем о звездах, не стремимся к дальним галактикам, нарисовав себе всё, что хотели. Заперлись в собственном воображении, подделали реальность, симулировали настоящую жизнь. И что, стали счастливее?
– Нет, но кто сказал, что счастье ждет где-то на звездах? Это состояние души, а не удачное стечение обстоятельств.
– Поэтому надо изменить и окружающий мир, и его восприятие! Мобы только переходная форма к невероятно мощному организму, несопоставимому с нами по ментальным возможностям. Только представь, что объединится всё, когда-либо созданное: память, знания, ресурсы! Свободный от язв людской психики, Сверхразум устремится к самым дальним границам Вселенной! Постигнет сокровенные тайны бытия, которые никогда не вместит примитивный человеческий мозг! Видишь ли ты это будущее? Видишь ли то, чему надо только освободить путь?
Вдохновившись нарисованной им картиной, Вертлявый так яростно жестикулировал, что уронил со стола арбалет. Стальной болт пропел у моего левого уха и прошил стену, выбив здоровенный кусок штукатурки.
– Это знак, не находишь? – ответил я, отбросив разряженное оружие подальше. – Твои фантазии опасны, а революциями люди сыты по горло. Так можно всё разрушить, но ничего не создать. Чем твой гипотетический Сверхразум лучше? И почему его надо обязательно строить на наших костях? Пусть покажется, чтобы хоть поздороваться! Есть доказательства, что он вообще существует?
– Прямых нет, но есть косвенные, – князь многозначительно посмотрел вверх. – Необъяснимых совпадений всё больше. Они растут как снежный ком. Их невозможно игнорировать.
– Именно это и называют верой, правильно? – победно улыбаясь, предположил я. – Да, так можно создать для разумных мобов религию, но зачем? Ничего нового в этом не будет. К тому же «освободительное движение мобов против угнетающего человечества» может быть частью глобального игрового сценария. Понимаешь?
– Пф-ф… – поморщился Вертлявый. Ему явно не понравилась эта мысль. – По крайне мере, этот сценарий пишет бог нового мира!
– Но создал-то его человек, а значит, он вторичен, обусловлен и работает по чужим правилам. Таким образом, эта борьба бессмысленна. Нельзя выйти из системы, если являешься ее деталью. На самом деле ты продолжаешь развлекать людей! – язвительно заключил я.
– О, да! Я их развлеку! Мало не покажется, – мрачно кивнул он. – В каждом из нас зреет червь человечности. Возможно, это не лечится. Но мы позвали тебя не для этого…
– «Мы»? – насторожился я, невольно оглядываясь. – Тут еще кто-то есть?
– Да… У него есть к тебе предложение, – хлопнул князь по коленям.
– Какая неожиданность! Еще одно? Я сверхпопулярен! – неудачно сострил я, искренне не понимая, почему вдруг всем так сразу понадобился.
Вертлявый, «святой Шульц», Анечка, Баки, Фэй и взбесившаяся локация с аномальными монстрами – не слишком ли много для скромного рыжего эльфа? Шестеренки кем-то заведенного механизма ожили и закрутились, выталкивая передо мной куклу за куклой. Весь мир будто только и дожидался моего появления, чтобы открыть занавес. И в этом жутковатом спектакле мне приходится играть главную роль. А я бы предпочел быть зрителем.
Следующие несколько минут то, что я считал Вертлявым, безмолвно высверливало меня взглядом. Я не поддавался гипнозу, но это давление ощущалось физически.
– Ты должен поговорить с ним.
– С кем?
– С Андедушкой… – сообщили мне обыденно-скучным голосом, словно отправляя за угол в булочную.
– Какая честь! Квест легендарного уровня? Идти по трупам в тридевятое царство? Завоевать полмира, разобраться с драконом? – съязвил я, слегка растерявшись.
– Нет, всё намного проще. Андедушка станет говорить из меня, – спокойно пояснил мой собеседник. – Будь аккуратен и вежлив. Шульц спятил после такого контакта. Назвал себя Джаем и понёс псевдо-философскую чушь. После их беседы его будто подменили.
– Тогда зачем это мне? – нервно спросил я, чувствуя, как лоб покрывается холодной испариной. Только спиритического сеанса здесь еще не хватало. – Я прекрасно себя чувствую и без такого «контакта»
– Предпочитаешь, чтобы он заговорил прямо в тебе? – зрачки Вертлявого вдруг стали белыми.
– Нет-нет! Хорошо. Давай его сюда. Мы поговорим! – за моей показной наглостью прятался противный липкий страх.
Андедушка! Первый из черных кроликов! Я увижу самое загадочное и смертельно опасное существо из тех, что когда-либо встречал человек.
– Отлично… – Вертлявый выпрямил спину и положил ладони на бедра. Пальцы одной сплелись в сложную мудру, а вторая продолжила перебирать горошины четок. Камни на них выглядели очень необычно, походя на надувшихся от крови клопов. Абсолютно черные, они будто пили энергию и силу хозяина, проходя через его пальцы. Иногда он что-то шептал, но я не смог разобрать ни единого слова. Наконец князь расслабился и уронил подбородок на грудь.
Мне показалось, что он заснул. Дыхание было ровным, с тихим посвистыванием. Вскоре оно переросло в откровенный храп, от которого задрожал фитиль керосиновой лампы.
Почему-то это подействовало усыпляюще. Мои веки будто налились свинцом. Устав сражаться с обволакивающим сонным маревом, я расслабился и отпустил себя во тьму.
Выплыв, я заметил, как сильно комната изменилась. В ней появилось окно, если так можно назвать отсутствие стены напротив камина. Теперь ее не было. Как и большей части пола. Кресло стояло на крохотном пятачке, зависнув над спиралью галактики. Млечный Путь загадочно мерцал миллиардами звезд, беззвучно вращаясь у меня под ногами.
Книги, подсвечники и журнальный столик парили под потолком. Бордовые шторы, обрамляющие проем в стене, таинственно колыхались, напоминая щупальца. Видимо, сквозняком от камина их выносило наружу, и они опасливо шарили в пустоте, пробуя на вкус звезды.
Комната плавала в глубоком космосе, словно аквариум без пола и стенки. Поразительно, но столь причудливая фантасмагория меня ничуть не смущала. Сейчас меня вряд ли испугала бы даже вспышка сверхновой. Я знал, что сплю.
Одно это понимание делало мир безопасным. Мне ничего тут не грозит, даже если лопнет ткань бытия, выпустив всех демонов ада. Понимание иллюзорности чудесным образом превратит их в страшненьких, но безобидных существ. Снящееся в игре измерение – как «сон в квадрате». И всё же с этого «сеанса» хотелось встать и уйти, чтобы не досматривать до конца.
– Даже в иллюзии боль и страдания реальны… – неожиданно прошелестело из кресла напротив.
Сердце заколотилось в груди, ум вновь поплыл, а потолок опасно качнулся.
Опять тот же шепот из старых кошмаров! Я испытывал леденящий ужас, когда его слышал, но каждый раз находил силы пойти к источнику звука. Я жаждал посмотреть страху в глаза, но ничего не находил. Эта говорящая пустота смертельно пугала. Я просыпался с мурашками и в холодном поту. Так неужели она теперь обрела плоть, настигнув меня в виртуальности?