Страница 35 из 76
Утро следующего дня. Анхел-рабад
— Надо для малышки Крутеллы выписать из столицы гувернантку-магуницу, — заявила супругу сина Анхел поутру, едва разлепив заспанные очи.
— Да, конечно, мы ведь не знаем, как правильно воспитывать магуна, — не замедлил согласиться с женой Триста одиннадцатый. Он тоже уже пробудился, но вставать не спешил, предаваясь приятным фантазиям о будущем наследнике. — Только не гувернантку, а гувернера. Мальчика должен воспитывать мужчина.
— Какого мальчика? — позевывая, спросила супруга. Спросонья она всегда соображала с напрягом.
— Как это какого? — удивился не менее сонный и заторможенный Анхел. — Нашего внука, естественно.
— Внука не будет, — убежденно возразила супруга, неторопливо вылезая из супружеской постели.
Привычно игнорируя возмущенные реплики мужа по поводу глупого женского эгоизма и наплевательского отношения к интересам рода, Крутелла направилась в ванную.
Что может быть важнее для семьи, чем счастье и спокойствие жены и матери? Конечно, ничего! А сделать счастливой ее, Крутеллу, способно только одно — рождение внучки. Значит, будет девочка. По-другому просто быть не может.
Рассуждая подобным образом, благородная сина добрела до ванной, неспешно приняла утренний душ, вошла в свою гардеробную и взяла в руки первое платье. Оно было из последней коллекции и куплено с прицелом на обновленную фигуру. С затаенной надеждой и предвкушающей улыбкой (а вдруг уже похудела!) женщина приложила платье к себе.
— Нет, рановато, — почти сразу вздохнула она, отбрасывая прочь не оправдавшее надежд одеяние.
Жаль, разумеется. Но ничего не поделаешь, придется подождать еще немного.
Потерявшая интерес к нарядам Крутелла не глядя сняла с плечиков свой скучный привычный балахон и принялась его натягивать тоже совершенно равнодушно.
— А-а-а! — жутко закричала она вдруг, заставив дрогнуть стены древнего Анхел-рабада.
Крик супруги застал сина Анхела в момент намыливания и скорого омовения своего небольшого жилистого тела.
Позабыв обо всем на свете, с риском для жизни (мокрый пол запросто мог отправить к храброногому предку) мужчина выскочил из ванной и помчался туда, где, без сомнения, какой-то злодей убивал любимую женщину. А иначе зачем так орать?
Однако хозяин Анхел-рабада ошибался! Картина, представшая перед ним в гардеробной супруги, была неприятна, но совершенно бескровна. Крутелла стояла среди вороха лежащих у ее ног одеяний и жалобно причитала:
— Не лезет! И это не лезет! И это, и то! Небесные покровители, сколько же эта девчонка сожрала за один вечер?! Все. Как только вернется домой — ни грамма шоколада не получит целый месяц. Нет, год. Нет, пока не родит дочку. Ни грамма мучного и сладкого ей не дам. Будет у меня одним овсом питаться, как… как овца!
— Ну, что ты расстраиваешься, булочка моя сдобная! — примирительно начал быстро успокоившийся син. — Ты у меня самая красивая, самая аппетитная. Ну, подумаешь, в платье не влезла! Что за беда? Новые купим. Делов-то!
Син собирался сказать еще что-нибудь такое же утешительное, но встретив ненавидящий взгляд супруги, поспешил ретироваться восвояси.
Вот как понять этих женщин? Из любой ерунды они готовы устроить драму и скандал. В платье она не влезла. Разве это причина для такой истерики? Совсем ей нет дела до нервов бедного мужа!
— Я не позволю морить голодом моего наследника! — крикнул он храбро уже из ванной под шум льющейся воды. Поэтому его персональная сдобная булочка не услышала ни слова и вышла к завтраку злая, закутанная в парео, и с твердым решением заняться, наконец, воспитанием эгоистичной дочурки.
Через час Триста одиннадцатый обеспокоенно бегал по своему кабинету и громко вопрошал супругу:
— Где же они? Почему не возвращают мою девочку? Что-то слишком долго их нет!
— Ну, коне-ечно… — мстительно протянула сина Крутелла, не без удовольствия наблюдая за метаниями супруга. — Для тебя все, что больше пяти минут — долго. А магуны… они такие… такие…
Мечтательное выражение лица жены очень не понравилось раздраженному неопределенностью и беспокойством за дочь сину Анхелу.
— Какие такие? — неприязненно спросил он, остановив свой беспрерывный забег в районе расположения супруги.
— Магу-унские, — наконец выдала информацию она и даже облизнулась от избытка восхищения.
Триста одиннадцатый громко хмыкнул и собирался уже сказать что-нибудь едкое и неприятное о магунах и их способностях, как внезапно открывшийся портал выдал им долгожданного Канвоя.
Упреждая вопросы обеспокоенных родителей, вестник императора быстро и уверенно проговорил:
— По личному распоряжению нашего многомудрого и народопочитаемого императора, сина Карма Анхел назначена официальной невестой пера Дюна Великолепного и…
Что еще хотел объявить им посланец многомудрого и народопочитаемого императора, оба родителя не услышали, так как единодушно и организованно упали в обморок. Не иначе, от счастья.
Магунбург. Дворец. Гостевые покои