Страница 87 из 177
Глава 17
Небо клубилось черными тучами, ежесекундно изменяющими форму. Агатовые валики дышали, выдыхая призрачные облака, засасываемые сразу же обратно в беспроглядную гущу. Десятки молний одновременно пронзили бурлящее небо, освещая легионы демонов в бурых доспехах с кровавыми подтёками. Снова и снова прострелы молний раскрашивали черноту Инфериатоса, поторапливая солдат.
пыли завертелось в воздухе, расплываясь в стороны из-под массивных сапог. На фоне обугленной почвы кожа блестела, не тронутая брызгами крови и частичками мертвой земли, медленно опускающимися позади мощной фигуры Ваала. Тяжелые шаги Князя с тихим хрустом продавливали потрескавшийся грунт. Оглушительная тишина охватила вымотанное войско, как только Имперод, спешившись с лошади, коснулся ногой земли тренировочного лагеря. Лишь тихое постукивание меча о доспехи, спокойные шаги раненых, шорох трущихся о землю мертвых туш, перетаскиваемых в могильную яму, разбавляли молчание. Никто из воинов десятков транглов не проронил ни звука, пока Ваал твёрдой поступью направлялся к ромуду Кроу. Облаченный в забрызганные зеленой кровью доспехи, окруженный вооруженными подданными, Князь выглядел ещё более устрашающе, чем находясь в стенах замка. Отполированная сталь из металла, добытого в недрах Круатоса, не отражала свет, поглощая его, сливаясь с окружающей обстановкой. Кровь на доспехах постепенно перестала выделяться, слившись с ними, замаскировываясь под сталь. Амуниция Князя превосходила в прочности и лёгкости снаряжение воина любой армии. Превратившись в незаменимую защиту на поле боя, доспехи Имперода вызывали зависть подданных и врагов. Облачение Ваала казалось совершенно невесомым, сливаясь с окружающими красками.
Непроницаемый синий взгляд направлен прямо на ромуда Кроу, ожидающего Князя у первой линейки центуриона. Лицо Ваала не выражало ни единой эмоции, не позволяя Кроу подготовиться к тому, что его ждёт. Для каждого воина присутствие Имперода во время показательной битвы превращалось в испытание серьёзнее, чем проверка реальным боем. Никто не знал, чем могут обернуться для него обыкновенные учения. Как и во всем остальном, Ваал не терпел изъянов в подготовке воинов своего войска. Любого, не вписывающегося в понятие Князя «Совершенный воин» и уступающего сослуживцам в силе, сноровке или выносливости, могли отправить на растерзание тварям Круатоса. И никто не удостаивался чести быть уничтоженным Верховным Князем лично. Только достойные демоны и противники на поле боя испытывали всю мощь ярости Ваала.
Тысячи безупречных воинов молчаливо восстанавливали дыхание после бойни с выродками подножия Круатоса. Растерзанные на части тела противника, разбросанные по всему испытательному полю, свидетельствовали о триумфе центуриона Кроу. Каждый из воинов в почтении склонял голову перед Князем, проходящим мимо. Во всем Инфериатосе не было лучшего воина, чем Имперод Ваал. Бессмертные демоны оказывались бессильны против хладнокровия, с которым он выходил на поле боя, и его молниеносных ударов. Бесстрашие и скорость были самыми опасными соратниками Князя. Тысячи воинов, мечтающих превзойти Имперода в военном деле, достигнуть вершин и войти в число шести привилегированных подручных, вступали в ряды корды Верховного Князя. В мире демонов каждый имел возможность вырвать своё право на богатство и славу в кровавом бою. Тот, кто сумел пройти весь путь от безродного ублюдка через боль и унижения, по трупам и оторванным головам, мог стать тем, при звуке имени которого содрогались. Пусть, за всю историю Инфериатоса таких примеров насчитывались лишь единицы, но абсолютно все воины стремились стать тем редким исключением, которое сумело приблизиться к Корусу Синистри и его необъятной силе.
Ромуд Кроу, нахмурившись, смотрел на приближающегося Имперода. Слишком хорошо он знаком с нравом названного брата, чтобы ожидать от того хвалебных слов. Малейшее несоответствие заданным параметрам, и неизвестно, какое наказание Ваал придумает на этот раз. Благодаря ритуалу обручения с Лилит, позиции Кроу надежно укрепились. Но даже родство не спасёт его от гнева Князя, если тот не сочтёт его идеальным для корды Имперода. Ромуд сделал все возможное, чтобы подготовить солдат к тому, чтобы наконец-то нанести по врагу сокрушительный удар и стереть в порошок выскочек, возомнивших себя равными первородным демонам. Никто не имел право на Корус Синистри, кроме истинного правителя, и Ромуд никогда не позволит этим ничтожествам даже приблизиться к нему. После соединения родов Кроу можно было не опасаться за свою должность, но единственное, чего он боялся, - это стать недостойным права называться ромудом.
Выравнивая дыхание после битвы, Кроу стянул шлем, осматривая потери со стороны корды Князя. Он сумел заметить всего нескольких демонов, не справившихся с выродками. Гораздо больше оказалось раненых. Яд и зубы тварей сделали свое дело. Серые чешуйчатые туши, покрытые изумрудной кровью, украшали поле, радуя глаз ромуда. Там и здесь виднелись оторванные зубастые языки выродков и когтистые лапы. Убедившись, что весь противник уничтожен, Кроу повернулся к приближающемуся Ваалу в ожидании приговора.
У Кроу не было достаточно времени для того, чтобы обучить новобранцев, вступивших в корду Верховного Князя после объединения рода их герцога с домом Первородных. После великого объединения каждый, ходивший под знаменем Хранителей, стал обязанным вступить в ряды корды Ваала. И даже те, кто оставался защитником рода Хранителей, стал частью войска Имперода.
- Корда Верховного Князя Инфериатоса приветствует тебя, Имперод!- присел на одно колено Кроу, склонив голову.
- Поднимись, Ромуд, - Князь посмотрел на войско поверх головы подошедшего.
Суровые лица бойцов, не удовлетворивших свой кровавый голод, требовали смертей настоящего врага. Даже спустя несколько часов боя, доспехи идеально сидели на воинах, подчеркивая подогретую боем ярость.
Кроу выпрямился, зажав шлем в согнутой руке, и взглянул на Ваала, оценивающего войско.