Страница 55 из 76
"Я будущий царь Кассиопеи! Когда я взойду на трон, ты, позор рода Лентулов, моментально лишишься головы за всю свою ересь!"
"Не понимаю, что ему делать в походе! Рассказывать покоренным горожанам Лассирии о мире во всем мире?!"
" Молочный брат? Невелика честь! Нам никогда не достигнуть взаимопонимания!!!"
Казалось, Домиций был рядом. Незримо стоял подле, опустив руку на плечо лучшему другу.
"Да пошлет Светлый Эдер здравия и великих свершений храброму Кассию Кассиопейскому, сыну великого царя Актия!"
"Я поражен! Как тебе удалось уговорить их сдать город без боя?!
"Иногда мудрые слова оказываются куда действеннее меча и кинжала!"
"Властью, данною мне волей почившего в чертогах Эдера отца, великого царя Актия, назначаю тебя своим первым советником в государственных делах. Так же прошу принять титул полководца и взять мои легионы под свой нерушимый контроль!.."
" Может, пора уже признаться самому себе, что ты без памяти любишь эту девочку?.."
... Ни словом, ни жестом не выразил он всю тьму своего страдания. Гасло пламя, превращая головешки и прах павшего друга в сизый пепел, который сейчас казался более зловещим, чем прежде. Словно предупреждая о чем-то. В уставших, покрасневших от жара и слез глазах погасли алые отблески, но световые пятна долго преследовали его в абсолютной тьме, которую не могли прошить даже факелы. Ужасающая усталость сковала неотвратимым панцирем, но гордый, несломленный ударами судьбы до конца царь, держа голову высоко поднятой, безмолвно проследовал в прохладный холл своего дворца, стараясь не зацикливаться на ощущении того, что находиться в этой благополучной роскоши ему остались считанные круговороты солнца.
Немногочисленные слуги и рабы, не пожелавшие покинуть империю с кораблями Спаркалии, сейчас стремились слиться воедино с мраморными колоннами, стать невидимыми для глаз своего повелителя, которого горе наверняка ожесточило до критической точки. Не далее как вчера хранитель покоев и помощник садовника просто сбежали из дворца, но Кассий махнул на это рукой. Хаос в империи отразился на каждом его жителе. Но напрасно они прятались и поспешно исчезали с поля его зрения - меньше всего царя сейчас волновало их обеспокоенное поведение.
Опустевшая, казалось, навсегда тронная зала сейчас была даже не пристанищем, а чужеродной дворцу комнатой. Шаги мужчины отдавались гулким эхом от освещенных факелами стен, когда он неспешным шагом приближался к креслу правителя. Задумчиво погладил резные подлокотники.
Ты хотела занять это место. Но не тогда, когда я тебе это предлагал на равноценных началах. Ты надеешься войти сюда полноправной завоевательницей. Но такой возможности у тебя не будет больше никогда.
- Мой повелитель? - высокая фигура легата отделилась от стены. - Я только что провел рейд на портовой площади. Беспорядки утихли. Твой народ скорбит о смерти великого и бесстрашного Домиция Лентула.
Сомнительное утешение... Но так лучше, прежде всего для них, мятежных аграриев и религиозных фанатов Эдера. Примечательно, что служители культа Лаки никогда не ввязывались в анархичные конфронтации, вопреки своему служению хаосу. Наоборот, призывали к миру и сплоченности перед лицом военной угрозы. Конечно же. Покровитель атланских воительниц, проповедующих, подобно павшему Лентулу, мирное регулирование − и безжалостных и непримиримых убийц, в случае, если были задеты интересы их империи...
- Как? - тихо поинтересовался Кассий, опускаясь на трон, ничем не выдав своей усталости, грозящей сбить с ног.
Юлий Кантун сразу понял, что его царь имел ввиду вовсе не повстанцев.
- Я не присутствовал при этом − правый фланг атаковал двумя шеренгами, пришлось держать оборону. Сука королевской крови уклонилась от стрелы, - он умолчал о трюке с захватом "кометы смерти" ладонью, не желая приписывать ни капли отваги атланской захватчице. - Рядом с ней была эта презренная волчица, что пьет кровь младенцев на захваченных землях.
Кассий поморщился. Его легат жил в плену предрассудков и извращенных слухов.
- Кто из них?
- Солдаты обезумели в своих бреднях. Кто-то утверждает, что помощница презренной матриарх проявила милосердие, прервав страдания раненого полководца. Но говорят также, что она, разрезав ему горло, пила кровь, пока не насытилась, и наполнила походный кубок для своей королевы... - Кассий сжал подлокотники, с трудом сдержав желание ударить Кантуна, который свято верил в последнюю из произнесенной ахинеи.
- Все, что меня интересует − это кто из них лишил его жизни. Догадки и предпосылки мне нужны меньше всего. Ну?
Кантун с неохотой поведал также о тех свидетельствах солдат, которые отмел как неугодные ему лично. О том, как схлестнулись в поединке Латима Беспощадная и Домиций Лентул, причем никто не уступал друг другу в силе, отваге и ловкости, и великий полководец Кассиопеи готовился было поразить шею своей противницы мечом при выполнении кругового прыжка на землю, но более опытная в силу возраста атланка подловила его в этом прыжке, полоснув двумя искривленными мечами по сухожилиям, и было понятно, что такую рану нанесла намеренно. Дальше показания путались − говорили, что она тотчас добила его, безоружного, но новые, поспевшие следом очевидцы утверждали, что там присутствовала "прекрасная, словно воительница Лаки", матриарх. Что именно она велела оборвать его жизнь, и, когда полководица исполнила ее волю, тут же, у тела поверженного врага, произнесла смутившие всех слова о том, что сожалеет, что столь великолепный воин вынужден сражаться не в их армии. А матриарх расплакалась, как девчонка, опуская Лентулу веки и что-то приговаривая.... Да, утверждают, что она настолько благородна, что не отпускает погибших врагов в смертельный путь без молитвы, но это, скорее всего, вымысел, и она просила своих презренных богов сжечь его в океане подземной лавы, а плакала от того, что умер он быстро, на поле боя, а не под пытками...
- Вода твои слезы, яд твои прикосновения... - прошептал Кассий, глядя в одну точку на стене. Он с легкостью отделил правду от вымысла. Достаточно было знать Элику, достаточно было один раз увидеть Беспощадную на приеме в Атланте, чтобы мозаика домысла и правды обрела свои истинные грани. Непримиримая благородна, и не ему осуждать ее за это... Возможно, она спасла Лентула от более ужасной и унизительной участи раба.
Но ведь это ничего не меняло. Абсолютно ничего... И когда она вновь окажется в его власти, он не проявит подобного благородства в виде благословенной смерти. Более того. Он сделает все, чтобы приблизить ее скорое неминуемое падение. И этого будет вполне достаточно. Не нужна ему кровь этой безумной Латимы, одержимой собственным адом и раем, который с ней никогда никто не разделит. Пусть живет на благо его послу, потерявшему голову от любви. Когда он заполучит Эл, им ничего другого не останется, кроме как прекратить сражение во благо своей королевы. Без вожака стая слепа и безопасна.
- Легионера-предводителя Артемисия ко мне, - велел Кассий, давая понять, что разговор окончен. Кантун помялся в дверях.