Страница 47 из 76
Этой ночью Эл так и не уснула. Чтобы хоть чем-то занять себя, устроилась у затухающего костра, подбросив веток, которые через миг озарили все вокруг ярким пламенем. Бездумно водила по острию меча шлифовальным камнем, заточив его грани до такой степени, что, казалось, можно было резать воздух. Сон так и не пришел к ней в эту ночь, не в состоянии пробить броню кипящей энергии. А с первыми серыми проблесками на далеком горизонте матриарх поспешно окунулась в ледяную ключевую воду, облачилась в черно-красные кожаные латы, закрепила тиару на заплетенных в косы темных волосах. Перед началом боя предупредила всех воинов:
- Если мы сегодня возьмем город, слушайте мой приказ. Во дворце живет прекрасная женщина с редким именем Керра. У нее белоснежная кожа, роскошные волосы цвета эликсира кофейных зерен и черные, как ночь, глаза. Ни один волос не должен упасть с ее головы! Вы обязаны вывести ее оттуда и доставить в форт.
Пехота, лучники, конница, непобедимая армия великой Атланты, встретили рассвет во всеоружии, готовые к бою. Позади остался укрепленный форт. Королева выступала в передовой фаланге, не желая прятаться за спинами бойцов, − бесстрашная, решительная и прекрасная, но сегодня эта красота несла с собой смерть. Под покровом ночи четыре шеренги меченосцев и невидимых лучников (аналог снайперов) тайком отправились к карстовым пещерам, чтобы занять там оборонительные позиции; отряд лучших копьеметателей держал засаду на подступах к горным хребтам, готовые дать бой на месте отрядам кассиопейских диверсантов, если такие захотят подобраться к ним с незащищенного фланга.
Широкая, но беспощадная улыбка озарила красивое лицо Элики при виде Кассия, перенявшего ее собственную тактику − лицом к лицу, не убегая от смерти и неизбежности. Царская корона еще ни на ком из знакомых ей правителей не сидела так идеально и гармонично. Широкий голубой плащ, национальный цвет Кассиопеи, небрежно переброшенный через плечи, не скрывал великолепного тела, которое словно налилось еще большей силой играющих мускулов. Испытывая злорадство и восхищение одновременно, Элика грациозно поднесла к губам стальную спираль.
- Приветствую тебя, царь Кассий. Ключи или бой, достойный воин?
- Приветствую дочь непобедимых атлантов на своей земле, - спокойно ответил самый желанный враг. Приятная дрожь предвкушения пробежала по позвоночнику Эл при звуке его усиленного раковиной голоса. - Кассиопея никогда добровольно не отдаст ключи от своих стен. Приди и возьми, великолепная матриарх, если сможешь выстоять в бою!
- Пусть победит достойный, - произнесла девушка ритуальную фразу, передавая витой рог оруженосцу. - Лучники, бой! Щиты!
На войне дорога каждая капля масла. Каждое промедление может стать роковым. Поразительная, аналогичная организованность таких похожих, сильных, отважных, но волею судьбы оказавшихся по разные стороны баррикад армий словно повторяла действия противника, самым непостижимым образом.
Купол щитов моментально выстроил стальную оборону, прикрывая королевскую троицу, принимая в блестящий в лучах утреннего солнца металл каскад горящих стрел. Ответная атака натолкнулась на такую же непробиваемую стену защиты.
- Копье! - хладнокровно распорядилась матриарх, принимая стальное орудие смерти из рук одной из Пантер. Латима было неодобрительно свела брови − не подобало правительнице самой выполнять работу солдат! − но уже в следующий момент, вдохновленная бесстрашием юной королевы, хищно ухмыльнулась, заправляя арбалет, втайне радуясь возможности непосредственного участия в сражении. Лэндал, развернув коня, направился к левому флагу, где готовились нанести свой удар метательные орудия, чтобы удержать ситуацию под контролем и отдать последние распоряжения.
Элика, взвесив копье в тонкой ладони, поднесла руку ко лбу, прикрывая глаза от слепящего солнца. Фигура Кассия была перед ней, так далеко и близко одновременно. Он пренебрег защитным шлемом, так же, как и она с целью вдохновить воинов своим бесстрашием − или же просто иметь возможность смотреть в глаза своему врагу. Он пошел даже дальше − защитные латы не скрывали его тела, демонстрируя бесстрашие перед уязвимостью и невероятную уверенность в своих силах одновременно.
Взмах руки, и копье, вырвавшись из тисков тонких пальцев, со свистом рассекло сгустившийся, жаркий воздух, полетев навстречу своей цели.
"Увернись!!!" - мысленно закричала Эл, не отдавая себе отчета в этом непонятном поступке... Но этот ментальный посыл предупреждения опередил полет орудия смерти, Кассий оскорбительно медленно уклонился в сторону, позволяя кому-то из воинов переднего фланга принять смерть вместо себя. С такой же легкостью взметнувшийся щит, ослепив отблеском солнца на отполированной стали, отбил разрывающую стрелу Латимы Беспощадной.
- В позицию наблюдения! - оценив обстановку, распорядилась Элика, не сдержав вздоха облегчения, когда совершенно невредимый Кассий с гортанным криком поднял над головой широкий меч. Но мудрая полководица все прекрасно поняла − не будет этот солнечный круговорот решающим днем битвы, не нужна юной матриарх мгновенная победа, которой легко можно было достичь одной лишь смертью царя Кассиопеи. И не было осуждения в ее затянутой пеленой жажды крови прекрасных голубых глазах, наоборот − некое грустное понимание...
Тень упала на землю, тень тысячи щитов, тысячи взметнувшихся вверх рук лучников и копьеметателей, и эта мнимая тень тьмы словно создала фантасмагоричный фон для последующей атаки пехоты и конницы. Звон тысячи мечей, скрестившихся в смертельном поединке; крики раненых и умирающих, которые легко можно было разобрать и даже понять, кто их испустил, в зависимости от имени Антала или же Эдера. Направив Захватчицу Ветра, матриарх заняла позицию на пригорке вместе с Латимой, чтобы оттуда наблюдать за дальнейшим ходом сражения.
- Из того, что мы увидели, могу сделать вывод, что не легат, а именно полководец Домиций Лентул руководит всей военной стратегией, - заключила Латима. - Роль легата мне вообще не понятна. Его можно снять одним из первых.
- Не стоит, Лати, - загадочно улыбнулась Элика, вздрогнув, когда одна из Пантер в высоком шлеме с алой кистью, не успев бросить копье, упала, пораженная горящей стрелой в незащищенную шею. Тотчас же ряды конницы сомкнулись над ней, лишая малейшего шанса на жизнь. Потеряв мысль, матриарх, зажмурившись, сделала жест, словно прикрывающий веки павшей воительницы, и горячо зашептала слова молитвы, направляющей соотечественницу в чертоги Антала.
-Камия, да примет ее наш бог в свое воинство великих воительниц, -Латима за свою долгую жизнь привыкла к смерти, поэтому ее слова, казалось, были лишены эмоций . Чтобы отвлечь королеву, она поспешила переменить тему. - Моя матриарх, Юлий Кантун, стало быть...
- Его голова обещана, - сглатывая комок, ответила Элика.
- Дарк Несломленный, верно? - помедлив, полководица кивнула. - Это достойное решение. Для самого достойного кассиопейца, может, после царя Актия. С твоего позволения, я прошу жизнь достойного соперника. Полководца.
- Лентул твой, Лати. - Это война. Иногда приходится жертвовать и теми, кто когда-то был к тебе добр. Даже теми, кто какое-то время мог звать себя твоим другом. Может, он и до сих пор не утратил в ее сердце этого звания − как знать? Но война расставила все фигуры вместо них. Враги. Противники. Их можно уважать. Можно любить. Можно даже пролить скупую слезу над их могилами, погрустив о том, что не дано было им волей богов встретиться при иных обстоятельствах... - Я прошу тебя лишь об одном, - ей ничего не стоило отдать приказ, которому бы Беспощадная подчинилась, не раздумывая. Но крепкая, почти родственная связь, несмотря на новый статус, не позволяла видеть в гордой воительнице всего лишь исполнительницу роли. - Пусть его смерть будет быстрой. И именно смерть. Он заслужил почета и славы в чертогах своего бога, а не жалкого существования источника услады в рабских цепях. Это не жизнь для воина.