Смерть в Бейруте

В числе прочего ее угнетало то, что теперь ей придется сутками разделять неистовую страсть принцессы Алии...

Гарри Эриван печально смотрел в тарелку с супом из баранины. Впервые в жизни он не получал от него удовольствия.

Дверь бистро внезапно открылась, и Гарри вздрогнул. Каждую секунду он ждал появления Эли или американца.

Он потерял покой после стремительного побега из недостроенного здания. Кто мог предупредить Бригаду-16?

- Гарри, ты что, боишься поправиться? - крикнул хозяин.

Гарри выругался по-армянски и стал без аппетита доедать суп.

Халил Жезин остановил "роллс-ройс" на площади селения Бар Юссеф. Здесь было гораздо прохладнее, чем в Бейруте, и он застегнул пальто на все пуговицы. Крис Джонс брезгливо огляделся: ему казалось, что в воздухе летают микробы.

Бешир с "томпсоном" в руках уже был тут.

- Убери это, - проворчал Жезин, - ты можешь обидеть их.

Он повернулся к Крису Джонсу.

- Местные люди очень ранимы, к тому же я здесь ничего не боюсь.

Но Крису небритые лица людей, что толпились на площади, казались подозрительными. И он не отрывал руки от "смит-и-вессона" под полой куртки.

Бар Юссеф называли деревней вдов, так как мужчины здесь слишком часто использовали оружие для решения спорных вопросов. Год назад в результате беспрерывного сведения счетов ливанская полиция увезла отсюда несколько грузовиков с изъятым оружием, в том числе даже пушку, с помощью которой один фанатик собирался снести колокольню христианской церкви. Но Халил Жезин не боялся встретить здесь убийц из КГБ. Он и оба его брата родились в Бар Юссеф. Они часто наведывались в деревню, и их любили жители, исповедующие как мусульманство, так и христианство. Всех умиляло, что такие видные в Бейруте люди не забывают их.

К Халилу Жезину уже подбежала маленькая старушка, она взяла его руку и поцеловала ее.

- Да благословит тебя Всевышний! - воскликнула она. - Каждое утро я меняю цветы, господин, как ты велел. Неожиданно она залилась слезами.

- Пусть Всевышний покарает убийцу твоих братьев! Пока он жив, я не смогу спать.

- Я тоже не могу спать, - мрачно сказал Жезин. Постепенно вокруг "роллса" собралась толпа. Мужчины и женщины в черных одеждах, молчаливые и жалкие. Но внутри них тлел огонь. Если бы убийца из КГБ осмелился появиться здесь, толпа растерзала бы его на части. По приказу Жезина все мужчины селения готовы были с оружием в руках защищать его даже в Бейруте.

Из небольшой церквушки вышел священник - лысый, маленький, с козлиной бородкой. Увидев Халила, он поспешил к нему навстречу.

- Благослови тебя Господь, Халил!

Он обнял Жезина. Халил, несмотря на то, что был мусульманином, регулярно финансировал избирательные кампании этого отца иезуита.

- Что-нибудь прояснилось в отношении убийц твоих братьев?

Жезин покачал головой.

- Нет.

Иезуит поднял глаза к небу.

- Если однажды ты выйдешь на них, я бы хотел собственной рукой отомстить за Самира и Авеля... Да успокоит их души всемогущий и милосердный Бог!

Глава 12

Опершись на трость и спрятав глаза за черными очками, Малко ждал на лестничной клетке. Ожог от азота еще не зарубцевался, и он продолжал страдать от сильной боли.

Милтон Брабек начал нервничать.

- Может, выбьем дверь? - предложил он.

Малко покачал головой.

- Нет. Она откроет.

Он знал, что Муна у себя. Халил Жезин звонил ей, прежде чем позвонить Малко. Он попросил Малко оберегать Муну, которой, по его мнению, тоже могли угрожать.

Наконец дверь открылась. Узнав Малко, молодая суданка улыбнулась.

- Мадам спит, - сказала она. - Я не могу ее беспокоить. Но он уже вошел в квартиру.

- Разбудите ее и скажите, что принц Малко Линге срочно желает поговорить с ней. - Он повернулся к Милтону Брабеку: - Подождите меня внизу.

Насупившись, тот вышел. Мрамор из Каррары произвел на него сильное впечатление. Малко пересек салон и устроился на канапе, на котором три дня назад провел целый вечер.

Через десять минут на мраморной лестнице послышались шаги. Муна все же решилась на разговор с ним.

Малко заворожено смотрел на сапфир. Камень весил около пятидесяти каратов и был величиной со спичечный коробок.

Муна непрерывно играла кольцом.

- Очень мило с вашей стороны навестить меня. Я скучаю без Халила.

На ней были длинная юбка с воланом спереди и почти прозрачная блузка Ее глаза улыбались, и она была размалевана, как танцовщица. Только руки и рот выдавали ее нервозность.

Она светским тоном предложила:

- Саади ушла, я сама принесу что-нибудь выпить.

Малко удержал ее за руку. Она опустилась на канапе рядом с ним и неожиданно поцеловала его. Затем прошептала:

- Мне хотелось этого с того момента, как я вас впервые увидела.

Малко восхищенно смотрел на нее. Она по праву относилась к "плейгерлз", вешающим лапшу на уши умным мужчинам, слетающимся, как мухи, на их шарм.

- Я пришел не за тем, чтобы флиртовать с вами, - холодно сказал Малко. - У меня к вам серьезный разговор: в вашем доме совершено убийство.

Муна нахмурила брови.

- О, эта жуткая история! Я стараюсь не думать об этом. Мне не надо было приглашать неизвестно кого. Это моя вина. Непонятно, кто бы мог задушить эту несчастную девушку?

- Ее задушила ваша подруга Катя, - жестко произнес Малко. - Она же пыталась позавчера убить и меня. Мне хочется знать, почему?

Муна захлопала длинными ресницами. В ее черных глазах блеснул огонек, но тотчас же погас. Она смотрела на Малко, как пакистанец на чашку риса.

- Почему такой привлекательный мужчина, как вы, занимается этой историей?

Она грациозно потянулась, словно не расслышала вопроса Малко. Когда Муна хотела, она могла превратить гренадера в медузу. Каждому мужчине казалось, что он Единственный, Избранный Мужчина ее жизни.

- Это моя работа, - отрезал Малко - Мой замок обходится мне слишком дорого. Я жду ответа на поставленный вопрос: что связывает вас с Катей?

- Но между нами нет никакой связи! - возмущенно воскликнула Муна. - Я ее знаю, как и многих других. Иногда она делает мне массаж, вот и все. Почему вы меня об этом спрашиваете?