Страница 3 из 32
Красавец-олень, одетый в новый, синий с красным, мундир, твёрдо стоял за штурвалом и вроде бы не отвлекался ни на что, кроме волн. Впрочем, его небесно-голубые глаза сразу же вспыхнули при виде тройки друзей. План перейти на стезю пиратства эта четвёрка разработала ещё в юном возрасте, и дополняла постоянно, так что ничего неожиданного в появлении своих хищных братьев он не видел. Служба на флоте Джереми тоже давно осточертела — слишком уж яростно Фландрия бросалась на Эспантилию, а та в свою очередь слишком уж вредит Портфрансу. В результате, ожесточённые морские сражения и карательные операции против поселений перетекали в самые настоящие пиратские рейды, с той лишь разницей, что пираты делят добычу между членами команды, а офицеры флота Фландрии обычно берут все ценности себе, а экипажу выплачивают мизерную зарплату. И рулевому тоже приходится зачастую довольствоваться лишь куском сухаря и жухлым листом салата. Поэтому, когда трое друзей подошли к нему, олень широко улыбнулся и наклонил увенчанную великолепными рогами голову, дав понять, что им не нужно ничего объяснять.
- Братья по крови, - тихо сказал он.
Оливер довольно высунул язык и ткнул локтем в бок лису.
- Братья по шерсти! - спохватился тот. И зажмурился, потирая занывший бок.
- И братья по морю, - закончил Томас. - Чёрт побери, ребята, а ведь это значит, что назад пути у нас нет.
Он сунул лапу за спину и вытащил пистолет, который протянул рулевому. Олень взял его в левую руку.
- Вот теперь точно нет, - произнёс он, осмотрев оружие и сунув пистолет за свой ремень. - Надеюсь, команда вас поддержит, иначе нам всем конец.
- Поддержит, - уверенно заявил Фор. - Только самое главное — не дай пушкарям из форта или с кораблей зацепить нас!
- Не волнуйся, не дам. Я никому не позволю ломать свой кораблик!
Кристиан обвёл взглядом своих засмеявшихся друзей и сам удивился тому, что не замечал, как они все менялись эти шесть лет. И куда пропали те беззаботные детёныши? Белая шерсть на груди у Джереми теперь скрывает не только шрамы, полученные в абордажных схватках, но и сильное, смелое сердце. Его ни верёвкой, ни пулей не испугать. Оливера тоже не беспокоило ни клеймо предателя, ни опасности пиратской жизни, он стал большим романтиком в последние годы… А может, ему просто надоело служить цепным псом, выполняющим дурацкие приказы. Томас, раньше ретиво выполнявший любые приказания, сейчас заметно устал от лая офицеров, тон которых никогда не смягчали высокие профессиональные качества канонира. А он сам… Рыжий лис с большими белыми пятнами на хвосте, груди и на морде, и с огромным чёрным пятном на душе; сколько раз он видел, как разъярённые демоны-офицеры посылают солдат и матросов на верную смерть ради получения нового звания! Ну его к чертям на рога, лучше уж поднять чёрное знамя и уйти в прославленную Гавань Корсаров, откуда можно начать путь к богатству и славе! И он решился.
- Томас, не забудь, именно ты начинаешь нашу игру, - негромко сказал лис, мигом оборвав все смешки. - Не дай никому из наших канониров выстрелить по Мадриго. Джереми, от тебя зависит, устоим ли мы на лапах, или нет! Не подведи нас! И молись Господу, чтобы у меня всё получилось, и команда поддержала бунт. А теперь — по местам, братья!
Оливер и Томас отдали честь и сбежали вниз. Кристиан кивнул оленю, поправил треуголку и, положив лапу на эфес рапиры, спустился на шкафут. Мадриго рос перед ними: уже можно было различить фигурки в красных костюмах и чёрных панцирях, бегающих по стенам форта. Оглядевшись, лис оценил ситуацию и удовлетворённо рыкнул: подняв все паруса, бриг ушёл чуть восточнее, а значит, в случае чего им придётся иметь дело лишь с корветом майора Кригслоу. Отлично! Встав у фальшборта, Кристиан вцепился когтями в его деревянные поручни и замер в напряжении. Когда форт выстрелил, уши Кристиана сами собой прижались к голове, но вовсе не от испуга, а от волнения. Залп вихрем выдул все мысли из его головы, оставив одно-единственное слово. «Началось!»
- Лево на борт! - воскликнул Дейтон. - Орудия к бою! Я ему покажу, как стрелять в нас!
Два фонтана взметнулись прямо перед носом «Адаманта», но твёрдой рукой Джереми продолжал вести корабль, разворачивая его к форту бортом. Сердце Кристиана стукнуло и замерло — сейчас всё решится! Вот капитан уже вскинул сжатую в кулак лапу и завопил:
- Огонь!
Мир замер и загустел, словно суп, приготовленный кухарками дома Мариниер. Кристиан хорошо понимал, как легко всё могло сорваться. Нижняя оружейная палуба могла выстрелить по приказу капитана, кто-нибудь с верхней палубы мог поднести запал к орудию, команда могла не расслышать начало бунта или понять происходящее, когда станет слишком поздно. Рискованный план, фундаментом которому служили множество «если», мог рассыпаться от любой мелочи, даже от одной-единственной предательской нотки в голосе Томаса. Но пёс быстро и не теряя достоинства обернулся к капитану, и голос его был твёрдым и решительным.
- Нет, - сказал он. - Хватит с меня огня.
По палубе пронеслось удивлённое перешёптывание. Орудийная прислуга замерла, матросы тоже, а капитан просто остолбенел, в бессилии открывая и закрывая пасть. Оливер незамедлительно воспользовался этой паузой.
- Да! - воскликнул он, становясь рядом с канониром. - Чёрт меня побери, кэп, я не собираюсь по милости майора Кригслоу рисковать своей шкурой, и получить за это кусок протухшего мяса и пару монеток на дрянное пойло! Мадриго — город не только не слишком богатый, но и совершенно мирный, атаковать его — пиратство и бесчестье!
- Что это? Бунт?! - рассвирепел Дейтон и потянулся к своей шпаге. - Кларк, Вильсон, Гриньи кто тут ещё! Взять их!
Пока названные звери в растерянности переглядывались, Кристиан отлип от фальшборта и выхватил свою рапиру из ножен, красивым движением приставив её остриё к груди капитана. В тот же миг взбешённые офицеры кинулись на шкафут, но Джереми крутанул штурвал и фрегат, едва не завалившись на борт, сделал резкий поворот, отчего все офицеры, нетвёрдо стоявшие на лапах и совершенно не готовые к такому манёвру, попадали на палубу. А вот тройка заговорщиков ожидала такого развития событий — Оливер и Томас прижались к фальшборту, а Кристиан быстро отпрыгнул к фок-мачте и вцепился в неё когтями.
- Слушайте меня, господа! - рявкнул он во всё горло, как только корабль выровнялся. - Знаете что? Мне осточертело бороться во славу Фландрии и ничего не получать взамен! Мы каждый день рискуем своей шкурой ради того, чтобы майор Кригслоу и ему подобные получали новые ранги, а мы с вами давились червями в хлебе! Я — Кристиан Фор, и я намерен взять курс на Гавань Корсаров, где буду сам ковать свою жизнь и свою судьбу!
- И я иду с ним! - воскликнул Оливер.
- И я, - добавил Томас.
- А я — тем более! - донеслось с кормы, и этот крик словно метко пущенное ядро пустил на дно корабль под названием «субординация». Матросы переглянулись, у многих дёрнулись хвосты и уши, и бунт, словно грозовая туча, завис над «Адамантом».
- Ах ты, щенок! - прорычал Дейтон, вставая на лапы. - Никто не последует за тобой, сукин ты сын!
Он огляделся в поисках поддержки, но с удивлением заметил, что теперь в глазах одних матросов светилась алчность, а в глазах других — презрение. Кое-кто из них даже направил огнестрельное оружие на офицеров, и, видя дула винтовок и пистолетов, те не спешили вставать.
- Ошибаешься, кэп! - выкрикнул вдруг один из канониров, рыже-бело-чёрный лис с разорванным левым ухом. - Я был ранен три раза, мне подпалили хвост, и что я получил за полгода службы? Триста золотых монет, половину из которых я вынужден был потратить на платье и еду, а другую половину раздал докторам! А сейчас мы будем атаковать маленькое поселение, в котором нет ничего, кроме железных серьг у самок и ружей у самцов?! Да я лучше и в самом деле возьму курс на Гавань Корсаров!
Капитан обернулся к Кристиану и внезапно оскалился. Прижимая уши и бешено махая хвостом, волк взял шпагу в правую лапу и двинулся на своего лейтенанта. С его стороны, это был верный ход — первый помощник по рангу был самым старшим среди бунтовщиков, и если его убить, то бунт вполне может потерять свою силу. Хотя, вполне возможно и то, что он просто возжелал прикончить предателя. Так или иначе, Кристиан был готов к тому, что Дейтон совершит какую-нибудь глупость, и успел отразить его клинок.