Страница 47 из 92
- Алтер, по-видимому, с моей сестрой, так сообщила герцогиня. А Тил пошел в армию, сражаться с врагом за барьером.
- Катам сказал, что надо найти Лорда Пламени и изничтожить его как можно быстрее. А потом задавал вопросы.
- Зачем?
- Он говорит, что это историческая необходимость. Если бы Черджил не был уже убит, мы, вероятно, потратили бы больше времени на вычисление Лорда Пламени.
- Вроде звучит разумно.
Они оставили пирс и пошли по набережной.
- Эркор, что ты слышишь?
- Мозгом? - Да.
- В тебе?
- Вокруг меня и во мне тоже. Эркор улыбнулся.
- Ты, вероятно, думаешь, что это очень важно, поскольку сам ты не видишь, как я, и не слышишь, как я. Это не совсем так. - Он помолчал. - Я чувствую приблизительно на квартал во всех направлениях, во всяком случае, отчетливо. Вот работница, которая вспоминает, как ее брат умер, поев отравленной рыбы. В этом здании неандертальцу по имени Джеф, снится кто-то, кого он недавно жестоко избил на верхнем этаже. Некто Вал Поник сидит за столом и пытается написать стихотворение о девушке. Он смотрит на свой портрет, который девушка набросала красным мелком и повесила на стену и пишет: "Ренна, твои карие глаза открыты океану света..." Где-то в парке я чувствую женщину со стальным мозгом, которая быстро просматривает счетные книги... - Он вдруг улыбнулся. - Это твоя сестра, Джон. - Улыбка исчезла. Что-то не так...
- В чем дело. Она в порядке?
- Да. Но есть что-то.., в ее мозгу. Очень глубоко. - Эркор нахмурился и покачал головой. - Нет, не могу почувствовать, что это. Она как бы прячет это под чем-то другим. Я вижу рисунок, слышу звук того, но оно слишком глубоко, чтобы можно было добраться до смысла.
- А что ты чувствуешь в моем мозгу?
- Крик, резкий как нож, - О чем крик?
- Об.., осознании того, что ты зовешь свободой. Джон улыбнулся.
- Я рад, что оно еще здесь. Знаешь, Эркор, мне поручено сделать как можно больше для окончания этой войны. По я не вполне добровольно стал агентом Тройного Существа. Передо мной был выбор: смерть от радиации пли присоединение к нему. Так что, я не буду свободным, пока Тройное Существо не оставит нас.
- Еще я слышу и в мозгу твоем, и в голосе, как сильно ты хочешь, чтобы я поверил тебе...
- Но это правда. Давай, читай дальше в мозгу.
- Я уже прочел. Я хочу, чтобы ты понял, Джон. Ты думаешь, что основное различие между мной и тобой в том, что я знаю твои мысли, а ты моих не знаешь. Дело не в этом. Главное различие в восприятии у вас, людей, и у нас, стражей. Разница между стражами-телепатами и стражами-нетелепатами это разница между нормально видящими и дальтониками. Разница между людьми и лесными стражами - это разница между слепыми и зрячими.
- И это значит...
- И это значит, что то, что я слышу - не важно. А как я интерпретирую это - ты не можешь понять.
Они шли к центральному кольцу города. Небо на востоке потемнело. Они вдруг остановились.
- Лорд Пламени, - сказал Джон.
- Даже ты чувствуешь его, - сказал Эркор. Джон кивнул.
- Ты можешь точно указать, где он или в ком обитает?
- Пока нет.
Они пошли дальше.
- Что ты слышишь сейчас?
- Я слышу администратора одного из предприятий твоего отца, размышляющего не отразится ли убийство Черджила на его жаловании. Он разговаривает с женой насчет этого...
- Лорд Пламени, - снова сказал Джон.
- Мы приближаемся.
- Ты видишь, что он делает теперь?
- Пока нет.
Они шли мимо знакомого Джону особняка.
- Там твой отец, - сказал Эркор. - Он думает вызвать своего секретаря и продиктовать письмо интенданту Тилфара с выражением своей полной веры в военные успехи и присовокупить дар в полмиллиона. Будет ли реклама равноценна дару? - думает он.
- А думает ли он обо мне или моей сестре?
Эркор покачал головой. Они все ближе подходили к королевскому дворцу. Наконец они свернули под каменную арку, и Джон открыл дверь старинным ключом, которым до сих пор пользовались во дворце. Они прошли по коридору и свернули к широкой мраморной лестнице. Поднявшись на пятый этаж жилой башни, они вошли в апартаменты герцогини.
Петра стояла у окна и смотрела на вечерний город. Она повернулась, когда они вошли.
- Вы опоздали. Я чувствую Лорда Пламени, словно он в моей комнате.
- Он во дворце, - сказал Эркор.
- Близко? Ты можешь сказать, что он сделал на этот раз? Я анализировала правительственные рапорты за неделю и не нашла ничего, во что можно ткнуть пальцем.
- Пока что еще не все ясно. Может быть, он причастен к убийству Черджила?
- Возможно, - сказала Петра. - На это я тоже не могла пролить никакого света.
- Ты говоришь, он во дворце, - сказал Джон. - В каком направлении?
Эркор подумал и указал:
- Там.
Они вышли в коридор, прошли мимо незанятых теперь комнат королевы-матери и других помещений для королевских гостей и поднялись по короткой лестнице в холл, уставленный с обеих сторон статуями.
- Мы идем к тройному залу, - сказала Петра.
- Правильно, - кивнул Эркор.
Холл выходил в один из альковов тронного зала. На пятнадцатифутовых окнах висели тяжелые драпировки.
- Подойдите, - сказал Эркор.
В слабом освещении они видели, как его лоб собрался в складки. Он указал по диагонали через зал на один из многих других альковов.
- Мы разделимся, - прошептала Петра. - Не забудьте, нам надо увидеть его всем вместе.
Она двинулась влево, а Джон вправо. Держась в тени гобеленов, изображающих морской пейзаж, он прошел к пустому трону.
Раздался глухой голос:
- Что это? Кто тут?
Глаза Джона быстро устремились к алькову.
- Кто тут? Я вызову стражу... - белая фигура прошла через полосу света, неуверенно оглядываясь вокруг. - Кто здесь?
Король! Джон почувствовал боль узнавания и отступил от гобеленов. В то же время Эркор и герцогиня вышли из укрытия. Сначала король увидел только герцогиню и сказал:
- Петра! Вы меня напугали. Я на секунду подумал, что вы...
Затем...
Зелень пчелиных крыльев... Краснота полированного карбункула.., паутина серебряного огня. Молния ударила в глаза Джона, и он нырнул в синий дым. Его мозг швырнуло через парсеки.
Он видел серое, громадные полосы серого, но с оттенками лавандового, красного, желтоватого, оранжевого. Он быстро сообразил, что он в пустыне под тусклым серым небом. Ветер пульсировал, и оттенки менялись: оранжевый отливал зеленым, красный светился желтым, голубоватый цвет слева углубился, но серый главенствовал над всем, бесконечный, зыбкий.