Страница 54 из 79
- Ты столько раз говоришь, что ты — не та Блум, что мы знаем, что ты — другая, а сама постоянно забываешь, что другими можем оказаться и мы все здесь.
- Потерпи до ночи солнцеворота, сделай одолжение. А дальше… дальше делай, что хочешь. Только постарайся не сгубить своих друзей.
- Это тебя уже не касается.
Одарив валькирию злобным взглядом, Хранитель Кольца исчез. Хищница тихо чертыхнулась, подошла к месту, где лежал её сегодняшний ужин и прямо из горла принялась пить пиво… Нужно было быстрее успокоиться — ведь у неё сегодня было ещё одно дело.
Хоть как-то поужинав (пришлось оставить птицам, тараканам и кошкам, у которых найдется смелость забрести сюда больше половины пиццы), валькирия телепортировалась к воротам Алфеи — девушка специально решила подождать немного, пока всё хоть как-то не уляжется, и пришла лишь сегодня. Тихо прокравшись мимо магического барьера, Блум вскарабкалась до окон спальни мадам Фарагонды. Пожилая директриса спала мирным сном, ничего не подозревая, абсолютно беззащитная… Девушка подкралась к кровати и зажала Фарагонде нос со ртом, женщина вскоре очнулась, из груди вырывалось мычание, валькирия зашипела в ответ, призывая к тишине.
- Я просто хочу поговорить, - заверила она. - Обещайте, что вы не вызовете охрану и не будете кричать.
Женщина часто закивала головой, и Блум разжала хватку.
- Простите, что пришлось вас напугать, - тут же извинилась Охотница.
- Зачем вы пришли, Блум? Нет, вернее, почему вы пришли сейчас, а не раньше?
- Я ждала, пока всё хоть немного уляжется. Теперь, мадам, я должна задать вам вопрос: зачем вы сдали меня Винкс?
В небольших старческих глазах отобразилось недоумение, и Блум поняла: Фарагонда понятия не имела о той сигнализации, что сработала в библиотеке в ту ночь.
- Думайте, что хотите — но Винкс я ничего не говорила.
Неруман, - это имя было первым, что мелькнуло у валькирии в голове. Неруман ведь мог намекнуть — посредством теней, или же с помощью магии Текне, что на библиотеку будет совершен налет, дальше нужно было разыграть перед Хищницей небольшой спектакль, дать понять, что с Винкс они теперь будут врагами, что феи будут считать её предательницей, и тем самым твердо поставить Охотницу на свою сторону. Что же, ему удалось.
- Мадам, мне всё же интересно: зачем вы помогаете Неруману? Ведь вы разрешили мне украсть из библиотеки нужную книгу, прикрывали, когда мы с Роном крали Камень Вековечной Тьмы.
- Его нужно остановить, - уверенно, без лишнего пафоса заверила мадам. - Но никто не сможет сделать это, пока он будет в своей нынешней форме. А когда он восстановится, Винкс обезвредят его.
- Вы не просите меня сделать это самой — для надежности.
- Не всех врагов нужно уничтожать физически, Блум, - Фарагонда повертела головой, зажмурив глаза. - Да, такие, как Даркар или Валтор должны быть уничтожены, но остальных — вроде Трикс, Черного Круга, Нерумана — нужно передать в руки правосудию. Иначе мы будем ничем не лучше тех, против кого сражаемся. И, Блум — я вас хочу попросить: не убивайте его. И не ищите способа сделать это.
Хищница хмыкнула: сейчас Неруман был для неё источником доходов, и причинять ему вред означало рубить под собой сук.
- Неруман мне слишком хорошо платит, чтобы убивать его.
К чему клонила валькирия, мадам понимала: заработанные деньги Блум привыкла отрабатывать полностью, ни больше, ни меньше, и прикажи ей Неруман защищать его (небесплатно, разумеется), она сделает это. И тогда уже волноваться следует самой Фарагонде — за судьбу тех, кого она отправит обезвреживать колдуна.
- Я лишь хочу, чтобы никто не пострадал — ни вы, ни девочки, ни даже эти ведьмаки.
- Придет время, мадам, и мы проверим, насколько вы сейчас искренни. Спокойной ночи.
Хищница тенью выскользнула из окна, набросив невидимость. Возвращаться в замок в Тёмное Измерение она не хотела, и даже ночной Магикс не манил её. Ей хотелось увидеть сестру, выслушать её советы, просто выговориться… Да хотя бы посидеть рядом с ней.
- Дафни! Дафни, это я! Блум!
Из толщи воды показались золотистые звездочки, гладь озера всколыхнулась, и на его поверхности показался призрачный силуэт нимфы.
- Милая сестра, что привело тебя сюда в этот поздний час?
- Я… я просто хотела…
Хищница опустила голову и плюхнулась прямо на песок, застилавший берег Роколуччи. Приятный холодок иголками прикоснулся к её макушке, переползая к затылку, и рядом с собой Блум увидела свечение, исходящее от призрака сестры.
- Тебе надо выговориться.
- Я не знаю, как быть. Кажется, я совсем запуталась. Для девчонок здесь я предательница, мадам хочет моими же руками расчистить для них дорогу, Неруман пытается относиться ко мне, как к внучке, и это здорово бесит ребят… особенно Рона… А он сам… он ведет себя, как…
Блум была готова разрыдаться - впервые за целый год, однако холодок, исходивший от нимфы, успокаивал её, а внутренняя сила ещё хоть как-то сдерживала.
- Дафни, что мне делать?
- Единственное, что я могу посоветовать — это ждать. И затем — не допустить, чтобы твои подруги пересекались с ведьмаками или Неруманом. А что касается Рона… Блум, вы ведь друг для друга всегда будете теми, кого вы знаете. Ты для него будешь ненавистной ему феей, а он для тебя — парнем, которым ты дорожишь, и которого любишь. Я не знаю, как переубедить его, как заставить понять, что ненавидеть тебя ему нет смысла.
- Я тоже не знаю. И как хотя бы намекнуть девочкам, что я их не предавала. И попытаться примирить их с ребятами. И скорее выбраться из этого дурдома…
Внутренний стержень всё же сломался, и по щеке валькирии потекла соленая капля, которую она тут же смахнула, однако за ней последовала другая, и вот Хищница уже плакала, а её призрачная сестра, как могла, успокаивала её, гладила по волосам, желая обнять и прижать к себе… С помощью волшебства ей удалось сделать свои колени чуть более материальными, на которые она уложила голову младшей принцессы. Охотница уткнулась лицом в предплечье, из груди доносились лишь редкие всхлипывания, дыхание всё ещё оставалось неровным, а слёзы неприятно ели глаза.
- Дафни, а ты можешь переселиться к нам, в Замок Темного Измерения? Я раздобуду где-нибудь какой-нибудь бассейн побольше, найду способ наполнять его водой…
- Нет, Блум, я не могу — я слишком крепко связана с этим озером. А переселиться сюда ты не можешь — тебя будут искать здесь в первую очередь, и если найдут… Я не хочу думать об этом.
- Правильно. Не хочу портить это место, - Блум пыталась рассмеяться, вытирая солёные капли с лица, однако вместе со смешками из груди всё ещё вырывались всхлипы. - Дафни, что мне сделать для тебя? Для нас? Для нашей семьи здесь? Я ведь боюсь, что уже своим появлением разрушила столько всего, а своими попытками сделать что-то доброе делаю всё лишь хуже.
- Не говори так, - попросила нимфа, опустив руку сестре на щеку. - Ты ещё ничего не разрушила, и, кажется, наоборот — можешь помочь, и ты поможешь, я знаю тебя.
- А я знаю, что ты всегда поддержишь меня. И подбодришь.
Сама не замечая, валькирия начала проваливаться в сон.
- Бедная моя маленькая сестричка, как же ты запуталась, - почти прошептала Дафна, всколыхнув непослушную рыжую переднюю прядь сестры.
Неожиданно на берегу, прямо перед ней, показалось темное облако, превратившееся в силуэты двух крепко сложенных парней. Первый — темноволосый, с убранными в высоких хвост короткими дредами и украшенным бородкой лицом, одетый в чуть расклешенные серые брюки под тяжелые ботинки, легкую футболку и белый медицинский халат с длинным рукавом, показался нимфе хоть и суровым, но всё же представительным. Его белокурый товарищ выглядел усталым, но старался держаться уверенно; более теплая, чем у товарища, одежда — вязаный толстый свитер с белыми узорами в виде оленей, плотные камуфляжные брюки и старые кроссовки - говорила, что время он проводил в более прохладном месте, чем брюнет.