Страница 52 из 79
Его товарищи сначала сдавленно замычали, метаморф начал сдавленно хихикать, и смех подхватили остальные — кроме Блум.
- Вот теперь, Блум, точно готовь свой Беливикс — а то у Селены на обед будет эльфийская отбивная, - попросил Огрон.
- Да ничего она мне не сделает — я ей всё объясню, - успокоил блондин. - И, кстати: я перевел надпись на том камне.
Парень вытащил из кожаной поясной сумки свернутый вчетверо лист бумаги и протянул товарищам; брюнет принял, развернул его и быстро окинул текст глазами.
- Буй-дева снова длить бой готова. Звенят подковы коня морского. Жала из стали жадно ристали. Со струн летели ястребы к цели*… - прочитал Думан. - Это что за хрень?
- Эти строки когда-то человеку жизнь спасли, так что я бы не стал так говорить, - ответил Гантлос.
- Но стихи действительно странные, - заметила принцесса Домино.
- Что поделать — так скальды и писали примерно тысячу лет назад.
- То есть, этот камень действительно был очень древним?
- Сомневаюсь. Вот стихи — да. Древние. Но никакой магической силы конкретно эти не имеют — они просто в своё время понравились человеку, которому были адресованы. Но, если подумать, кому не понравится то, что его подвиги восхваляют даже враги?
Закончить пояснения ведьмаку помешал вызов в кабинет начальницы, и вся компания предстала перед взором полковника. Селена тут же обратила внимание на наряд блондина, колко подняла бровь, но что-либо говорить не стала.
- Госпожа полковник, задание выполнено, вот отчет, - Огрон передал подписанные документы в руки женщины.
- Да, Рэкрэд уже звонил мне, похвалил даже. Вот можете же вы четверо хорошо работать даже в таких вот неприятных ситуациях!
- Как говорится, первый блин комом, госпожа полковник, - с ухмылкой произнес Хранитель Кольца.
Полновник Уивер довольно отмахнулась от этого хитреца — в конце концов, всё могло повернуться и хуже, но если заставлять молодых агентов хотя бы раз в месяц сдавать небольшой зачет по стандартным инструкциям, то, может, подобного кошмара со стороны новичков удастся избегать?
- Блум, кстати — хорошо, что ты подошла. Рэкрэд просил передать, что готов продолжать сотрудничество с Домино, и ждет ответа от королевы.
- Да, полковник. Я скажу сестре.
- Что же, пока что все свободны. Гантлос, ты ненадолго задержись. Хочу поговорить с тобой наедине.
Тройка товарищей по клану в компании Блум покинули кабинет. Селена откинулась на спинку своего кресла, одарила ведьмака немного суровым взглядом, но парень чувствовал: за внешний вид его отчитывать не будут, кое-что другое заставило начальницу задержать его.
- И как у вашей милости дела? - откашлявшись, спросила полковник.
- Прошу прощения?
- Ты ведь прекрасно понимаешь, о чем я говорю. Как у тебя с твоей королевой?
Гантлос вздохнул — да, он понимал, о чем спрашивала начальница, но очень не хотел разговаривать на эту тему. Сама по себе она была очень ему неприятна — наверное, любому, у кого ещё было в наличие что-то похожее на честь и совесть, она была бы противна. Да, эталоном этих качеств ведьмак тоже не был — но ни то, ни другое, в конец он не терял. И лучшим решением блондин нашел попытаться немного увильнуть в сторону — хотя бы замаскировав это под шутку.
- Госпожа полковник, мы даже ещё год не встречаемся, толком друг друга узнать не успели, а вы меня уже…
Селена недовольно выдохнула, подперев лицо ладонью. Подчиненный в очередной раз пытается валять дурака, а ведь речь идет о серьезных вещах! После освобождения Земных Фей у ОМБ появилась новая пороховая бочка, которая может взорваться в любой момент — и повезло, что у них там свой наблюдатель есть!
- Гант, - по-матерински позвала женщина. - Пожалуйста. Прекрати валять дурака. Я понимаю, тебе очень нравится эта девушка — но мы с тобой на эту тему неоднократно говорили. Прежде всего ты — наш агент, ты давал присягу и подписывал документы. И ты знаешь, что я хочу от тебя услышать сейчас. Скажи мне это — и сможешь уйти отсюда.
Ведьмак вздохнул, опустив голову и отрешенно принялся докладывать:
- Я не заметил никакой подозрительной активности среди фей. Рокси так же не дает повода подозревать себя в каких-либо противоправных замыслах. Учеба в Магиксе удовольствия ей не доставляет, она считает своё обучение в волшебных школах лишней тратой времени.
Полковник Уивер хмыкнула: она привыкла, что блондин дает свой устный рапорт по этому делу такими скудными словами и в такой неестественной манере. Главное, чтобы не врал, а если что, в конце полугодия он всё равно сдает письменный отчет о поведении Рокси, как подобает обычному полицейскому надзирающему офицеру — и на основании которых в случае чего парня можно будет за ложь или некомпетентность к ответственности и привлекать. Да, приходится вот так пользоваться чувствами двух молодых людей, но чего не сделаешь ради хоть какого-то контроля за ситуацией. Женщине удовольствия это так же доставляло немного — и Селена искренне надеялась, что у этих двоих всё будет хорошо, а Земные феи действительно встали на путь исправления.
- Сразу бы так, - бросила женщина. - Свободен. Письменного отчета жду от тебя в конце полугодия. И, помни — Рокси не должна бросать своё обучение.
- Я всё помню, госпожа полковник. До свидания.
Покинув кабинет начальницы, Гантлос вернулся на Тир-На-Ног — эти выходные он обещал провести с Рокси, и так в последнее время видеться стали не очень часто. Учеба в Волшебных Школах заметно изматывала девушку, но она слишком горда, чтобы выбрать только одну из них (скорее обе бы бросила, и вполне может сделать это — в конце концов, ни с Алфеей, ни тем более с Торренуволлой её не связывают какие-либо обязательства). Она лишь догадывалась, сколько важных людей следит за каждым её шагом, что чуть ли не от каждого её слова и действия зависела, можно сказать, судьба всех её немногочисленных подданных, а может и — кто знает — судьба всей её родной планеты. А что будет, если девушка правда решит всё бросить? Что будет, если Земные Феи решат снова взяться за старое? Что будет, если материнские гены возьмут своё — и во что тогда превратится эта добрая, хоть и несколько ершистая девочка? Ответ был один: определенно ничего хорошего, и огребать будут точно все.
_____
* - отрывок из “Выкупа головы”, написанного исландским скальдом Эгилем Скаллагримсоном ок. 950 г. Приведено в переводе С.В. Петрова. Согласно “Саге об Эгиле”, “Выкуп головы” был сочинен за одну ночь для конунга Эрика Кровавой Секиры, и в благодарность тот не стал казнить Эгиля и лишь велел впредь не попадаться ему на глаза.
========== Простые проблемы и непростые решения ==========
С тех пор, как Блум поселилась в замке Нерумана, у самопровозглашенного повелителя теней наступило весьма странное состояние. С одной стороны, дела шли очень хорошо, все его просьбы выполнялись успешно, и день, когда он вернет свой истинный облик, был всё ближе. Однако с другой стороны, негативная энергия начинала покидать это место, и даже тяжелые отношения, что воцарились между валькирией и Огроном, положение не спасали. Маг чувствовал, что девушка страдает — от того, что Хранитель Кольца ведет себя как последняя сволочь, что всем своим видом показывает, как ему противно присутствие здесь двойника той рыжей феи, да и просто от неразделённых здесь чувств к этому ведьмаку. Да, Блум определённо симпатизировала ему, а может даже, и любила — но в ответ здесь она получала лишь презрение. Однажды Неруману даже показалось, что он испытывает к Хищнице сочувствие, колдун был готов даже выслушать девушку, но вот беда: разговорить её на эту тему никак не получалось, на людях она делала вид, что всё у неё всё идет хорошо, но иногда она уходила куда-то — как докладывали тени, она просто прогуливалась по Магиксу, решая таким образом, видимо, побыть наедине.
Двое других ведьмаков то ли радовали, то ли огорчали не меньше. Анаган внезапно сдружился с Балазаром, часто пропадал в его лаборатории, таскал туда какие-то ингридиенты (как однажды разглядели тени, ведьмак приобретал или воровал их в ближайших химических магазинах); он же больше других сдружился с Блум, вместе они бегали где-то по лесам, упражнялись с мечами или просто в рукопашном бою в оружейной комнате и даже пару раз ходили на охоту. Гантлос с утра до вечера запирался в подземельях, откуда до Нерумана доносились звуки электрогитары, органа, фортепиано и даже какие-то жуткие, абсолютно нечеловеческие вопли. Иногда, как докладывали тени, он притаскивал туда ещё двоих молодых людей — лысого толстяка и плотного длинноволосого шатена, которые немного помогали ему. В их присутствии блондин выглядел счастливее обычного, троица часто шутила, смеялась, обсуждала что-нибудь…