Страница 21 из 79
- И в чем вы видите проявление нашего союзничества?
- Иногда вы могли бы добывать для меня кое-какие артефакты, нужные мне в моих исследованиях, а я бы достойно платил вам.
- А что вы исследуете?
- Всё, что могло бы помочь мне вернуть мой нормальный облик. Я вынужден скрывать его, поскольку он воистину ужасен.
- Что случилось с вами?
- Моё любопытство сгубило меня — я слишком увлёкся изучением темной магии и потратил на неё свои жизненные силы.
- А мои поцелуи вам для этого не пригодятся? - пошутила Блум.
- Конечно же, нет — это всё сказки для детей.
Хищница была готова рассмеяться — у этого типа от работы совсем чувство юмора пропало?
- Хотя, - продолжил Неруман, - если вы изъявите желание, я отказываться не буду.
Охотница расхохоталась — чувства юмора этот маг всё же не лишился.
- Извините, - откашлялась она.
- Странное у вас чувство юмора, - заметил повелитель теней. - Но оно мне нравится. И всё же я хочу задать вам один вопрос: зачем вы убили тех людей?
- Компания фей утомила меня, и мне нужно было сбросить напряжение.
- Вы получаете удовольствие от убийства?
- Если быть точным, от убийства в процессе охоты. Уже поздно, и мне бы нужно вернуться в школу.
- Вы можете переехать в мой дворец, если желаете.
- Большую часть своих вещей я оставила в школе — оружие, кое-какое-оборудование.
- Я не тороплю вас — но раз вы желаете вернуться в Алфею, я не стану вас задерживать. Идите, - Неруман открыл портал прямо к входу в школу фей. - Спокойной ночи, дитя моё.
- До свидания, - ответила девушка, исчезая в портале.
Невиданный прилив сил заставил повелителя теней отказаться от всякого анализа информации. Девчонка определённо была хороша во всех смыслах, она обязательно согласится с его предложением — феи не примут её такой никогда, она будет чувствовать себя чужой, нужные ходы окончательно заставят этих бабочек отвернуться от валькирии, и тогда она обязательно достанется ему. А сейчас нужно сделать небольшой звонок — магу не терпелось отругать своего партнера за то, что порекомендовал ему таких балбесов, как эта троица охотников за нечистью. Неруман набрал из телефонной книжки единственный заложенный там номер.
- Неруман, это вы? Какого…
- Это я хотел спросить, какого… ты вешаешь мне на шею трёх балбесов?
- Спокойно, вредничать нервно, то есть, нервничать вредно. Извините, я немного устал…
- Да ты пьян! И на кого я только работаю?!
- А с каких пор мы перешли на «ты»?
- С тех самых, каких я захотел!
- Подождите, я сейчас подойду к вам и мы решим наши проблемы.
Через мгновение Кайл оказался в тронном зале — Хранитель Сил Феникса действительно выглядел немного растрепанным и понурым, от него несло выпивкой, а в руках мужчина сжимал на четверть опустошенную бутылку виски.
- Меня окружают алкоголики, - буркнул Неруман.
- Попросил бы я вас не употреблять термины в их некорректном значении, - парировал Рэкрэд, - Алкоголизм — это заболевание, характеризующееся болезненным пристрастием к этиловому спирту с психической и физической зависимостью от него…
- Какой же ты зануда. Ладно, садись, раз пришел. Если хочешь — можешь и меня на «ты» называть, всё равно завтра ничего помнить не будешь.
Кайл хмыкнул; оба расположились на ведущих к трону ступеньках, зенитовец поставил бутылку рядом с собой, пригладил волосы и протер глаза.
- Хотите знать, почему я сегодня напился? Отвечаю: девятнадцать лет назад умерла моя жена, которую я любил. Есть у меня такая привычка, напиваться в день смерти дорогих мне людей. Нелогично, знаю, но ничего не могу с собой поделать.
Два красных бельма довольно сузились: маг надеялся получить хоть какой-то выплеск негативной энергии, чтобы хоть как-то подпитаться. И кто бы мог подумать — человек, в чьей сущности сокрыта сила Абсолютной Темноты, способен испытывать душевную боль, горевать об утрате человека и просто любить!
- Продолжай, очень интересно. Любил, говоришь, жену? Красивая была?
- Очень, - Рэкрэд задумчиво установил взгляд в одну точку. - Её звали София.
- И имя хорошее, - поддакнул повелитель теней. - И что же случилось с твоей красавицей?
- Она была врачом-инфекционистом, но вскоре после того, как вышла за меня, она оставила практическую деятельность и ушла в науку. Мы часто ездили на наши объекты вместе, и вот на одном из них — на планете C-49-04 — черт возьми, символично, у нихонцев эти два числа считаются самыми несчастливыми — разразилась эпидемия неизвестной науке болезни. Наши дети тогда тоже залетели в гости — у них как раз были каникулы, благо, что Софи велела их отвезти в космопорт и посадить на звездолет до Зенита до того, как официально объявить эпидемическую обстановку и ввести карантин. Она делала всё, чтобы изучить это заболевание, мало спала, плохо питалась — наверное, это посадило её иммунную систему, и она сама заразилась. Болезнь протекала ужасно — у пораженных болело всё тело, кожа покрывалась сыпью, открывались кровотечения, затем появлялись судороги и потеря сознания. Иногда стремительно развивался отек легких, который обычно и убивал заболевших, - Кайл отхлебнул из своей бутылки, протер глаза. - Но даже в таком состоянии она продолжала работать, пытаться хоть что-то сделать. София умерла на моих глазах — до сих пор из головы не выходят последние секунды её жизни, и самое ужасное, что она не протянула каких-то сорока трех часов до того, как лекарственная сыворотка была готова.
- Грустная история, - с поддельным сочувствием заметил Неруман, впитывая в себя боль своего собеседника.
- Ты плохой актер. Мой электронный дворецкий лучше этот тон подделывать научился. Хороший он у меня вообще — без него я бы точно давно от одиночества с катушек слетел.
- А твои дети?
- Мы живем раздельно, они завели свои семьи, с дочерью мы на работе, понятно, видимся чаще — я готовлю её к управлению своей корпорацией. Иногда мы собираемся все вместе в неформальной обстановке, но всё равно это не то, а вмешиваться в их жизнь я не хочу — у меня и так одно время с сыном были не самые хорошие отношения. Наверное, дерьмовый я отец. И боюсь, что дерьмовый друг. И был дерьмовым мужем. И дерьмовым сыном своим родителям. Короче, Нер, сейчас ты сидишь рядом с редкостным куском дерьма, - Рэкрэд опрокинул бутылку, сделав несколько глотков. - Хороший виски. Очень хороший.
Негативная энергия, исходившая от Кайла, переходила в какую-то странную, чуждую Неруману — но её источником не была реплика, оценивающая напиток. Что-то шевелилось внутри самого зенитовца, его воспоминания и чувства к дорогим ему людям вырывались наружу, и маг почему-то начал проникаться к бизнесмену сочувствием — Рэкрэд его, в конце концов, заслужил.
- Может, не надо так казнить себя, - выдавил себя повелитель теней. - В конце концов, ты создал свою корпорацию, пытаешься что-то восстановить, у тебя была жена, которую ты любил, есть двое детей, которым ты, как я понял, желаешь — безо всякого сарказма - лишь всего самого лучшего. У меня вообще ничего из этого нет, да и не было — и я не жалею об этом. Горевать меньше. К тому же, за всю свою жизнь я ничего не создал, сейчас я вообще предпочитаю видеть вокруг себя лишь негатив. Вот и подумай, кто из нас большее дерьмо.
- Ты ещё и гордишься этим, как я посмотрю.
- Не то, чтобы горжусь — знаешь ли, я питаюсь негативной энергией, так уж я с недавних времен устроен, но это такое странное чувство — когда что-то темное резко переходит в что-то светлое, и эти парни — которых ты мне порекомендовал — часто заставляют меня испытывать его. Гантлос, например, одно время играл в группе, которая воспевает жестокость и смерть, он говорит, что у подобной музыки достаточно много поклонников — значит, людям это нравится, то есть, происходит выброс положительных эмоций и позитивной энергии, а это, как ты понимаешь, вступает в противовес с происходящим. И при этом большая часть этих людей не сеет хаос и разрушения — что рождает ещё больший противовес. Не пойми меня неправильно, я в курсе, что мир не состоит лишь из черного и белого — но многое в нем даже меня в ступор вгоняет. Притом иногда буквально.