Страница 29 из 106
— Отец когда-то пытался научить, — ярл принял боевую стойку, на удивление юноши достаточно правильную.
— Ладно, посмотрим, что ты помнишь. Бей.
От мощного прямого выпада Онмунд с легкостью увернулся и наставил ребро своего клинка к горлу противника.
— Убил, — прокомментировал волшебник. — Не делай такие мощные выпады. Может, в битве с драконом это и полезно, но человек тебя убьёт. Попробуй ещё раз.
Корир закивал, и теперь принялся более внимательно подбирать момент для очередного выпада — так же прямого, который Онмунд с легкостью парировал и, позволив клинку противника соскользнуть чуть вниз по своему, тут же обозначил ответный, в шею, но ярл вовремя блокировал удар.
— Уже лучше, — похвалил волшебник.
Следующую, простую прямую атаку парня правитель Винтерхолда отбил, затем, одним рывком приблизившись, захватил вооруженную руку своего юного учителя и наставил клинок на его горло.
— Убил, — шутливо, с легкими нотками издёвки, заметил мужчина.
— Тебе точно давно не приходилось драться?
Корир выпустил противника из хватки и отошел чуть в сторону, всё так же не опуская меча.
— Приходилось иногда всякую пьянь в таверне успокаивать.
— Давай тогда попробуем чуть побыстрее. Готов?
Онмунд атаковал настолько быстро, что правитель Винтерхолда едва успевал парировать удары или хотя бы просто уклоняться от них. Вот уже несколько раз парень ухитрялся прислонять клинок к горлу или животу своего ученика, ярл начал уставать, его дыхание сбивалось, но признать свою слабость перед магом он не хотел.
— Устал? — юноша неожиданно прервал свою тренировку.
— Нет, я в порядке, — Корир пытался подделать спокойствие и бодрость, но получалось у него слишком фальшиво.
— Отдыхай.
Молодой волшебник опустил тренировочное оружие и отошел в сторону. Его сегодняшний ученик прислонился к холодной каменной стене и пытался отдышаться. Ведь сколько раз обещал себе заниматься с Каем, пока был ещё на стороне Братьев Бури! Нет, у обоих вечно находились какие-то глупые отмазки, вечно что-то не получалось, сейчас днём легат вечно погружен в свои бумаги, в мыслях ловит Галмара и его сподвижников, а вечером вместе с сородичем напивается, ищет баб, снова напивается…
— Кто тебя научил так с мечом обращаться? — поинтересовался ярл.
— Мой отец в молодости наёмником ходил, — хмыкнул Онмунд. — Как сам догадываешься, магом он меня видеть хотел в последнюю очередь.
— Сбежал из дома?
Юноша со вздохом опустил голову, приготовившись выслушивать порцию нравоучений. И зачем вообще надо было так откровенничать?
— Знаешь, я немного завидую тебе, — неожиданно заверил мужчина. — Найти в себе силы убежать из дома, чтобы заниматься, чем хочешь — для такого надо иметь большое мужество. Ты с ними поддерживаешь отношения?
— Нет. Они меня видеть больше не желали, — в голосе молодого волшебника послышались нотки раздражения. — Да, я знаю, что они — мои родные, что мне надо хоть иногда им весточку присылать и прочее, прочее, прочее.
Корир позволил себе рассмеяться: Драконорождённая, по всей видимости, проела парню плешь этой темой.
— Довакин тебя этими разговорами мучает?
Юноша согласно кивнул головой.
— Так всё же, зачем она здесь всё это завела?
— Блёнвенн хочет, чтобы боевые маги из Коллегии служили в Легионе и патрулировали улицы Винтерхолда наравне со стражниками.
— Боевые маги? — на лице ярла показалось удивление.
— Вообще, сейчас существует пять школ магии, и из них убивать можно только школой Разрушения. Которую, кстати, раньше некоторые маги считали чуть ли не неполноценной, а Древис, наш мастер Иллюзии, так вообще насилие в любых его формах не любит. Ну, а боевые маги должны владеть не только магией, но и оружием, по традиции это или булавы, или топоры.
— Но эту школу Разрушения вы же все здесь изучаете?
— Да, изучаем. Но не всем приходится её в жизни использовать. Или ты думаешь, что мы тут все, как один — убийцы, хуже Тёмного Братства?
Добрый, даже немного простоватый взгляд юного волшебника за одно мгновение переменился, озлобился. Ярл Винтерхолда решил, что невзначай обидел юношу. Да, ещё год назад Корир мог бы в лицо назвать любого мага Коллегии убийцей, сказать, что у них всех руки по локоть в крови, но, сталкиваясь с Колеттой Маренс и её учениками, норд убеждался в своей неправоте. Да и тот данмер-иллюзионист хоть и казался немного не от мира сего, но какой из него убийца, если от вида избитого заключенного он, несчастный, аж побледнел. Блёнвенн же точно не была убийцей. Да, ей явно приходилось лишать других жизни, но это было в бою, ради собственного же выживания — так уж жизнь в Скайриме устроена, что порой приходится чужую кровь проливать.
— Онмунд, я не хотел никого задеть, мне просто интересно, — извинился мужчина. — Прости, если обидел.
— Ничего. Всё в порядке.
Юноша вновь поднял меч, снова выкрутив им несколько изящных пируэтов.
— Продолжим?
Ярл, с довольной улыбкой выдохнув, встал в боевую стойку и приготовился снова отражать учебные атаки своего сегодняшнего учителя.
— На сегодня тебе хватит, — остановился Онмунд, когда его ученик снова начал уставать. — А то завтра с постели не встанешь.
— Ладно. Спасибо, что возился со мной.
— Если хочешь — можешь каждый день в это же время приходить.
Корир оживился, одарил молодого волшебника радостным взглядом.
— Конечно, приду.
Парень довольно улыбнулся. Его девушка оказалась права — ярл Винтерхолда не столь безнадёжен.
— FUS-RO-Dah!
Ясное зимнее небо разразило громом.
— Это Блёнвенн, — испуганно заключил Онмунд.
Юноша, небрежно бросив тренировочный меч, кинулся к дверям Арканеума. Успеть бы добежать до покоев архимага, продержалась бы сама девушка… Нет, она продержится, обязательно продержится! О чём-то ином парень думать просто не желал.
— Эй, подожди!
Ярл Винтерхолда, будто забыв об усталости, побежал следом. Выручать общую подругу норды намеревались вместе.
========== Трудности с правдой ==========
За учебным боем нордов Драконорождённая с улыбкой наблюдала со своей башни. Мужчины делали перерыв, вели вполне дружелюбную беседу — кажется, оба начинали друг другу нравится. Онмунд наверняка уже объяснил ярлу, зачем в Коллегии лежит арсенал тренировочного оружия, так что Корира будет проще убедить, что прибавление к городской стражи в виде боевых магов будет полезным.
— Архимаг!
Девичий голос заставил Драконорождённую развернуться. Та самая молодая нордка из числа учениц Колетты звала явно не для простого разговора. Бретонка обнаружила, что дверь была заблокирована, а в руках нордка держала топор. В сердцах Довакин обрадовалась: она была права! От всей её паранойи был прок!
— Ты из Братьев Бури?
Архимаг собиралась заболтать девушку, отвлечь, затем — обездвижить заклинанием паралича и хоть волоком дотащить до городской тюрьмы, прямо в руки легату Телендасу.
— Нет, — неожиданно ответила нордка. — Но должна быть.
— И ты пришла сюда мстить мне за Ульфрика, так?
Довакин держалась уверенно, не желая выдавать страха. Бретонка хотела убедить собеседницу, что Ульфрик заслужил своей участи. А разве не так? Почему он не подумал о возмездии, что ждало бы его за нападение на Вайтран? Почему проявил неуважение к тем же Соратникам — иначе зачем бы Лидия выводила их на городские стены, нарушив запрет своего предшественника не вмешиваться в эту войну? В конце концов, он не попытался сманить Балгруфа на свою сторону дипломатическим путём! Впрочем, ярл Вайтрана тоже хорош оказался. Но давало ли это взаимное недопонимание право жестоко расправляться с жителями окрестных ферм? Давало ли это самому Ульфрику право вспоминать какие-то древние, отживающие себя обычаи — но при этом даже не соизволить самому явиться на поле боя? Да, Балгруф тоже отсиживался в своём дворце — но он хотя бы делал вид, что руководит своими людьми, а потом организовал похороны погибших, распорядился выплачивать людям компенсацию за разрушенные дома, заставил имперцев помочь с восстановлением города после битвы…