Страница 13 из 91
Пока этого достаточно. Сложу как следует, запечатаю и отправлю на подставное лицо в Солитьюд курьером. А сам поеду к пещере Мерцающий Туман.
Запечатал письмо сургучом, написал обратный адрес, оделся как следует, опоясался булавой и направился к выходу. Город встретил меня необычайным оживлением — вполне сравнимым с тем, что творилось в Солитьюде. Базарная площадь выглядела сердцем владения. Казалось, сюда съехался весь народ из всех окрестных хуторов, чтобы продать всё, что у них накопилось и скупить всё, что привезли другие, а все скайримские попрошайки и мелкие воришки сбрелись сюда в надежде поживиться.
Базарную площадь я обошёл окольным путём, вышел за городские ворота и направился к конюшням — сначала курьерской службой отправлю отчёт на подставной адрес, а затем отправлюсь к пещере Мерцающий Туман. В дневном свете степные просторы не так восхищали — но горы вдалеке выглядели ещё более захватывающими. Они манили, заставляли забыть обо всём, приковывали к себе внимание; я едва нашел в себе силы сосредоточить своё внимание сначала на отправке письма, а затем — на дороге. Проехав ферму Сынов Битвы, я свернул с дороги, направился к невысокой горе — вернее даже сказать, скальной гряде, в которой уже с некоторого расстояния можно было разглядеть вход в пещеру. Спешился. Любопытство повело меня к самому входу, заставило разглядеть странное ограждение — сделанное из какого-то необычного почти чёрного материала, основой ему служили желтоватые высокие жерди… кости животных? Да, ничем иным эти жерди не были; изгородь украшали лапы каких-то гигантских чёрных насекомых, уложенные в определённой последовательности. И кости — явно человеческие (или даже эльфийские?). Из пары лопаток и нижних рёбер кто-то ухитрился соорудить нечто вроде цветка, примотать к деревянному столбу и выставить возле входа. Какие сумасшедшие живут в этой пещере! Надеюсь, Лоркалин и его солдаты перебили этих ненормальных, и не их кости украшают вход.
Я внимательнее пригляделся к следам возле пещеры — и заметил множество разных следов — как оставленных чьими-то сапогами, так и босыми ногами… или звериными лапами? На всякий случай снова заскочил в седло, по тропе обогнул гряду, оказавшись перед склоном, поросшим ельником. Я снова спешился, приготовил служебное удостоверение и поднялся на небольшую площадку. Меня не покидало ощущение, что за мной кто-то следит. Наверное, это солдаты Лоркалина, сейчас они увидят меня, доложат своему начальнику — и я поговорю с ним. Прочитал заклинание обнаружения жизни, осмотрел им все кусты — но ни малейшего признака присутствия кого-либо я не нашел. Магия не показала мне никаких потоков жизненной энергии — разве что в кустах что-то мелькнуло… Но нет, то была всего лишь лисица. Поднялся по склону, где моему взору предстало ухоженное святилище Талоса, спрятанное от непогоды под каменным выступом. На столе, изображавшем алтарь, лежали немного увядшие цветы — следовательно, кто-то приходил сюда не так давно.
Нужно внимательно рассмотреть еловые ветки и кустарники — вот несколько ветвей сломано или примято, словно за ними прятался кто-то достаточно габаритный. А вот ствол дерева был исцарапан. Вот еловые ветви обломаны, а кора счищена — притом намеренно. Я забрался на пологий склон. Еловые ветки и даже кустарники там тоже были сломаны или примяты — здесь определённо кто-то сидел в засаде. Да, вот, даже вдавления в земле ещё не совсем размыло дождями.
Нога неудачно соскользнула, я рухнул на землю и покатился вниз по склону, едва успев сгруппироваться. Кожа ладоней оказалась стёрта, неприятно саднила — пришлось потратить немного воды, чтобы смыть с ссадин пыль, и затем прочесть несложное исцеляющее заклинание. Не хочется всё же, чтобы такая мелочь отвлекала меня.
Я отряхнулся от налипшей на штаны и подол накидки пыли, на всякий случай укрепил тело заклинанием и, призвав огонёк, вошёл во мрак пещеры. Первым, что привлекло моё внимание, были светящиеся грибы-трутовики — и их споры (я думаю, что это споры), закрепившиеся на сводах и приятно подсвечивающие синим. Я шёл неторопливо, надеялся поднимать как можно меньше шума — и пока, на своё счастье, я не находил следов жителей этой пещеры. Впереди слышался шум падающей вниз воды — наверное, подземный источник; я шёл на звук, пока не оказался в достаточно просторной камере с подземным озером, в которое стекал подземный водопад. Я вгляделся в темноту — и тут же затаился. На каменном природном мостике, абсолютно ни от кого не прячась, расположился морозный паук.
Я надеялся, что тварь не заметит меня, что удастся нанести смертельный удар заклинанием прежде, чем паук заметит меня. Тварь зашевелила лапкми, её тело принялось поворачиваться в мою сторону…
От страха я сотворил с двух рук заклинание — но, очевидно, его силы оказалось недостаточно, молния лишь раззадорила паука, и он бросился на меня. Я едва успел отскочить в сторону. Лучше поджечь эту тварь, где-нибудь спрятаться и подождать, пока она не издохнет. Выпустил из двух рук струю пламени. Огонь поджёг тело паука, тот противно скрежетал, метался из стороны в сторону, я не ослаблял напор, хотя должен был скрыться где-нибудь. В камере уже чувствовалась вонь; я, наконец, прекратил направлять на паука магию, стянул с перевязи булаву и изловчился размозжить пауку голову. Тварь без движения распласталась по земле, её тело с противной вонью догорало, превращалось в угольки.
С булавой наизготове я продвигался вглубь пещеры. Коридор вывел меня в ещё одну камеру. Я осветил камеру огоньком. На полу валялась решетка, сделанная из лап того же гигантского насекомого, что и ограда. Возле стен расположились примитивные шатры, украшенные такими же костяными «цветами», что стояли возле входа. Стоял противный запах гниения, я едва сдерживал рвотные позывы, нащупал в сумке коробок с мазью, раскрыл его и обмазал ей под носом — чтобы хоть немного запах приглушить. В центре камере лежали вздувшиеся позеленевшие тела, в которых чистокровные альтмеры узнавались лишь по росту, вытянутому черепу и остаткам одежды. Юстициар лежал почти возле входа, его грудь и шею пронзили стрелы — смерть его была быстрой. Солдаты были без своей брони — поэтому убийцы смогли распороть им животы и прострелить горло. А вот, кажется, и виновники их смерти — какие-то мерзкие существа с позеленевшей от трупной гнили кожей и мерзкими когтистыми руками. В их внешности узнавались эльфийские черты — вытянутые черепа, острые уши, раскосые глаза и худощавое телосложение, разве что… Я позволил себе внимательнее приглядеться к глазницам, пытался раскрыть веки — но обнаружил, что они плотно спаяны между собой, словно это существо было слепо! Да и носовых хрящей оно лишено. Ауриэль… что же это за твари такие? Они абсолютно слепы, но именно они построили эти шатры, именно они убили Лоркалина и его солдат — примитивным, но всё же изящным мечом, сделанным будто бы из хитина какого-то насекомого.
Нужно выбираться отсюда. Поскорее вытащить тела коллег из этой пещеры и отвезти в Фолкрит: надеюсь, Рунил помнит алинорские погребальные обряды и предаст их земле достойно. Тележку и кусок рогожки я возьму на ближайшей ферме, скажу, что нашел жертв некромантов, подкреплю свои слова горсткой монет.
За всем необходимым я поехал сразу же — на ферму, принадлежавшую Сынам Битвы, затем вернулся к пещере и принялся перетаскивать тела. Как и у Саниона, их кожа покрылась противными розовыми пузырями. Тела потяжелели от гниения. И почему я не догадался достать зелья пёрышка? Трупы я складывал в телегу, а сверху накрывал рогожкой, чтобы не пугать народ. Ехать опять придётся медленно — хорошо, если я прибуду в Фолкрит хотя бы к вечеру!
Когда я заходил за телом последнего солдата, мой слух уловил чьи-то шаги. Я опустил труп на землю, укрепил тело заклинанием и стащил с перевязи булаву. Прочитал заклинание обнаружения жизни: что-то крупное сейчас выпрыгнет из той норы на потолке. Возможно, ещё один паук. А, возможно, и сородич тварей, убивших Лоркалина и его подчинённых. Лучше уходить отсюда поскорее. Я чувствовал, как что-то следит за мной, позади себя услышал, как кто-то спрыгнул с потолка. Развернулся.