Та сторона мира

Я нажал кнопку звонка. Так же как и до этого, никакого звука я не слышал, но через несколько мгновений дверь открылась и на пороге появилась мать Уильяма Кэмпиона.

- Здравствуйте! - крикнул я. - Меня зовут Оуэн Йитс, я хотел бы немного поговорить с вами и с вашим мужем. Можно войти?

Она кивнула и положила руку на дверной косяк. Калитка звякнула и со скрежетом открылась. Миссис Кэмпион молча отодвинулась, впуская меня в дом. Сделав два шага, я остановился, полез в карман и, достав свою лицензию, протянул ее женщине, но мне пришлось немного подержать ее в воздухе, прежде чем она вытянула руку и взяла ее у меня.

- Проходите, - сказала она. - При этом свете без очков я все равно ничего не прочитаю.

Она обошла меня и пошла вперед. Я вошел следом за ней в комнату, как я и ожидал, чистенькую и старомодную. Большой громоздкий телевизор с кинескопом, старше, наверное, экспонатов в Музее техники, смешная мебель из пластика с большими подушками, может быть, даже с губкой внутри, но покрывала свежие и идеально чистые. Миссис Кэмпион положила мою лицензию на столик и села на диван, показав мне на кресло напротив. Она даже не взглянула на карточку, подтверждающую мою профессию.

- Миссис Кэмпион, - тихо сказал я. - Я по поводу вашего сына... - Я замолчал, ожидая ее реакции.

Она судорожно вздохнула и, схватившись за грудь, пошевелила губами. Я наклонился к ней, но она вытянула вторую руку, останавливая меня.

- Вы нашли его? - прохрипела она.

Я молчал, не зная, что сказать, и почувствовал, что тоже шевелю губами, словно подбирая подходящий ответ. Откуда-то сверху послышался голос:

- Кто там, Маргарет?

Мы оба молчали. Ритм шагов изменился - Сэмюэль Кэмпион спускался по лестнице. Несколько секунд спустя он уже стоял в дверях.

- Кто вы? - спокойно спросил он, хотя я видел, что он посмотрел на жену и заметил ее спазматическое дыхание.

- Я детектив. Вот моя лицензия. - Я показал на столик.

Он подошел, взял ее, внимательно рассмотрел и подал мне.

- Что вам нужно? - Он все еще стоял, словно стараясь убедить меня, что ему вовсе не так плохо, как на то указывает поведение жены.

- Я веду одно дело, - сказал я. - Весьма нетипичное. И кое-какие следы привели меня к вам.

- Наш сын мертв. Ничего плохого он уже никому не сделает, - твердо сказал он.

- Сэм... - миссис Кэмпион перевела дыхание. - Сэм, прошу тебя...

- Маргарет! Оставь нас вдвоем. Ненадолго, хорошо? - Он склонился над женой и обнял ее за плечи.

Она послушно встала и вышла. Мы смотрели, как она семенит к двери - я никогда еще не видел столь отчаянно напряженной спины. Мне показалось, будто язык у меня приклеился к нёбу. Кэмпион показал мне на кресло и подождал, пока я сяду.

- Слушаю, - сказал он, глядя на ковер.

- Меня интересует перемена, произошедшая в поведении Билла, - с трудом проговорил я.

- В него вселился дьявол! - прошептал Сэмюэль. Это был самый громкий шепот, какой я только слышал в жизни. - Вселился, а мы этого не заметили. Мы убеждали себя, что это неправда. Мы ничего не сделали, чтобы ему помочь. Ничего, - добавил он громче и сунул руки под мышки, желая либо согреться, либо скрыть дрожь.

- Как это случилось? - наклонился я к нему, инстинктивно понизив голос. - Внезапно?

- Он исчез из дома на несколько дней. А когда вернулся, был уже во власти сатаны. Ни разу, до самой смерти, он не пошел в церковь!

- А раньше ходил?

- Мы ходили вместе. Всегда. Всегда...

- Кроме этой перемены к худшему в его характере, других изменений не было?

Он побагровел и вытянул палец в мою сторону. Если бы это было дуло пистолета, я впервые в жизни смотрел бы в него без страха - палец дергался так, что не попал бы в стену позади меня.

- А какие еще могут быть изменения? Разве этого мало? - Капельки слюны брызгали у него изо рта, а в уголках губ собралась пена. - Он изменился так, что его мать утверждает, будто это был кто-то другой. Что кто-то подменил нам сына, что это был чужой человек, а Билл когда-нибудь к нам вернется! Вы все еще хотите знать, что это была за перемена?

Я почувствовал, что мне начинает не хватать воздуха, потянулся к пуговице рубашки и лишь мгновение спустя сообразил, что вообще ее не застегивал.

- Мистер Кэмпион, - сказал я, - у меня есть основания полагать, что это действительно так.

Он вытаращил глаза и застыл неподвижно. Его приоткрытые губы соединяла тонкая ниточка слюны.

- У меня нет доказательств, - продолжал я, сам не зная почему, - но я убежден, что в последнее время кто-то меняет людей, и всегда в худшую сторону. Или заменяет их на внешне идентичных двойников. Никто мне не верит, лишь ваша жена со мной согласна. Я хочу узнать, кто, зачем и как это делает. Потому я здесь, и потому я хотел бы поговорить с вашей женой. Это один из немногих следов, которыми я располагаю.

- Чушь. - Он покачал головой. - Этого не может быть. Я знал своего сына. Это был он. Только в душе его... - глаза его вспыхнули, - сидел сатана!

Я облизнул губы и едва сдержался, чтобы не вытереть лоб, на который попала капля слюны из его рта, когда он прошипел: "Сатана!"

- Я могу поговорить с вашей женой? - спросил я, хотя предвидел ответ.

- Нет! - Он внезапно остыл, став деловитым и спокойным. - Ни в коем случае. Вы поддержите в ней веру в возвращение Билла. Нет... - Он встал.

Я тоже поднялся.

- Могу я хотя бы увидеть комнату Билла?

Он смотрел на меня и думал. Потом кивнул и пошел вперед. Я шел следом, размышляя над тем, как обмануть его бдительность и поговорить с матерью младшего Кэмпиона. У меня не было сомнений, что теперь он будет всячески оберегать ее от встречи со мной. Сегодня был мой последний шанс. Я поднялся за ним наверх и подошел к последней двери в конце короткого коридора. В замке торчал ключ, Кэмпион взял его и повернул, но дверь не открыл. Обернувшись, он сказал:

- Пойду к жене. Здесь, - он показал на дверь, - все осталось нетронутым. Но поторопитесь. - Он почти оттолкнул меня и быстро начал спускаться по лестнице.

Я повернул ручку и вошел. Комната была небольшая, напротив двери двустворчатое окно, слева застекленный шкаф. Все полки заставлены книгами, за прозрачными дверцами - в идеальном порядке уложенная одежда. На одной из полок неплохой стереоблок и сотня дисков. Стены покрашены в белый цвет, две репродукции одна рядом с другой, остальное пространство пусто. Я подошел к полке и взял в руки последнее, что читал Билл.