Та сторона мира

- Мак не такой уж плохой. Мы просто очень устали и расстроены. Все у нас развалилось, может, теперь будет по-другому, - сказала Милли и протянула мне свою пачку "Кента".

Я взял сигарету и закурил.

- Хватит вам часа на сборы? - Я сильно затянулся. - Столько я могу подождать.

Они переглянулись, потом повернулись ко мне и хором сказали:

- Ясное дело.

- Конечно.

- Ну тогда идите, а я немного подышу свежим воздухом.

Когда они вошли в отель, я закатил машину в гараж, а сам спрятался в кустах, прислушиваясь. Сзади, где стоял "коммодор", доносился какой-то шум, что-то стукнуло, иногда скрипел гравий под подошвой. Сорок минут спустя из-за угла высунулся Мак и крикнул:

- Мы готовы, приглашаем выпить с нами на прощание.

На всякий случай не отзываясь, я через кусты добрался до него. Я помнил, что он видел остальные деньги.

- Собрались?

Он снова подпрыгнул, как час назад, но ничего не сказал, только кивнул и первым пошел к двери. Я вошел следом за ним. В угрюмой темной кухне мы молча выпили по стаканчику. От второго я вежливо отказался, пожелал удачи и вышел.

В гараже я сел в "бастаад", завел двигатель и подождал еще немного, пока "коммодор" с прицепом сзади не выедет из-за здания. Я выехал следом, остановился у ворот и пропустил их вперед, затем поехал в противоположную сторону, в душе желая им удачи, но совершенно в это не веря. Просто у того, кто видит, что у другого набиты деньгами карманы, и не дает ему взлететь на воздух, чтобы потом спокойно собрать, может быть, и окровавленные, но вполне пригодные деньги, нет никаких шансов удержаться на плаву. А по собственному опыту я знал, что, в свою очередь, на дне места для таких, как он, даже чересчур много.

Около восьми я снова был возле своей конторы. Машину я припарковал двумя улицами раньше и прошелся пешком, наблюдая за воротами и стоявшими рядом автомобилями. Никого подозрительного я не заметил, но не строил иллюзий относительно своих противников: у них в распоряжении были почти сутки на организацию чего-нибудь получше, чем тот кровавый и издевательский инцидент с Пимой. Достаточно было поставить где-нибудь камеру - в автомобиле, на крыше, в окне напротив. Я отметил несколько машин, которых никогда раньше не видел, но это ничего не значило. Я пришел сюда лишь затем, чтобы меня можно было обнаружить. Пока что мне приходилось ждать хода противника. Снова сев в машину и выехав на Дип-ривер, я поехал на запад. Несколько раз я менял направление - мне хотелось еще какое-то время побыть одному. "Хвоста" я не заметил, так что остановился возле бара "Подвал", вошел и направился к туалету. Там были отличные широкие окна, и через минуту я был уже в замусоренном переулке, вбежав в ворота, я оказался во дворе дома, где жил Картер.

Медленно поднявшись на третий этаж, я подошел к двери и нажал кнопку звонка. Звука его я не слышал, но после недолгого ожидания покрытая потрескавшейся краской дверь дрогнула, приоткрылась, и на пороге появился Картер. Выражение его лица было не слишком дружелюбным.

- Не узнаешь? - спросил я.

- Узнаю. Хочешь зайти? - ответил он без особой радости в голосе.

Я кивнул. Он отодвинулся, пропуская меня. Я быстро пошел к двери слева, услышав позади удивленное покашливание, открыл дверь и вошел. В комнате было темно, но расположение обстановки в ней я знал, впрочем, немного света падало сзади; я добрался до кресла и сел, доставая сигареты. Картер включил свет и сел в другое кресло.

- Ничего не знаю и знать не собираюсь, - сказал он, наклоняясь ко мне и беря без приглашения сигарету. Закуривая от моей зажигалки, он уважительно покачал головой, внимательно осмотрел ее и зажег еще несколько раз.

- Мне нужно проверить несколько имен. - Я выпустил дым под потолок.

Он покачал головой и положил зажигалку.

- Я же сказал - ничего не знаю. И точка. Я вышел из игры. Времена все более опасные, и я предпочитаю голодать еще несколько лет, чем сдохнуть сразу.

- Ты всегда так говорил. - Я стряхнул пепел в пепельницу. - Последний раз, - добавил я.

- Нет. На этот раз - действительно все, Йитс. Стало холодно. Как на кладбище.

- Уезжаешь? - спросил я.

Он кивнул и затушил сигарету, затем встал, ожидая меня.

- Ты уже отключил телевизор? - Я продолжал сидеть, нацелив палец в большой экран на стене между окнами.

Его кадык резко дернулся вверх и вернулся на место, но уже намного медленнее. Он сел и, сплетя пальцы рук, обхватил ими колено, ничего не ответив.

- В комнате чисто? - тихо спросил я. Он не отвечал, и я продолжал: Вуди чертовски обрадует известие о том, что бывший полицейский подключился к архиву полиции и за пару десяток может получить из него любую информацию.

Руки его дрогнули, но он прекрасно понимал, что неосмотрительно принял весьма неудобную позу, и продолжал сидеть неподвижно. Он смотрел мне в глаза, и только один раз его взгляд упал на мою левую руку в кармане куртки.

- Мне нужна информация о нескольких людях, и на этом наше знакомство будет закончено. Я никогда больше не вспомню твоего имени. Ты ведь, кажется, знаешь, что я держу слово, - несколько смягчил я предыдущую угрозу.

Какое-то время мы сидели молча. Я размышлял о том, случайно ли решение Картера, похоже и впрямь искреннее, совпало с моим делом, или же на эту тему в заинтересованных кругах ходят какие-то негромкие сплетни.

- Хорошо, - сказал Картер. - Последний раз. Впрочем, я и так сматываюсь...

- Что-то случилось? - как бы между делом спросил я.

- Ничего конкретного. Предчувствие. А поскольку у меня никогда раньше не было таких... - он щелкнул пальцами, подбирая подходящее слово, видений, я решил довериться интуиции. Если бы ты пришел завтра... - Он мечтательно поднял глаза к потолку, демонстрируя, как здорово бы было, если бы я пришел завтра.

- Ну, значит, мне повезло. Послушай... - Я перечислил шесть фамилий людей, о чьей нетипичной судьбе рассказывал вчера Вуди, и положил на столик стодолларовую банкноту. - Если хоть что-то найдешь, это меня вполне устроит. Ага, еще Дональд Инглхардт, - вспомнил я в последний момент.

- Завтра? - Я встал.

- Конечно, - он продолжал сидеть, - я же говорю - мне приходится спешить. Позвоню тебе утром.