Страница 3 из 20
Что такой хлыщ забыл на корабле контрабандистов, Лиин так и не придумала, а спрашивать напрямую не решилась. Боялась, что окажется, что это капитан вообще слабо представляет, где находится. А еще в команде может быть человек, посланный мстительным мужем, который только и ждет подходящего момента для того, чтобы перерезать капитану горло и выбросить за борт. А возможно, этот муж капитаном Ривву и назначил, не напрямую, просто поспособствовал. Или кто-то его так наказал. Вряд ли за дуэль, не бывает у дуэлянтов таких рук. Подобрали какую-то наиболее подходящую причину и избавились от этой занозы.
Лиин вздохнула и посмотрела на колышущиеся почти вплотную к борту камыши. Они были высокими и густыми, с серым налетом на листьях и метелками-соцветьями. Над камышами висел туман, то густой и непроглядный, то почти прозрачный. Он же аркой перекинулся над каналом, превратив его в извилистый тоннель. Изредка туман свешивал щупальца до самой воды, но чаще едва доставал до корабля. Из-за тумана было очень сыро и промозгло. Зато комары не летали и звуки далеко не разносились. По крайней мере так утверждал проводник — заросший бородой мужик непонятного возраста.
Если честно, не нравилось ей все это. И проводник не нравился, и таинственность с которой грузили ящики, но больше всего — капитан Ривва. Если капитан послан на заклание, то произойти может что угодно. И наверняка вовсе не то, что планировал хитрый Хашен. Нашлись люди похитрее и с большими возможностями.
Лиин вздохнула еще раз. Похоже, она очень не вовремя решила расправить припорошенные пылью крылья. И теперь есть все шансы поломать их, так и не набрав высоту.
Зря она Валада не послушалась. И не зря он ее дурной бабой обозвал. Но теперь что-либо менять поздно. Не выпрыгнешь же с корабля в камыши, кишащие ядовитыми змеями и камнеглотками, вопреки названию предпочитавшими не глотать камни, а пытаться откусить руку, ногу, а то и голову.
Впрочем, назначенный кем-то капитаном Ривва не имел бы значения, если бы команда была сработавшаяся. А так… Лиин поспрашивала тех, кто выглядел более вменяемым и пришла к неутешительному выводу, что их надергали с разных кораблей и чуть ли не на следующий день отправили в плаванье. А потом еще оказалось, что шкипер и штурман давно и надежно не ладят, причем настолько, что бедный замороченный боцман всерьез опасался, что в один далеко не прекрасный день они либо поубивают друг друга, либо начнут потихоньку выбрасывать корабельное имущество, чтобы было в чем друг друга обвинять.
Лиин опять вздохнула, и перед ней как по волшебству появился капитан Ривва.
— Почему прекрасная волшебница вздыхает? — спросил он таким тоном, словно это была величайшая проблема на корабле.
Выданные насильно замуж девицы, ищущие романтики и утешения в объятьях менестрелей и таких вот хлыщей, наверняка расцветали и начинали жаловаться. А Лиин захотелось схватить его за шкирку, как нашкодившего кота, наорать и отправить поговорить с боцманом. Может, хоть после этого до идиота бы дошло, что он вовсе не на развлекательной прогулке. И шлюп не обвязанная лентами лодка, на носу которой дерет горло менестрель в венке из первых цветов.
— Прекрасная волшебница пытается понять, чью дочь или жену надо было соблазнить для того, чтобы оказаться в такой заднице. И кем надо быть, чтобы до сих пор не сообразить, где именно оказался, — мстительно сказала Лиин.
Хлыщ захлопал глазами и неуверенно посмотрел на мачту.
— Я морскую академию заканчивал, — заявил, немного подумав. — И чин у меня по праву рождения, по наследию и…
Лиин фыркнула, встала и отошла от него.
Интересно, Хашен знал, что за капитан на этом корабле? Или думал, что остальная команда отлично справится и без главнокомандующего?
Чин по праву рождения, это надо же.
В империи большая часть офицеров с такими чинами. Их учиться отправляют туда, где они научатся этому чину соответствовать. Потом к ним приставляют многоопытную няньку — ветерана, который до такого же чина дослужился своими силами и которому за обучение молодежи очень хорошо заплатят. Некоторые даже земли получали. А Камил Арония даже наследуемый титул и право передать свой чин сыну. Потому что был очень хорошим воспитателем.
Но что-то возле этого болвана никого похожего на хромого Камила нет и не предвидится. Ривва, похоже, вообще считает, что управление кораблем плевое дело, а капитан здесь нужен для красоты и вдохновления команды на подвиги стихами.
— Куда же я влипла? — спросила у камышей Лиин.
Камыши тихонько прошуршали в ответ что-то ругательное, и шлюп вышел из узкого канала в озеро.
Над озером клубился туман и стояла тишина.
А над другими озерами, которые прошли до сих пор, было довольно шумно. В тумане крякали невидимые утки, драли глотки лягушки, цапли щелкали клювами, а изредка вдохновенно ругались рыбаки, у которых что-то запуталось.
— Не нравится мне это, — сказал опытный боцман, к которому как раз подошла Лиин.
А потом из тумана величественно выплыл огненный шар и растекся по корабельной защите, выжигая в ней дыры и заставляя орать от боли мага, эту защиту поставившего. Похоже, огнем бросался кто-то в три, а то и в четыре раза сильнее, чем он. Защищаться всегда проще, а тут с такой легкостью защиту пробили.
— Кабар каларома! — явно выругался боцман на непонятном наречии и бросился командовать застывшими в изумлении матросами.
Маг-защитник продолжал кричать.
Капитан Ривва стоял и удивленно хлопал глазами.
А Лиин мудро присела, прячась от нападавших за бортом и пробормотала:
— Так я и знала.
И совсем не удивилась, когда в суматохе чуть ли не к ее ногам свалилась капитанская голова. Ни для чего другого эта голова все равно не годилась. Хотя убивать могли и аккуратнее, обезглавленное тело слишком заметная вещь.
— Предатели! — заорал кто-то.
И Лиин поняла, что обезглавленное тело бывает еще и выгодной вещью. Особенно когда надо посеять панику среди и без того бестолково мечущихся людей.
Похоже, капитан был не единственным идиотом в экипаже корабля. Этих идиотов здесь хорошо, если половина. Но наверняка больше. И предыдущие команды радостно вздохнули, когда поняли, что избавлены от них навсегда.
— И я в коллекцию, — сказала Лиин, доплетая щит.
Себя она спасать собиралась в первую очередь. А с остальными, как получится.
Интересно, Валад Хашену руки вырвет или старый мошенник отбрешется?
Насколько все плохо, окончательно Лиин поняла, только когда увидела величественно выплывающую из тумана трехмачтовую баркентину. По сравнению с этим новеньким кораблем, шлюп выглядел старой развалиной, которую, конечно, подлатали, паруса заменили, но все равно, любой, кто увидит его рядом с баркентиной, сразу поймет, что он был построен столетие назад и не ему гоняться с только-только появившимся парусником. Не догонит и не сбежит.
Это не патрулирующие прибрежные воды лодки, которые скорость набирают благодаря амулетам и лопастям, которые эти амулеты крутят. От них можно уйти, если на борту есть толковый маг, способный воздействовать на амулеты. Не сломаешь, так замедлишь, не замедлишь, так хотя бы лопасти заклинишь поднятым со дна мусором. Лопасти вообще самое слабое место на патрульных кораблях, защитить их практически невозможно, щиты не держатся из-за их непрерывного движения и сложной формы. И от воды их защитным колпаком не отсечешь, корабль сразу остановится.
У баркентины таких проблем не было. И скорость была немногим меньше, чем у патрульных лодок.
— Задница подводного демона, — признал баркентину заросший бородой моряк, стоявший рядом с Лиин.
Он был умный. Поэтому, немного посмотрев на парусник противника и полюбовавшись жрущим нос шлюпа огнем, развернулся и рванул к противоположному борту. Там он остановился всего на мгновенье, сжал в ладони какой-то амулет, а потом выпрыгнул за борт. Видимо, считал, что рядом с камнеглотками у него больше шансов выжить.