Страница 46 из 53
Вернувшись по собственным следам на стройку, мимо которой недавно проезжал, я остановился возле огромного штабеля толстых труб. Мне стоило немалых усилий вытащить из машины бесчувственное тело со скрещенными за спиной руками и подогнутыми вверх ногами, но идея, которую я начал реализовывать, того стоила. Бросив блондина в песок, я вернулся к багажнику за литровым баллоном с клеем "Гамма-НХ". Блондин еще не пришел в себя; я отстегнул наручники, выстрелил облачком белой пены в его ладони и прижал их одну за другой к трубам, стараясь, чтобы его руки были вытянуты как молено сильнее. Когда через несколько секунд я отпустил его руки, он повис на них, удивительно напоминая средневековую гравюру, изображающую прикованного к стене узника. Отойдя на несколько шагов, я оценил плоды своей работы. Меня невозможно было в чем-либо упрекнуть. Я закурил и достал из машины сифон. Струя холодной пенящейся воды ударила блондину в затылок, обильно смочив волосы и пятном разлившись по пиджаку. Я услышал стон, затем блондин пошевелился, подтянул ноги и встал. Я сделал несколько шагов, наблюдая, как он дергает руками, пытаясь оторвать приклеенные ладони, небрежно прислонился к одной из труб и многозначительно кашлянул. Блондин оставил свои попытки и яростно воззрился на меня.
- Не оторвешь, - сообщил я ему.
- Попрощайся с жизнью! - прохрипел он.
- Тебе не поможет ни терпентин, ни бензин, - продолжал я, не обращая внимания на его слова. - Ни моча, ни еще что-нибудь. Этим приклеивают крылья самолетов к фюзеляжу. - Я со вкусом затянулся и выпустил дым в небо. Стопроцентная надёжность... Зачем ты хотел убить Гайлорда?
- Ты труп...
Я искренне рассмеялся.
- Что-то ангел-хранитель не спешит с исполнением твоих желаний... язвительно заметил я. - Говори, зачем хотел убить Гайлорда?
- Дерьмо!
- Ну, и ладно. - Я затянулся с видом человека, приступающего к какому-то неприятному, но необходимому делу. - Язык у тебя останется, так что показания давать сможешь... - Я отбросил окурок и подтянул брюки. - Ты заметил, что ты приклеен к разным трубам? Наверняка заметил... - ответил я сам себе. - Если я зацеплю машиной одну из труб... Представляешь? - Я подошел к открытому багажнику и начал в нем рыться. - Весь штабель рухнет, трубы полетят, естественно, в разном порядке, с разной скоростью и в разных направлениях. Одна твоя рука... Да где же он, черт возьми... О! Есть... Так вот, одна твоя рука окажется вывихнута раньше, другая чуть позлее, кроме того, я считаю, что трубы в конце концов раскатятся в разные стороны. И, пожалуй, размаха твоих грязных ручек... - я выпрямился и повернулся к блондину, держа в руке трос, - не хватит. Короче говоря, я полагаю, что тебя разорвет и уж наверняка повыдергивает лапки. - Я подошел к обеспокоенному блондину, помня о том, чтобы не оказаться в зоне досягаемости его ног. Знаешь, в детстве я постоянно получал нагоняй от мамы за то, что отрывал ножки мухам, - доверительно сказал я. - И, как видишь, не помогло... - Я вздохнул и направился к "бастааду".
Я завел двигатель и бросил взгляд на монитор заднего вида. Блондин посерел лицом, его ноги совершали какие-то сложные, не слишком изящные движения, он напрягал руки, то одну, то другую, словно надеясь их все же отклеить. Я подал машину на несколько метров назад и, не заглушая двигатель, выскочил, чтобы прицепить трос. Я мог достать стандартный аварийный соединитель с магнитной присоской, но решил, что чем дольше будут приготовления, тем больший эффект они дадут.
Я тщательно прицепил один конец троса к трубе со стороны блондина и пошел с другим концом к противоположной стороне трубы.
- Эй! Как тебя зовут? - крикнул я.
Он ответил мне длинным ругательством. Зацепив крюк с тросом за трубу, я долго разглядывал то, что у меня получилось, а затем покачал головой.
- Нет, не пойдет, - сказал я вслух. - Как только трубы покатятся, нужно будет быстро сматываться. Или еще бампер оторвется...
Отыскав в багажнике еще один кусок троса, я привязал его к основному и сел в "бастаад", дерзка другой конец в руке. Я несколько раз нажал на педаль акселератора, из выхлопной трубы пошел легкий дымок, и тогда блондин не выдержал.
- Подожди!!! - заорал он. - Стой!
Я снял ногу с газа и высунулся из окна.
- Только быстро и по делу! - потребовал я. - Раз уж я немало потрудился...
Блондин завертел головой, так что капельки слюны брызнули во все стороны. Он шатался, но мужественно держался на ногах, опасаясь, что трубы могут сдвинуться с места. Я вышел из машины и подошел ближе.
- Послушайте, господин аноним, - сказал я, не скрывая недовольства. Или говорите, или я уезжаю. Ну?
- Я! - завопил он. - Это я, я, я, я хотел его убить! Он у меня как кость в горле!
- И за что же?..
- Он отказался от участия в каких-либо наших делах, но держал все под контролем! - залился он фальцетом. - Я не мог ничего сам решить, а собирать объедки мне давно уже стало неинтересно. Понимаешь?
- Угу. И сколько же раз ты пытался его прикончить?
- Один раз. Только один. На его собственном острове, но он это каким-то образом предвидел и ждал, или у него охрана лучше, чем мы полагали...
- Ладно, а что насчет меня?
- Тебя? - искренне удивился он. - Я ничего о тебе не знаю...
- Вот как? А мне казалось, что я достаточно важная персона. Это все? спросил я и, видя, что блондин отчаянно кивает головой, добавил: - Из другого источника мне известно, что это не все. В таком случае... - Я сделал паузу, давая понять, что над приклеенным к трубам блондином повисла весьма серьезная угроза.
- Что еще? - завопил он и дернулся, на мгновение забыв о том, насколько опасно для него двигать с места трубы.
- Что случилось на Луне?
- На Луне-е?
- На Луне! - рявкнул я. - И прекрати повторять за мной! Даю тебе десять секунд на то, чтобы ты начал рассказывать. Пошел! - Я выставил перед собой часы и уставился на них.
- Все расскажу! - заорал блондин. - Только спрашивай по делу!
- Может, ты и прав. - Я внимательно посмотрел на него. - Неплохо, да? И ты еще хотел заменить Гайлорда? - презрительно бросил я.
Я сел в машину и резко рванул с места, позволив тросу натянуться, а затем ослабил его. Даже на небольшом экране монитора я увидел темное пятно у ног блондина. Он не мог знать, а тем более видеть, что первая труба удерживается на месте тремя прочными клиньями и что, перемещаясь вдоль трубы, я тщательно обходил ее по большой дуге. Возвращаясь домой, я размышлял над своим поведением во время этого короткого, но действенного допроса, но не нашел ничего, в чем мог бы себя упрекнуть. Я должен был смешать блондина с дерьмом, предвидя, что он просидит в тюрьме не больше чем год, может быть, два, и нужно было навсегда отбить у него охоту к прежним занятиям. Впрочем, никаких иллюзий я не питал - на его месте найдется несколько других, но ликвидация хотя бы одного всегда казалась мне достойной любых средств.