Страница 43 из 53
- Вы преувеличиваете, князь. К счастью, профессор прекрасно сам справляется со своими проблемами... и в любой ситуации.
- Конечно-конечно! Просто удивительно, какой обаятельный ученый. Я так много ожидаю от сегодняшней лекции! Сенсационных открытий! - За этой безостановочной болтовней Анкизи пытался скрыть сильное волнение.
К ним подошел Баренго, и Барбара, указав ему на афишу с фамилией Эдварда и датой "30 марта 1971 года", спросила:
- Синьор Баренго, вы, если не ошибаюсь, уже знакомы с профессором Форстером?
Баренго утвердительно кивнул:
- Имел удовольствие встретить его на аукционе. Он был в обществе синьоры Эндрюс... той несчастной женщины, погибшей столь трагически. Профессор собирал кое-какие сведения об одном ювелире восемнадцатого столетия.
Анкизи вступил в разговор:
- В Риме у профессора не было ни дня отдыха.
- Он отдохнет после лекции, - сказал Баренго лишенным выражения голосом.
При этих словах Барбара внутренне содрогнулась, а князь Анкизи посмотрел на часы.
- Однако скоро девять, а профессора еще нет. Мне кажется, он заставляет нас ждать.
- Не думаю, синьор Анкизи. - Барбара посмотрела прямо в глаза князю. Лекция начнется вовремя. Профессор Форстер уже здесь, он в кабинете синьора Пауэла.
* * *
Кабинет атташе по культуре освещал мягкий свет настольной лампы. Эдвард и Пауэл уже больше часа беседовали, сидя друг против друга в низких глубоких креслах. Бутылка виски стояла между ними на столике.
- Надо полагать, что на сей раз Салливан действительно мертв?
- Мертв, вне всяких сомнений, - подтвердил Эдвард. - Полиция констатировала смерть.
- Хотелось бы верить. Салливан был постоянной угрозой для вашей жизни. Хотя мы и предприняли некоторые меры предосторожности.
Эдвард покачал головой:
- Но зачем был нужен весь этот спектакль... Телефонный звонок... Пистолетные выстрелы... и мнимая смерть.
- Это старый трюк, Форстер. Салливан проделал все это, чтобы в нужный момент отвести от себя подозрения.
Эдвард улыбнулся:
- Он есть и его нет. Очередной призрак.
- Хорош призрак, с пистолетом наготове, - заметил Пауэл, раскуривая сигару. - Если бы не удалось разгадать его планы...
- Я бы сейчас не сидел здесь... Так я вам обязан, Пауэл? - Эдвард улыбнулся.
- О, не волнуйтесь, достаточно, если вы будете ходатайствовать о представлении меня к награде. А я за это готов порекомендовать вас на службу в разведку. - Пауэл подмигнул. Он пребывал в прекрасном расположении духа. Вы были очень отважны... особенно когда решились положиться на меня.
- Дорогой Пауэл, не в обиду вам будет сказано, но я с самого начала понял, что никакой вы не атташе по культуре.
- Ну, если на то пошло, так ведь и итальянская контрразведка в это ни на йоту не верит. До сих пор она на все закрывала глаза. - Он откинулся в кресле и довольно похлопал себя по округлому животику. - А барон Россо... Если бы мы не направили полицию по его следам, думаю, сегодняшнюю лекцию пришлось бы отменять. - Пауэл хохотнул. - Кстати, волнуетесь?
- Не очень. С таким союзником, как вы, я готов выступать перед любой аудиторией. Теперь уже самая трудная роль не у меня. Не боитесь, что ваше отсутствие на лекции покажется кое-кому подозрительным?
- Думаю, обратное показалось бы многим еще более странным. Разве легкомысленный добряк Пауэл предпочтет общество очередной красотки скучному Байрону?
- А Барбара?
- Не думаю, что стану предметом ее заботы сегодня вечером. Тут, как сказал принц Гамлет, есть предмет попритягательней. - Он хлопнул Эдварда по колену. - Ах, дружище Форстер, у вас еще вся жизнь впереди! А что касается лекции, то я побуду в самом начале. Две или три минуты. Достаточно, чтобы обратить на себя внимание публики. А потом исчезну. И далее - по плану.
Они обменялись рукопожатием, чокнулись и выпили. Пауэл посмотрел на часы:
- Готовы? Без двух минут девять.
- До полуночи еще три часа.
И они вышли из кабинета.
* * *
Когда Эдвард появился в зале, Барбара, радостно вспыхнув, зааплодировала первой, и все сразу же последовали ее примеру.
Свободных мест почти не было. В первом ряду сидели князь Анкизи и - на некотором расстоянии друг от друга - профессор Баренго, синьор Пазелли и синьора Джаннелли. Пауэл предпочел остаться у входа в зал. Он стоял, прислонившись спиной к стене.
Эдвард поднялся на кафедру и поклонился публике. Как всегда в подобных случаях, он чувствовал себя уверенно и спокойно.
- Спасибо... Спасибо... Дамы и господа, благодарю вас.
Аплодисменты стихли.
- Благодарю вас за столь теплый прием и начну с замечания - пока я этого ничем не заслужил.
Непринужденность Эдварда импонировала аудитории. Среди публики пробежал легкий шумок. Многие обменялись улыбками.
- Текст своего выступления я написал еще до отъезда из Лондона. Однако читать его не стану. Сегодня вечер импровизаций.
Снова раздались аплодисменты. Эдвард перевел дыхание и подождал, пока установится полная тишина.
- Мне известно, что некоторые из присутствующих читали мою последнюю статью, напечатанную в журнале "История литературы". К сожалению, в нее вкрались по меньшей мере две ошибки. - По рядам пробежал шепот. Профессор продолжал: - Для тех, кто не читал статью, поясню: в ней комментируются некоторые страницы неизданного дневника лорда Байрона, где он описывает в том числе свое пребывание в Риме в 1821 году. Это дневник, который был найден мною по чистой случайности. - Эдвард взглянул на Анкизи. Тот, улыбаясь, медленно покачал головой. - Так вот, этот дневник состоит из двух частей. Я опубликовал первую, оставив за собой право обнародовать вторую часть по окончании исследований. Но в Риме я нашел много добрых друзей и получил от них немало ценных советов, особенно от князя Анкизи, страстного поклонника Байрона. Князь, позвольте публично выразить мою благодарность.
Эдвард жестом привлек внимание аудитории к Анкизи.
- Именно благодаря советам князя, - продолжал Эдвард, - я понял, что неточно откомментировал стихи Байрона, написанные по-итальянски пятнадцатого апреля 1821 года. Неточность весьма существенная, поскольку стихи эти принадлежат не Байрону.