Страница 62 из 72
- Может, лучше подождать?
"Сделай, как я прошу."
Последовала пауза.
- Хорошо, - сказал Кох. - С первой партией будет врач.
"На Кесрит, - ответил Ставрос, - врачу придется ждать меня долго."
Кох проглотил и это. Наконец он кивнул, соглашаясь.
- Ты управляешь Кесрит, но команда корабля подчиняется только мне. Ты получишь гражданский персонал, как только мы найдем место для посадки. Я отправляю в твое распоряжение звездолет "Флауэр". Он чисто исследовательский, а не военный. Ситуация требует немедленного вооруженного вмешательства?
"Нет."
- У вас внизу очень плохая погода.
"Это здесь часто. Подождите. Мы пока поработаем своими силами. Посадка на планету и все торжества - после того, как мы закончим расчистку."
Подъехала тележка. Ставрос услышал ее и моментально переключил экран, чтобы Кох мог видеть их обоих. Он не мог отказать себе в удовольствии понаблюдать за лицом Коха, который впервые видел старшего регула.
"Это бай Хулаг, - сказал ему Ставрос, снова переключая экран. - Если хотите, сэр, самый влиятельный регул. Наше сотрудничество здесь приносит пользу обеим расам."
- Ясно, - медленно сказал Кох. Он с трудом заставил себя остаться у экрана. Он был военным до мозга костей и столкнулся с ситуацией, в которой, как он прекрасно понимал, был бессилен.
- Ты получишь помощь, Ставрос, - сказал он. Довольный Ставрос отключил связь и взглянул на Галея.
"Осмотри окрестности, - приказал он лейтенанту. - И как только ты убедишься, что там безопасно, мы разбудим регулов. Это штат бая. Будьте внимательны к ним, лейтенант Галей."
- Мне сообщили, что район безопасен, - доложил лейтенант. - Здание хорошо защищено, следов радиации в нем нет.
Ставрос облегченно вздохнул.
- Мои юноши, - сказал бай, - постараются пустить завод воды и наладить подачу энергии. - Он махнул огромной рукой. - Хада займется транспортом. Я уверен, что на заводе остались неповрежденные машины.
21
У входа в Сил'атен их встретил дус, охраняющий своего хозяина. Здесь же в камнях лежали полузасыпанные песком останки Эддана. А невдалеке чернел какой-то клубок - скорее всего, то были Лирен и Дебас; рядом в золотистой мантии лежал Сатель.
Мелеин накинула вуаль и отошла в сторону - будучи госпожой, она не имела права смотреть на смерть. Но Ньюн приблизился и с благоговением расправил вуаль у Эддана. И долго после этого он не мог смотреть в сторону Дункана, который нерешительно переминался с ноги на ногу рядом с ним.
Ньюн вымыл руки песком, сделал прощальный знак и поднялся. Дункан тоже сделал какой-то знак: наверное, у землян так было принято прощаться с мертвыми. Ньюн принял это как должное.
- Они сами выбрали такой конец, - сказал он Дункану. - Что ж, это лучше, чем конец тех, что остались.
Затем он отлил немного драгоценной воды, повернулся спиной к землянину, вымыл лицо и руки, накинул вуаль. Взглянув вверх, он увидел двух дусов, которые спускались вниз. Ньюн сразу же отошел назад.
Его дус стоял рядом, не пытаясь приблизится к троим дусам-часовым, выстроившимся против них. Морды зверей вытянулись, хвосты хлестали по бокам. Затем самый большой из дусов - Ньюн решил, что это дус Эддана попятился и зарычал, призывая остальных. Но самый молодой из троих нерешительно переминался с лапы на лапу, а затем пошел к дусу Ньюна. Второй тоже последовал за ним.
Старый дус Эддана издал презрительное рычание и пошел прочь от этих дусов-предателей, которых он больше не хотел знать. Ньюн вздрогнул от внезапно обрушившейся на него волны гнева. Но когда он двинулся прочь, с ним пошел не только его дус, но те двое, которые принадлежали Лирену и Дебасу. Эти дусы предали своих хозяев, оставили пост. Они выбрали жизнь, а дус Эддана сохранил верность до конца.
"Ло'а-ни, дус!" - ласково поприветствовал его Ньюн, восхищаясь верностью дуса; но тот испустил мощный предупредительный импульс, который буквально отшвырнул Ньюна прочь.
И Ньюн снова взвалил свою ношу на плечи и зашагал вместе с Дунканом и Мелеин дальше.
Они не говорили о своей находке. Все и так было ясно. Дусы шли впереди них и время от времени один из зверей пробовал подойти к Дункану, но дус Ньюна бдительно охранял их и не подпускал чужих дусов. Скоро те поняли, что этого ци'мри тоже нельзя трогать.
Они были уже у входа во внутреннюю долину Сил'атена, и здесь их поджидал немного другой страж. Ньюн первым заметил воронку в песке и, взяв землянина за локоть, поднял небольшой камешек. Он отошел как можно дальше и сильно бросил камешек в самый центр воронки.
В окружности длиной в двадцать дусов песок взорвался, и буровер, подняв тучу песка со своей мантии, края которой образовывали воронку, снова нырнул в песок немного дальше от того места, где выскочил.
Дункан изумленно выругался.
- Я показал тебе это, - сказал Ньюн, - чтобы ты понял: тот, кто не знает страны и у кого нет дуса, не сможет здесь пройти. Говорят, в великих песках встречаются экземпляры покрупнее, чем этот. Дусы чувствуют их запах. Они чувствуют и другие опасности. Даже мри в одиночку неохотно ходят в таких местах. Я не думаю, что ты можешь здесь пройти.
- Я понял тебя, - сказал Дункан.
Дальше они шли медленно, вдоль стены утесов, где было безопаснее всего. Они проходили мимо отмеченных камнями замурованных пещер, и причудливые угрюмые скалы Сил'атена отбрасывали жуткие тени на песок, обступали их со всех сторон, отрезая им путь назад.
- Что это за место? - благоговейным шепотом спросил Дункан, когда они подходили к могилам Матерей.
- Нла'ай-мри, - ответил Ньюн. - Сил'атен, кладбище нашего рода.
И теперь Дункан молчал. Он лишь боязливо смотрел по сторонам, изредка оглядываясь назад, где ветер заметал их следы, возвращая пустыне ее истинный вид, словно они и не проходили здесь вовсе.
Теперь их вела Мелеин. Она шла впереди их небольшого отряда, положив руку на спину дуса, которому, похоже, это очень нравилось. Они направлялись в глубину каньона, где Ньюн никогда не бывал; они проходили мимо пирамид камней, обозначающих не то могилы Матерей, не то направление пути. Там встречались надписи, которые Ньюн не мог прочесть, а Мелеин читала и уверенно шла вперед. И хотя она тоже никогда не бывала здесь, Ньюн полностью доверился ей.