Страница 32 из 39
Прямо, прямо, направо, вниз, к аварийной лестнице, по ней ещё ниже, налево... Никаких лифтов, только лестницы. Здесь двери заварены - коридор перекрыли при установке орудия в каземат. Значит, в обход. Налево, прямо, прямо. Шаги. Остановить группу, ждать. Стихли. Снова вперёд. Налево. Вниз. Направо. А вот и вход в машинное. За этим поворотом слева.
Марк не стал выскакивать из-за угла - остановил отряд, вытянул из наруча шнур гибкой камеры, высунул его. Разумеется, проход был закрыт и под охраной. Охранников двое, не полицейские, десантники. В бронескафандрах, как и положено по боевой тревоге. Штыками кирасу не возьмёшь. Щитки шлемов опущены - светошумовой гранатой их не оглушить. Над головами - видеокамера, вращает стеклянным глазом влево-вправо. В коридорах камер не было - откуда им взяться на старом сухогрузе? Здесь, очевидно, имперцы установили сами. Всё говорит за то, что скрытную фазу операции пора заканчивать. Раздав жестами команды группе, майор снял с пояса безосколочную гранату, выдернул кольцо, досчитал до двух. Швырнул за угол. Среагировать десантники не успели - граната взорвалась ещё в воздухе. Скафандры частично защитили их от оглушения, однако взрывная волна всё равно впечатала солдат в стену. Марка тоже задело, но лишь слегка. Вместе с "Альфа-два" он рванулся вперёд, вдавил спуск винтовки - и буквально изрешетил ошарашенного имперца длинной очередью от бедра. Стрелок из "Альфы" прикончил его напарника. От бронебойных пуль в упор никакой панцирь спасти не мог. Танди одним выстрелом сшиб видеокамеру - но это, понятно, не помогло. Не успел развеяться дым от взрыва, а по коридорам уже нёсся вой сирены.
- Пошло веселье! - Осклабился Браун. - "Бета", убери дверь.
Вход в машинное перекрывала толстая створка, однако она не был рассчитана на устойчивость к взлому - всё же гражданское судно. Сапёр двумя направленными зарядами вышиб запорный механизм, стрелки вручную сдвинули дверь. Спецназ ворвался в машинное. Узкие проходы разбегались от входа во всех направлениях, однако большая их часть вела к двигателям, давно демонтированным. Людям Брауна требовался лишь один. Под завывания сирены они ураганом промчались сквозь всё отделение, не встречая сопротивления. Редкие техники в рабочих скафандрах и оранжевых комбинезонах разбегались кто куда, стрелки "двадцатки" снимали замешкавшихся короткими очередями. У самой защитной камеры реактора группу поджидали-таки четыре охранника. Десантники укрылись за углами коридора и встретили атакующих шквалом огня. Спецназовцы забросали их гранатами, навязали ближний бой. Рукопашная схватка, где в ход пошли штыки, кулаки и пистолеты, продлилась минуту - драться в механизированных бронескафандрах непросто. Один оперативник получил пулю в бедро, другой - в стык бронепластин на плече. Оба остались в строю, спасибо медицинской автоматике скафандров. Танди ещё добивал раненных десантников, а сапёр уже минировал дверь камеры. На сей раз так легко не получилось - стены реакторного отсека впечатляли толщиной не меньше, чем створки. К счастью, вся конструкция создавалась для того, чтобы выдержать взрыв изнутри, а не снаружи. Освободившись от замка, гермодверь сама ушла в пол.
- Внутрь! - Скомандовал Браун. По коридорам машинного отделения неслось эхо тяжёлых сапог. Гарнизон батареи спешил в бой.
Спецназовцы в секунды захватили двухэтажную камеру реактора, перестреляв невооружённую обслугу. Стрелки заняли позиции у взломанного входа, сапёр принялся заваривать наглухо закрытую дверь на противоположном конце. Можно было не сомневаться, что к ней тоже спешит подкрепление. Лейтенант Феррах плюхнулась в кресло за главной консолью, подключила к ней свой ранец. В ранце сегодня вместо рации был мощный переносной компьютер.
- Как там? - Спросил Марк, опускаясь на колено у входа и беря автомат наизготовку.
- Похоже, программное обеспечение не меняли. - Отозвалась стэлонка. - Осталось от сухогруза. Обычная защита от дурака и антивирус, справлюсь.
- Спасибо. - Браун криво ухмыльнулся, качнул головой. - Вот уж не думал...
Его прервала пуля, ударившая в стальную притолоку. Подоспевшие имперские десантники не вывалились из-за поворота гурьбой - грамотно укрылись за углами, открыли огонь на подавление. Спецназ ответил им неприцельными очередями. Убедившись, что в ответ стреляет два-три ствола, имперцы рискнули пойти в наступление. Паля на ходу, двинулись через коридор к камере. В ответ им полетели гранаты - последние у "двадцатки". Взрывы уложили первых десантников, вынудили остальных залечь, вжаться в гладкий металлический пол.
- Запустила. - Отчиталась Эвра, не отрывая взгляда от консоли. - Пошёл процесс. До точки невозврата - четыре с половиной минуты.
В отсеке взвыл ещё один тревожный сигнал - извещающий о неполадке реактора. Имперцы поняли, что означает этот вой, поднялись, волной ломанулись вперёд - и опять залегли, потеряв троих под градом реактивных пуль. Глухо бухнул взрыв - дверь на противоположном конце отсека дрогнула, но устояла. Значит, и с той стороны скоро ждать гостей. Ничего, не успеют. Но сколько же их здесь, в этом коридоре! Только трупов уже десяток, а в боковых проходах прячутся от огня не меньше полусотни. Впрочем, как и ожидалось.
Марк мысленно извинился перед Аэлитой за обман. Если бы молодая лётчица знала настоящий план "двадцатки" - отказалась бы в нём участвовать даже под угрозой трибунала, Браун не сомневался. А это был план именно "двадцатки", не майора лично. Вся группа участвовала в его составлении, вся группа на него подписалась. В спецназе УСО действительно служат психи. "У батареи минимум четыре реактора - по одному от каждого корабля. - Говорил Марк адмиралу Синклер в беседе с глазу на глаз. - Отключи один - ничего не случится. Отключи два - часть лучевых пушек вырубится, но стрелять батарея сможет. Защитное поле будет держаться до отключения последнего источника энергии. Чтобы вывести из строя все четыре генератора потребуется минимум четыре таких группы, как моя. Мысль в том, чтобы не отключать реактор, а взорвать его. В смысле, не облепить взрывчаткой, а довести до взрыва активную зону. Мои ребята это могут. Тогда батарею просто разорвёт в клочья". Майор не сказал вслух очевидную вещь - диверсантам придётся оставаться возле реактора почти до момента взрыва. Иначе гарнизон станции успеет запустить аварийные процедуры вручную и предотвратить катастрофу. В конце концов, существует сотня способов обезвредить обезумевший реактор. И даже если за последние минуты спецназовцы чудом успеют выбраться в космос, взрыв такой мощи их всё равно накроет. Вслух он не сказал - но был уверен, что Слепая Леди и сама об этом догадалась. Однако план утвердила. Они с адмиралом поняли друг друга. Потому перед Шанной майор сейчас не извинялся - зачем извиняться перед сообщницей?...
- Эвра, ты закончила? - Дав три одиночных выстрела вдоль коридора, Браун отступил от двери.
- Да, командир. Теперь оно само пойдёт.
- Тогда ты можешь подключить меня к системе внутренней связи? Чтоб даже на мостике этой мусорной свалки услышали?
- Здесь есть терминал, попробую.
Женщина с полминуты поколдовала над переговорной панелью, кивнула майору, протянула ему шнур. Браун воткнул кабель в разъём шлема, сказал весело:
- Внимание гарнизону форта Империи! Говорит командир буканьерского отряда Марк Браун! Официально заявляю, что мы захватили вашу сокровищницу и ваш чёртов форт! Чтобы вам не было так грустно по сему поводу - прослушайте эту песню... Люк, ты пиратские песни знаешь?
- Нет, командир. - Дежуривший у задней двери капитан усмехнулся. - Ни одной.
- Так сочиняй, болван! Не позорь меня.
- Есть! Э-э... - Танди начал нараспев. - Ждёт меня дома красотка-пиратка...
После нового взрыва задняя дверь рухнула вниз. В реакторную камеру как горох из распоротого мешка посыпались имперские десантники. Пятеро или шестеро свалились под автоматными очередями, следующие за ними сшиблись со стрелками спецназа в рукопашной. Эвра, подхватив винтовку, прыгнула в кучу-малу с места инженера, заработала включённым штыком - у стэлонки, несмотря на маленький рост и "мирную" специальность, всегда это хорошо получалось. Браун, стоя в стороне от свалки, методично всаживал одиночные пули в спины и затылки подставившихся врагов. Спецназ оттеснили от обоих выходов - а секундомер в голове Марка тикал. Экран инженерной консоли мигал красным. Тревожный зуммер гудел всё громче, громче. И вдруг замолк - словно подавился. Из недр реактора донёсся нарастающий гул...