Страница 12 из 17
— Это не шутки, Леона. За ошибки правящего отвечает весь его род. За ошибки любого из нас отвечает весь наш род, точно так же весь наш род гордится нашими достижениями.
Глубоко вздохнула. Сложила руки на груди, глядя на Шайну-Артомеллу. Здесь она предстала в момент встречи с драконами, голограммы и живые спецэффекты тогда были еще не того уровня, как сейчас, но смотрелось все равно впечатляюще. С развевающимися волосами, в античном платье с занимающимся от огня подолом, раскинув руки под кружащими хищниками, Шайна была прекрасна. Даже желание треснуть драконище по голове почти прошло. Правда-правда. А то, что рука в сторону вазы дернулась, так это просто непроизвольно получилось.
— Я точно знаю, кто может это отменить, — сообщила доверительно.
За спиной стало совсем тихо: ни ветерка, ни рычания. Рэйнар шагнул вперед, заглянул мне в глаза. Всем своим видом излучая уверенность, как выбравшийся из пещеры дракон, готовый вот-вот взлететь в небо. Только легкий прищур выдавал раздражение.
— О ком ты говоришь?
— О себе. — Я ткнула пальцем в грудь. — О себе, Рэйнар.
Черты его лица на миг заострились, крылья носа дрогнули. Будь у драконища хвост, не завидую я отполированному до блеска мрамору под ногами. К счастью, очередной рев взлетел под своды павильона, где тонкие нити центральной люстры собирались в раскаленный искрящийся шар. Крохотные светильники разбегались от нее по тонким металлическим мостикам, образуя под стеклянной крышей цветок с распахнувшимися в ночи лепестками. Напоминание о том, что скоро начнется второе действие, подтолкнуло публику в сторону зала, поэтому в холле стремительно пустело.
Рэйнар тоже предложил мне руку, и мы направились к лестнице.
В ложу поднялись в молчании, но стоило дверям стать непрозрачными, как надо мной нависла драконоскала. Дабы не уступать, задрала голову, и мы оказались лицом к лицу. Теперь уже зрачок его вытянулся в вертикаль. Алые искры вспарывали радужку, как отблески заходящего солнца небо.
— Ты мне отказываешь, Леона?
— А ты сделал мне предложение?
— Я назвал тебя своей.
— Да! Раз десять. Но назвать своей и сделать предложение — разные вещи. Никогда не задумывался, почему оно так называется? Предложение — это когда ты спрашиваешь, а не когда ставишь перед фактом под прицелами камер!
— В мире иртханов это равнозначно.
Р-р-р! Теперь уже стекло ложи находилось под угрозой. Моего хвоста.
— В моем мире нет!
— Твой мир отныне неразделим с моим. Старший твоего рода не откажет правящему.
— Ну вот на нем и женись! Уверена, вы будете отличной парой!
Последние слова уже напоминали приглушенное рычание, которое захлестнуло более громкое. Я опустилась в кресло так «изящно», что оно подпрыгнуло в высоту. К счастью, в зале уже звучала музыка, в которую вливалось звучное сопрано Эллины Райт. Вместе с ним я словно сама взлетала под самые своды.
Голос дивы возносился ввысь, набирая силу и отражаясь от стен, вплетая чувства в каждый выдох Артомеллы. Голос, так непохожий на голос Шайны… Вдруг отчетливо представила ее, стоящую на этой сцене: заметно ниже Эллины, тонкую и хрупкую, с выразительными темными глазами. На миг даже показалось, что сама стою рядом с ней, что мы поем вместе, в одно дыхание. Льющийся из груди голос, раскинувшийся за спиной город под раскаленным добела небом… и Аррингсхан с отцом Вэйлара в председательской ложе. Не сводящие взгляда с одной-единственной женщины, воспламеняющей зал одним только голосом, не имеющим никакого отношения к магии иртханов.
В моем представлении Аррингсхан выглядел таким, каким я увидела его на юбилее, только моложе, а вот отец Вэйлара почему-то виделся точной копией сына. Картина оказалась настолько яркой, что я даже моргнула, стирая видение. А после невольно бросила взгляд в сторону ложи истинного и Карин.
Они, казалось, были полностью увлечены представлением.
Но почему Вэйлар вел себя… так странно? Ни за что бы не сказала, что этот мужчина и тот солнечный иртхан, с которым мы пили кофе и который кормил Марра булочками — одно и то же лицо. Хотя что я о нем знаю? Мы виделись всего два раза, причем в неформальной обстановке. Что в первом, что во втором случае между нами лежала пропасть, разделявшая нас по положению гораздо больше, чем сейчас. Вот только сегодня это была не пропасть, это была стена.
Неужели и правда все дело в таэрран?
Словно почувствовав меня, Вэйлар повернулся. На миг наши взгляды встретились, и грудь снова обожгло.
Да что же такое со мной творится?
Обдумать это не успела, потому что по телу прокатилась огненная волна. Обжигающая, заставляющая кожу покрыться мурашками и вызывающая желание не то пригнуться к земле, не то расправить крылья и зарычать. Утробно, всей грудью. Обернулась и утонула в драконьих глазах. Что-то внутри неуловимо заискрило, как оголенный провод. Как отражение пламенной ярости.
— Что? — поинтересовалась, приподняв брови. — Если я пришла с тобой, говорить и смотреть дозволяется только на тебя?
— Дозволяется говорить с кем угодно.
— Вот и чудненько.
— Если это не нарушает приличий.
Вот теперь полыхнуло. Потому что ни разу — ни разу за сегодняшний вечер я не сделала и не сказала ничего такого, что могло бы навредить его репутации. Я оделась безупречно и вела себя так же. О том, что мне хотелось разбить об его голову вазу, знала только я. Возможно, именно поэтому мне снова этого захотелось. С удвоенной силой.
Приличия, говорите?
Сейчас я вам покажу приличия!
— Тебя не затруднит пригласить Карин и Вэйлара в нашу ложу в следующем антракте?
Судя по выражению лица, предложение драконищу не понравилось.
Встречаться с Вэйларом я не собиралась, разумеется, просто кто-то сам нарвался.
— Эти антракты такие короткие… — Невинно хлопнула глазами. — Мы же почти ни о чем не успели поговорить! А может быть, лучше вместе сходим в ресторан?
Теперь уже полыхал его взгляд. Не просто полыхал — вихрями огня разрывал полумрак ложи.
В противовес этому голос прозвучал неестественно спокойно:
— Сегодня после возвращения из оперы придешь ко мне в номер, Леона.
Ага, как же!
— Мм… заманчиво, но нет. — Я накрутила на палец локон, не без удовольствия отмечая, как раскрываются вертикальные зрачки.
— Это не просьба, Леона.
От знакомого прищура захотелось накрыться огнеупорным брезентом и медленно отползти в сторону дверей. И охраны. И вообще ложа показалась какой-то слишком уединенной. Тем не менее отползать я никуда не собиралась, потому что прекрасно знала свои права. И обязанности.
— Приказать это ты мне не можешь.
— Это не приказ. — Зрачки стянулись в едва различимые нити. — Это твое наказание.
ГЛАВА 4
Когда до меня дошло, я искренне пожалела, что под рукой нет ведра со льдом, а заодно и с бутылкой потяжелее. Интересно, как поведет себя кресло, если им запустить в правящего? Его вообще с места над стационарным удерживающим полем можно сдвинуть? Еще немного, и я это проверю, невзирая на наличие толпящейся за дверями службы безопасности. Воспользоваться моим обещанием принять любое наказание за обращение к Вэйлару! Несмотря на то что сам выполнил наше соглашение через задницу набла!
— Ты не посмеешь! — прошипела я, задыхаясь от переполнявших меня чувств.
— Сбавь тон, Леона. — Он сцепил руки на уровне подбородка, глядя на меня сквозь тонкие прорези век. — Или ты хочешь расторгнуть наше соглашение?
— Р-р-р!
Это то, что вырвалось из моей груди, когда я бросилась на него. Мысленно. То есть прозвучало оно вполне реально, а щедро расцарапывала его драконью физиономию и опрокидывала на него сверху ведро за ведром я в своем воображении. Пожалуй, стоило тогда вместо извинений сфотографировать его на телефон и выложить в сеть! Слишком подходящее для него обличье: не дракон он, а скользкий змеевидный ящер! Самый настоящий! Двуногий прямоходящий!