Страница 1 из 15
Михаил Смирнов
Клад белой крепости
© М. Смирнов, 2018
© ООО «Литео», 2018
Пролог
Большевики, захватившие власть в городе Астрахань в декабре 1917 года, испытывали серьезные трудности с ее удержание. Поэтому уже к началу нового 1918 года их власть фактически распространялась лишь на территорию городского Кремля, десятую часть территории города…
Астрахань, Кремль, кабинет Председателя Военно-революционного комитета…
В слабоосвещенном помещении вокруг стола расположились трое озабоченных мужчин. Хозяин кабинета Аристов, мужчина в черном костюме с интеллигентным лицом в очках, только что сообщил о тяжелом положении большевиков, находящихся на территории Кремля во вражеской осаде.
– Понимаю, что это для Вас не новость, – хмуро продолжал Аристов, – и я Вас собрал по другому вопросу, – обвел строгим взглядом присутствующих. – В ходе проведенной революционной экспроприации ценностей Кремля и находящегося здесь Троицкого монастыря, мы набрали два чемодана разных золотых изделий, как я полагаю на очень крупную сумму. Ситуация в городе сложная, не завтра, так послезавтра начнется штурм Кремля. Может так случится, что мы здесь погибнем за дело революции, но ценности мы обязаны оставить трудовому народу. Тем самым облегчить его положение.
– Ты предлагаешь это золото отправить в Москву? – спросил сиплым, простуженным голосом, одетый в красноармейскую шинель без знаков различия комендант Кремля Савчук.
– Тухлое дело, казаки и беляки нас обложили со всех сторон, – бросил третий мужчина в кожанке, начальник разведки 156-го полка охраняющего Кремль, Иванов.
– Я тоже так считаю, поэтому Вас и собрал, дабы решить вопрос с ценностями, – поднимаясь, изрек Аристов.
Подошел к плательному шкафу, открыл створки. В шкафу лежали друг на друге два деревянных почерневших чемодана, вернее даже сундука.
– Помоги мне Иванов, – бросил Аристов.
Мужчина в кожанке поднялся, подошел к шкафу и вместе с Аристовым осторожно поставил верхний сундук на пол.
– Пуда два (32 килограмма) в каждом точно будет, – усмехнулся Иванов.
– Будет-будет, – открывая крышку одного сундука, затем и второго, изрек Аристов. – А без сундуков, в чистом виде, килограммов по 25 в каждом будет.
В одном сундуке находились золотые пластины (очевидно, оклады икон, книг, фрагменты иконостаса), бруски разной величины и прочие изделия, в другом – различные ювелирные драгоценные изделия, монеты.
– Мать моя! – воскликнул Савчук. – Сколько всего!
– Здесь золото Хазарского каганата, часть царской казны хранившейся в монастыре, императорские подарки, различные подарки и пожертвования богатеев местным церковникам, а также церковное золото, драгоценности, украшения и безделушки всякие, – пояснил хозяин кабинета.
– На них целую армию можно вооружить, – бросил мужчина в кожанке.
Савчук шагнул к чемоданам, наклонился, взял руку украшение типа стилизованной короны и спросил:
– Что это такое?
– Похоже, диадема, – ответил хозяин кабинета. – Головное украшение в виде венца, ну или в виде небольшой такой короны. Одевается женщине на голову. Сделана из ажурного золота, вмонтированные украшения, то есть камни, из какого-нибудь африканского или индийского жемчуга. Наверняка, стоит очень больших денег.
– Мать моя! – снова воскликнул Савчук и осторожно положил украшение на место.
– В создавшейся ситуации я думаю, эти чемоданы нужно где-то на территории Кремля спрятать. Оборудовать тайник и спрятать, – присаживаясь на стул, вымолвил Аристов. – До лучших времен. А потом их достанем и отправил в Москву.
В помещении повисла напряженная тишина.
– Я думаю, разведка полковника Савушкина знает о существовании этих чемоданов, – сказал Аристов.
Иванов в знак согласия мотнул головой и тоже присел на стул.
– Савчук, где можно спрятать эти сундуки? – спросил Аристов.
Комендант неопределенно пожал плечами.
– Сразу так и не скажу.
– Я знаю, где можно оборудовать тайник и спрятать клад, – бросил Иванов. – Стены Кремля толщиной до 5 метров, смотровые башни до 4 метров. Можно в них сделать углубления, положить чемоданы и снова замуровать. Замаскировать, конечно. И отличный тайник будет, ни одна вошь не найдет.
– Правильно, разведка! – воскликнул Аристов. – Поручаю тебе выполнить эту важнейшую задачу.
– Но…
– Никаких но! – грозно отрезал Аристов. – Давайте лучше подумаем, в какие места и незаметно можно заложить чемоданы. Савчук обеспечишь Иванова инструментом, цементом, кирпичом.
– Не удастся скрытно это сделать, – вяло изрек Савчук.
– Иванов будет работать ночью в башне, – бросил Аристов. – Далее, мы пустим слух, что, мол минируем Кремль от захвата беляков. И прошу зарубить себе на память товарищи, об этой операции с золотом знаем только мы, трое. И трое будем нести революционную ответственность.
– Надо бы опись составить для порядка, – просипел Савчук.
– Думай, что говоришь, – выдавил Аристов. – Опись должен составлять специалист. А где мы его возьмем? В город полезем? Даже если и найдем старорежимного старикашку, он тут месяц будет описывать. Потом опять же, что с ним делать. Все, – повысил голос, – вопрос решен…
Третий день артиллерия полковника Савушкина обстреливает Кремль, небольшие мобильные отряды казаков нащупывают слабые места в обороне красных защитников…
Астрахань, ставка командующего белыми формированиями полковника Савушкина…
Предварительно постучав, в кабинет вошел штабс-капитан Зверев и громко вымолвил:
– Разрешите доложить.
Стоящий у карты города полковник неспешно повернулся и бросил:
– Докладывайте.
– Мои агенты из Кремля города доложили, что в результате наших выверенных артиллерийских обстрелов убит Председатель Ревкома Аристов, тяжело ранет комендант Савчук.
Полковник улыбнулся.
– Хорошие новости.
– В результате разведки боем, предпринятой казаками, – энергично продолжал штабс-капитан, – захвачен раненый Иванов, начальник разведки 156-го полка, охраняющего Кремль.
– Так-так. Что этот Иванов говорит? Надолго их еще хватит там в Кремле?
– Пока ничего не говорит, но мы его разговорим.
Полковник посуровел лицом, изрек:
– Только скорее.
– Слушаюсь. Но есть и плохие новости, господин полковник. Из Царицына на помощь астраханским большевикам выдвинулся большой отряд красных.
На секунду-другую лицо полковника окаменело.
– А где наши добровольцы калмыки? – нервно воскликнул. – Где обещанное подкрепление с Дона?
– На подходе господин полковник…
Полутемное, сырое подвальное помещение с низкими потолками…
На стуле развалился улыбающийся штабс-капитан Зверев. В шаге, напротив, на стуле с трудом сидит со связанными руками и ногами измученный мужчина в грязных галифе и порванной гимнастерке. Один глаз его заплыл синяком, на нижней губе запеклась кровь.
– Приятно снова пообщаться со своим, так сказать коллегой по разведке, товарищ Иванов, – весело выдавил штабс-капитан.
Пленный молчал и тяжело дышал.
– Да тебя коллега, немного помяли наши, ведь ты молчишь как рыба, – продолжал офицер. – Но это только начало, главные пытки впереди и ты все равно все нам расскажешь о своих красных товарищах. Но я вот подумал, что если мы с тобой сговоримся, то пытать тебя вовсе не будут. И вообще, мы можем стать почти друзьями. А Иванов?
– Ты хочешь Зверев, чтобы я выдал своих товарищей, героических защитников Кремля, – с трудом выдавливает Иванов.
– Нет, – став серьезным бросает офицер. – Дни большевицкого, астраханского Кремля сочтены, Аристов убит, комендант умер от ран, половина гарнизона перебиты, вторая половина деморализована. Я с тобой хочу поговорить о другом. А именно, о церковных ценностях в двух чемоданах, которые Вы с Аристовым спрятали в Кремле. Ценности эти не Ваши и сообщив о них мне, ты никого не выдашь. Да и знать об этом никто не будет, командир твой убит. А я тебе гарантирую жизнь, слово офицера.