Страница 2 из 22
— Я создал все условия, ни одного другого молодого человека она в глаза не видела, тебе всего-то и надо было быть с ней милым и любезным, а ты, вместо этого постоянно над ней издевался.
— Мне было всего четырнадцать, а Габи десять! Откуда я знал, что потом придется жениться на ней? Было так весело загонять ее…
— Зато теперь нам обоим не весело. Сын, ты меня разочаровываешь. Никогда не думал, что ты не сможешь провернуть такое простое дело, как соблазнить девушку. Красивую, заметь и, к тому же, от результата соблазнения которой зависит твое собственное благополучие. Нам так повезло, что двоюродная сестрица с мужем вовремя покинули этот мир, и король преподнес нам графство на блюдечке. От тебя требуется всего одно небольшое и весьма приятное усилие.
— Да все я понимаю и сам не прочь, но что делать, если она шарахается? Силой не получится, против ее магии мне не устоять, да и для привязки требуется, чтобы девушка в постели не сопротивлялась.
— Я подумаю, что можно будет сделать. Надо достать сильное снотворное зелье и как-то подлить Габриэлле, а потом удалить ее служанку. И лучше сделать все поскорее, сегодня пришел почтовик от короля — он решил объявить Отбор!
— Принц решил жениться?
— То-то и оно — говорю же, прибыл приказ от короля, чтобы я немедленно собирал Габриэллу и вез ее во дворец. Я смогу протянуть с ответом пару дней, не больше, и лучше, чтобы за это время ты предоставил мне убедительную причину для отказа.
— Не больше двух дней, — пробормотал сын. — Да, откладывать больше некуда. Я сейчас же съезжу к старой Амине, попрошу у нее помощи.
— Предупреди ее, что зелье нужно такое, которое не оставит следов и не навредит здоровью девушки! Заплати, не скупясь, тогда она особенно постарается.
— Не все ли равно, что будет с ее здоровьем, если произойдет привязка? Она больше ни с кем не сможет быть, да и не захочет, и король уже ничего не сделает.
— Не будем рисковать, вдруг король, прежде чем дать разрешение на брак, пришлет мага проверить невесту? Все-таки, не забывай, что Его Величество у нас далеко не дурак.
— Да, верно, я все понял и объясню Амине, что мне требуется. Все, я поехал.
Ни жива, ни мертва, девушка прижалась к стене, опасаясь, что Рамир поднимет голову, увидит ее и поймет, что она слышала их разговор, но он стремительно проскочил холл и исчез за дверью.
Стараясь не шуметь, Габи вернулась наверх и перевела дух.
Что же ей делать? Рамир настроен решительно, ему нужны ее деньги и титул, он не отступится.
— Поль, — проорал барон внизу. — Сходи и немедленно передай миледи, что я ее жду у себя в кабинете! Где она бродит, полчаса назад отправил за ней служанку!
Габи стремительно метнулась назад в комнату, и когда Поль постучал в дверь и вошел, он увидел девушку, сидящей за вышивкой, будто она никуда из комнаты не выходила.
— Миледи, — почтительно обратился он к Габи. — Его Милость настоятельно просит Вас немедленно спуститься к нему в кабинет.
Девушка отложила шитье и отправилась за слугой.
— Да, дядя? — спросила она, входя в кабинет. — Зачем Вы меня звали?
— Почему тебя приходится звать дважды? Или Розетта не передала мой приказ?
— Нет, она все сказала, я просто задумалась, — поспешила ответить Габи.
— Я хотел поговорить с тобой, сядь! Скоро твое Первое Совершеннолетие, остались последние два месяца, тебе пора выбирать мужа.
— Дядя?
— Жаль, что твоя бедная матушка так рано оставила этот мир, она бы объяснила тебе все намного лучше меня. Ты должна присмотреться к молодым людям, пообщаться с ними и решить, с кем готова прожить жизнь.
— С кем здесь можно общаться и на кого присматриваться? — удивилась Габриэлла. — К нам никто не ездит, и сами никуда не выезжаем. Единственный молодой человек, который постоянно вертится у меня перед глазами — Рамир.
— Вот и присмотрись к нему, — кивнул головой барон. — Ты ему давно нравишься и если поладите, то так тому и быть.
— Дядя, я не собираюсь сейчас ни с кем ладить, мне всего двадцать, тем более, Рамир не вызывает у меня никаких добрых чувств. И потом, если мы с Рамиром, как Вы говорите, «поладим», то я не только потеряю свою магию, ведь Рамир бездарь, но и навсегда буду к нему привязана. Нет, на такое я никогда не пойду!
— Не спеши рубить, — вкрадчиво заговорил барон. — Женщине не нужна магия, главное, чтобы у нее был муж и дети. Рамир будет хорошим мужем! Он не очень хорошо вел себя с тобой, но все мальчики таковы, пока не вырастут, а с возрастом они умнеют и исправляются.
— Хорошо, дядя, я подумаю, — ответила Габриэлла, вспомнив подслушанный разговор и решив пока не злить опекуна.
— Вот и умница, Я рад, что ты вняла доводам разума. Иди к себе и приготовься — вечером у нас будет торжественный ужин.
— Торжественный ужин, — переспросила Габриэлла. — Но в честь какого события?
— Ты все узнаешь вечером, — расплылся в улыбке опекун.
С детства Габи привыкла прятаться в зарослях сирени в самом дальнем углу обширного сада. Садовники не добирались до этой части и кусты росли, как им вздумается, образовав со временем небольшой непролазный островок. Весной, когда ветви покрывались розовыми, светло-фиолетовыми и белыми шапками цветов, по саду плыл необыкновенно сильный и приятный запах, и Габи обязательно приносила в свою комнату несколько разноцветных веточек.
Когда юная графиня Амеди осиротела, ей было всего десять лет, и король назначил ее опекуном дальнего родственника по матери — барона Фреджинальда Оренси, вдовца с сыном, старше Габриэллы на четыре года.
Габи быстро поняла, что не вызывает в опекуне и его сыне никаких добрых чувств и встреча с ними сулит ей только неприятности, поэтому научилась ловко его избегать и прятаться. К сожалению, в двадцать прятаться оказалось намного сложнее, чем в десять лет. Чем старше становилась воспитанница, тем реже у нее получалось избежать встреч, и тем чаще ей приходилось выслушивать бесконечные нотации и терпеть придирки от отца и издевательства — от сына.
Итак, что мы имеем?
Рамир твердо решил опоить ее и лишить девственности, если не сегодня, то не позже, чем завтра. Если она не станет ни пить, ни есть, сможет ли избежать этой участи? Маловероятно, дядя пойдет на все, чтобы остаться хозяином графства и можно только догадываться, на какие действия он решится от безысходности. Как она поняла, для образования привязки главное, чтобы девушка не противилась близости, именно для этого ее собираются опоить снотворным. А вот каким образом в организм попадет это снотворное, добровольно или нет — не суть важно. Да, у нее есть магия, но она пока не слишком хорошо умеет ею пользоваться и, поэтому, от внезапного удара по голове магия ее не защитит. Что же ей делать? Бежать!?
Да, надо бежать, причем, как можно скорее, пока у нее еще есть такая возможность. Но куда? Одинокая девушка обязательно привлечет массу неприятностей и получит привязку при первой же незапланированной встрече.
Габриэлла в волнении ходила по комнате.
Бежать во дворец и просить защиты у короля? Неплохой выход, но вот замуж она не стремилась, тем более, за принца. Значит, надо сделать так, чтобы он ее сам не выбрал, там наверняка будет много красавиц и не сложно будет среди них затеряться. Но ей еще нет двадцати одного года, она несовершеннолетняя и обязана подчиняться опекуну.
Если принц ее не выберет, то король будет вынужден вернуть ее дяде и пусть даже припугнет того, но все равно, расплаты за побег и последующего насильственного брака с Рамиром ей не избежать. Ну и как выйти из этой дилеммы: попасть на Отбор, чтобы спастись от брака с Рамиром, но ухитриться и принцу не понравиться, и к опекуну не вернуться?
Девушка подошла к зеркалу, скептически осмотрела себя. Сложно сказать, получится ли, уж больно она мала ростом и тонка в кости. И волосы! Остричь ее красивые волосы, светлые с небольшой рыжиной, мама говорила — с отблеском солнышка! Жалко-то как!