Страница 55 из 65
Герцогиня де Роу пригласила Татьяну лишь с одной целью - отомстить. Но нет, не старой королеве, она и так сполна получила за свои грехи, дважды потеряв сына. Один раз, когда он посмел сбежать, а второй - когда погиб. Это шоу было исключительно для герцога Николаса де Фарга, единственного претендента на трон Гонштейна. Он, как и полагается наследнику, везде сопровождал свою королеву, вот и сегодня он полулежал на одном из диванов с очередным бокалом в руках.
Не смотря на уверенность Николаса в том, что он унаследует трон, сама королева это никак не комментировала. Все понимали, что де Фарг не самый лучший кандидат, алкогольная зависимость была одним из множества его недостатков. Несомненно, герцог был умен, проницателен и у него хорошо подвешен язык, но эти таланты меркли на фоне скандалов, в которых он фигурировал.
Кристина ждала какой-то реакции от де Фарга, ведь София имеет больше прав на трон чем он. Но герцогу было все равно, сегодня его больше интересовало то, что плескалось в бокалах, а не престолонаследование.
Наконец Татьяна не выдержала, и подошла к двум заговорщицам, как она сама их называла. Она жаждала объяснений.
- Нам нужно поговорить, - строго сказала она.
- Давайте пройдем в кабинет, - предложила королева.
Они покинули бальный зал по отдельности, чтобы не привлекать лишнего внимания. Появление королевы Татьяны на осеннем балу и так вызвало массу слухов. Кристина добралась до места встречи первой, как всегда воспользовавшись очередным потайным ходом. Она нервничала, и уже сомневалась в правильности своей затеи. В последнее время они слишком часто делала глупости, главная из которых разбила ей сердце.
Леди Кристина старалась как можно реже оставаться наедине с собой, чтобы не вспоминать Штефана Гаровски. Этот человек сделал ей больно и заставил плакать, но мстить ему она не могла. Услышав приближающиеся шаги, главная фрейлина пыталась выкинуть из своей головы мысли о Штефане, и приготовилась с тяжелому разговору.
- Как тебе удалось ее заманить сюда? - спросила с порога Евгения, она была зла.
- Написала анонимное письмо, где говорилось, что на этом балу ее ожидает кое-что интересное и связано это с ее сыном, - признала Кристина.
- Да ты хоть понимаешь, во что это может вылиться? Она никогда не признает Софию. –Думаешь я не вижу чего ты добиваешься? Хочешь посадить свою племянницу на трон? Идея прекрасная, но это невозможно, и София к такому точно не готова.
- У меня нет такой цели. Просто хотела показать Татьяне, что она потеряла, и потрепать нервы де Фаргу. Или ты забыла, как он обливал помоями Стейси? И между прочим даже тебя стороной не обошел.
Тогда Николас действительно стал для них головной болью и причиной, по которой историю Стейси и Дамиана так щепетильно и долго обсуждали. При дворе ни для кого не было секретом, что герцог лично заплатил нескольким изданиям за гневные статьи. Он был единственным человеком в Гонштейне, кто радовался побегу Дамиана. У него теперь не оставалось преград на пути к трону.
Он приезжал на бал в честь помолвки Евгении и Адриана, хотя его никто и не приглашал. Он привселюдно назвал Анастасию малолетней шлюхой, а Евгению - несчастной брошенной невестой. Досталось даже Адриану, который вообще не имел отношения к этой истории. На него герцог повесил ярлык сборщика мусора, намекая на то, что тот подобрал никому не нужную Евгению.
Наверно в тот день Кристина в первый и в последний раз восхитилась князем Аркона. Он отстоял честь своей невесты настолько красиво и жестко, что юная Кристина едва сдерживалась, чтобы не аплодировать.
- Хотела потрепать нервы де Фаргу, а потрепала всем нам, еще и Софии наверно достанется. Николас даже не понял кто такая Софи. Он не догадался, что она дочь его кузена, - королева была в ярости, она совершенно не понимала, что творилось с ее вечно разумной и дальновидной фрейлиной.
Продолжить свой разговор они не смогли. Со стороны коридора послышались шаги, и вскоре к ним присоединилась Татьяна.
- Может вы, наконец, объясните мне, что здесь происходит? - от ее властного голоса у Кристины и Евгении по телу побежали мурашки, они обе почувствовали себя меленькими нашкодившими девочками.
- Ваше величество, это моя вина, - призналась Кристина. - Я отправила вам то письмо.
- Я и не сомневалась. Поэтому я требую объяснений. Что такого ты можешь сообщить мне о моем сыне, чего я не знаю? - на лице пожилой королевы появилась горькая усмешка.
- Ваш сын погиб, но у него… - Татьяна не дала Кристине договорить.
- Это мне известно, меня интересует девочка, кто она? Хотя я и так догадываюсь.
- Она ваша внучка, - сказала Евгения, она видела, что Кристина слишком разнервничалась, и решила ей помочь, хотя все еще злилась.
- Удивительно. А ведь она и слова мне не сказала, что у них есть ребенок, - тихо сказала сама себе Татьяна. Она сразу поняла, кем ей приходится София, хоть она и была больше похожа на мать, черты Дамиана все равно присутствовали.