Страница 6 из 15
Но я никак не мог забыть того унижения! Йон и Солара – одно лицо! Когда она пришла ко мне в палату, я понял, что не прощу. Никогда! Смотрел в ее глаза и видел звериный оскал Йона. Она навсегда останется для меня олицетворением мучителя. Этого не исправить! Даже сейчас у кострища, поглощающего моего отца, я ненавидел Солару всем нутром. Я хотел отомстить и знал, как это сделать. Знал, что она пожалеет о том, что не умерла вместе с братом в Обители. Единственная наследница престола Дагайна падет так низко и мерзко, что захочет умереть! Сейчас, когда Талос взойдет на престол, их воздушное королевство рухнет под натиском Черного Дракона! Я имел над братом власть. Такую безграничную и вездесущую, что даже отец порой удивлялся.
Смерть Алтара вызывала у меня немало подозрений. Великий правитель и заядлый охотник не мог так просто погибнуть от лап зверя. Я чувствовал, что это подстава, но доказать не получилось. Талос не пошел бы на такое ради трона. Он слишком глуп! Слишком добр! Он вообще ничего не видел дальше своего носа и постели. Вино, юноши, балы – все, что ему нужно в этой жизни.
Отец готовил меня к тому, что все важные для королевства решения буду принимать я. Талос обязан подчиниться! У него нет выбора! Он и сам прекрасно понимал, что не сможет править королевством так, как отец. Стагмар потеряет свое величие. Огненных перестанут уважать в тот же день, когда Талос откроет рот и начнет нести чушь в присутствии далеко не глупых королей. Поэтому я лично написал ему речь для коронации и уговорил на людях не показывать своего развратного нутра, потерпеть один лишь вечер. Мы не ударим в грязь лицом, не упадем в глазах других королевств!
В тренировках я провел почти шесть лет. Не было дня, чтобы я не упражнялся в фехтовании. Все, что могла дать Обитель, отец лично заложил в меня с лихвой. А потом настал момент, когда Алтар подумал, что теряет своего незаконнорожденного сына. В восемнадцать лет меня свалила с ног непонятная хворь. Даже придворный Маг и Целители разводили руками. Никто не верил, что после недели на грани смерти я поднимусь с постели, подойду к обрыву и преображусь так кардинально, что все рты пооткрывают.
Я смутно помнил тот день, будто хмеля перебрал. Но отвесная скала поманила со страшной силой. Так свою ипостась принимают только воздушные. Первый полет! Вот что их отличало от остальных. Из Обители они улетали прямо в Дагайн.
Но я не воздушный! Не огненный! Не водный! Не земной!
Я посмотрел вниз на крутой обрыв и сжался от страха. Мой трэлл плавно опустился на камень и крылом указал на скалу. Я понял его без слов. Зажмурился, расставил руки в стороны и сделал решающий шаг.
Как только почва ушла из-под ног, ощутил сильное жжение во всем теле. А потом раскрыл глаза, созерцая долину. Все четыре королевства лежали передо мной, как на ладони. Опустившись у большой воды, я взглянул на себя в отражении. Увидел огромного черного дракона с шипами по всему телу. Испугался. Взлетел. Вернулся в Пламенный дворец и рассказал о превращении отцу. Он незамедлительно выдвинулся в королевство земных, а когда вернулся, поведал мне такую историю, о которой лучше молчать.
– Все готово к коронации? – вырвал меня из воспоминаний брат. Тело отца почти догорело, и я позволил себе поклониться новому королю, кивнуть и уйти.
Со времен правления Алтара повелось так, что дворцовые жители прозвали бастарда Черным Драконом. Бастард! Время унижений давно прошло. И все равно я предпочитал, чтобы меня называли Черным Драконом. Даже Талос к этому привык. С его уст редко слетало мое настоящее имя.
Сейчас же Пламенный дворец взрывался от наплыва гостей. Я прошел мимо покоев, которые были отведены герцогу Ларсу для его будущей супруги. Остановился в коридоре, закрыл глаза и попытался увести наваждение прочь. Он ее будущий муж. Связь, помолвка, семья. Она сама этого хотела. Я знал. Но как же жаль, что бедная принцесса Солара никогда в своей никчемной жизни не узнает, что такое любовь, благополучие, уважение и настоящая семья! Она заслужила пытки большей, чем я ей уготовил, но дружба, что связывала нас, позволяла немного смягчиться. На коронации Талоса все решится. Мне просто нужно заглянуть в ее глаза.
Уже находясь в своих покоях, я улыбнулся самому себе, подбрасывая дрова в камин. Поднял со стола кубок, наполненный вином, и глубоко вздохнул. Осушил его залпом, облизнул губы, ощущая терпкость напитка на языке, и снова вспомнил заводь. Вновь смотрел в эти небесные глаза и боялся прикоснуться к серебристой коже. Она сама этого хотела! Она сама предала меня, хотя могла спасти.
Вот и все! Завтра коронация! Завтра я окончательно для себя все пойму! Я так долго вынашивал месть, что странно было бы ей не воспользоваться. Солару ждет жестокость нашего мира! Ждет ее самый главный страх! Алтар однажды сказал мне то, что я дословно вспоминал до сих пор. Он знал обо всем, что случилось в Обители, и никогда не смотрел на меня с презрением. Наоборот, казалось, он нашел во мне родную душу, обрел истинного сына.
– Лориан, женщины – слабые существа. Они становятся сильными только со слабыми мужчинами. Пообещай, сынок, что выберешь в жены ту, которая покорится твоему нраву, будучи сильнее и выше тебя. Только тогда ты поймешь суть истинной любви. Суть завоевания женщины.
Тогда я не понимал сути этих слов, хотя запомнил их очень хорошо. Теперь же я собирался воспользоваться советом отца, но вовсе не для того, чтобы жениться. Солара станет моей личной игрушкой, и я буду сохранять ей жизнь до тех пор, пока в ней не останется и капли гордости, пока она – принцесса Дагайна, не будет ползать у ног бастарда!
Все складывалось так, как надо. Величие Стагмара не за горами. Нужно расширить территории и подчинить своей власти соседние королевства. Когда правил Алтар, он все же не решался на военные действия, страшась того, что драконы других стихий объединятся и нанесут сокрушительный удар по империи, которую он так долго строил и любил. Но, сохранив тогда жизнь бастарду, он принял правильное решение. Мир содрогнется под натиском Черного Дракона! Я один стоил огромной армии опытных воинов, и право пасть первым выпало Дагайну.
Глава 3
Мне и раньше доводилось летать. Отец иногда присылал за мной стражей-драконов, чтобы как можно скорее я могла оказаться в Дагайне. Это страшно, но лучше, чем обычная конная поездка по горам и долам. К концу такого путешествия меня начинало мутить, и я еще сутки отлеживалась в своих покоях.
Я считала дни до того часа, когда приму истинную ипостась и не буду нуждаться ни в чьей помощи! Настоящая свобода! Наконец, смогу посмотреть на мир, ведь кроме своего королевства и Драконьего Предела, ничего еще не видела. Самый короткий путь к Дагайну пролегал через пустынные земли, и полюбоваться красотами других королевств я не могла даже сверху. А путь к Стагмару вообще проходил через горный хребет, разделяя наши королевства огромным природным забором. Когда Ларс с легкостью его перелетал, задействуя потоки ветра и почти паря на его порывах, я осмелела и оторвала ладони от ручек специального кресла для передвижения на драконе. Стихия ветра вдыхала в меня новую жизнь. Расправив руки, будто птица, я посмотрела на облака, ощущая, как прохладный воздух ласкает кожу. Но не успела сполна насладиться полетом, как герцог начал пикировать вниз.
Стагмар предстал перед нами, как на ладони. Я снова приняла удобную позу и начала осматривать окрестности огненного королевства. Неприметные деревенские постройки окружали империю, будто утопая в низине, а в самом сердце Стагмара на вершине отвесной скалы помпезностью выделялась столица – Вайтран. Я слышала о ней, но не думала, что сверху она настолько красива. Знатные дворцы и поместья были построены так, что с высоты птичьего полета представляли собой эмблему королевства – огонь с тремя языками пламени, стремящимися вверх. Такой знак появлялся у огненных на руке в день полового созревания, а еще красовался на желтом флаге королевства.