Страница 28 из 72
Амадей растерянно застыл. Видимо, не ожидал такого вопроса после своего откровенного признания.
- Тебя интересует это?
- Ну, я же девушка, - невинно пожала плечиками я.
Вампир рассмеялся. И, похоже, радостно, потому что его радость я ощутила как приятное тепло по коже. Я сумела его порадовать, что не могло не обрадовать меня.
- Нет, тебе не нужно спасть в земле, и в гробу тоже. Ты сможешь не спать очень долго. Теперь, когда ты возродилась, сон станет редким явлением. Он будет тебе нужен, но намного меньше, чем раньше. И да, ты сможешь спать в кровати, и на диване, и на полу.
Эта новость несколько обнадеживала.
- Люди думают, что вампиры не спят или спят, но только днем из-за того, что все мы очень разные в мелочах. Если без сна ты сможешь обойтись легко, то вот без крови - точно нет. Каждую ночь тебе нужна будет кровь и вода.
- Вода?
- Да, мы пьем воду, вино - любую жидкость, но вода нужна будет постоянно. Примерно два литра, не считая крови. Постарайся следить за этим очень внимательно.
- А кровь каких животных мне можно? - сразу решила уточнить я.
- Животных? - мне снова удалось его удивить. - Я, уже восхищаюсь твоим самоконтролем, но кровь животных тебе пока что недоступна, моя удивительная. Молодому птенцу нужна только человеческая кровь, кровь других вампиров или, - он выразительно посмотрел на глиняную бутыль, - кровь создателя!
У меня отвисла челюсть. В полном шоке я смотрела в уверенные глаза Амадея и не могла поверить. Потом перевела взгляд на бутыль, затем на свои руки с бокалом. Ужас! Я с трудом заставила себя поставить бокал с остатками крови на столик.
- Вы хотите сказать...
- Да! Аврора, это моя кровь. Я же сказал, что первая трапеза для любого вампира крайне важна. И это не метафора, и не традиция, а факт. Птенец должен напиться кровью своего создателя.
У меня затряслись руки. Вот почему ему было так плохо. Вот почему у него такой вид. Он еле дошел до кресла! Я еще раз посмотрела на бутыль, в ней было около трех литров.
- Я не буду это больше пить, - севшим голосом пробормотала я.
- Будешь! - уверенно ответил вампир. Он, не моргая, следил за моим лицом. - Иначе сильно ослабеешь. Потеряешь большую часть своих возможностей в будущем, если сейчас не выпьешь все, что для тебя приготовлено.
Я замотала головой.
- Я не буду пить вашу кровь!
- Ты ослабеешь! Не будет энергии, чтобы пробудить твой дар, если он у тебя есть. Тебя легко сможет убить любая серебряная пуля. Ты должна выпить, иначе очень скоро погибнешь.
- Мне плевать, - яростно зашептала я, - я не стану пить вашу кровь!
- Аврора!
Амадей поднялся со своего места, и, казалось, занял собой всю комнату. Его глаза горели плохо скрываемой яростью.
- Можете угрожать чем хотите, но пить вашу кровь я не буду!
Он оказался надо мной. Только что нас разделяло несколько метров, и вот он уже нависает надо мной. Его длинные, спутанные в колтуны волосы защекотали мне лицо. А по телу прошлась дрожь от иголок его гнева. А я просто не могла допустить, не могла! Пить кровь животных - да, кровь доноров - возможно, но кровь того, кто звал меня из небытия, того, кто дал мне ощущение блаженства и счастья, пусть и на совсем недолгое время, того, кто был мне дорог - никогда!
- Не вынуждай меня! - прорычал он мне в лицо.
Я вжала голову в плечи, сцепила руки в замок и приготовилась к боли.
- Нет! - прозвучало испуганно, но я надеялась, что твердо.
- Отлично! - Амадей выпрямился, сложил руки на груди.
Я отчетливо слышала, как он заскрипел зубами от гнева.
- Вечность мне в свидетели, я этого не желал! - прорычал он. А затем глубоко вздохнул, и: - Аврора, приказываю тебе выпить всю мою кровь из кувшина до последней капли и впредь пить мою кровь каждый раз, когда я этого захочу!
Слова - самые обычные, ничего не значащие слова для человека. Но я вампир. Как только значение слов проникло под кожу, каждая мышца моего тела захотела подняться и схватить глиняную бутыль. Горло пересохло. А жажда - теперь я знала, что это именно она, - стала невыносимой. Слово, которым я раньше обычно обозначала желание выпить газировки в жаркий день, не имела ничего общего с тем омерзительным ощущением, что я испытывала сейчас. Мое сознание словно сжали невидимые тиски и закинули куда-то в самые глубины собственного тела. Я стала зрителем. Я ничего не решала и не контролировала.
Собственная смерть не стала для меня избавлением. Восстание другим существом тоже ничего не поменяло. Я все еще была куклой в чужих руках. Я не хотела делать что-то, а меня заставляли! Если раньше это был секс, то теперь я выполняю приказы, которые лишают меня моей веры в свои ценности, принципы, правила. Меня уничтожали морально. И у Амадея на это вечность. Что будет со мной, с моим характером, с моим отношением к миру и жизни через сто лет, а через тысячу?
Я не хотела этого знать! Ярость, обида, уязвленное самолюбие придали сил. Я невольно сравнила себя со сжатой пружиной. Сила слов смяла меня, а внутренние эмоции заставили распрямиться. Я вновь почувствовала себя хозяйкой собственного тела. Остановила протянутую правую руку левой. На своего создателя, гореть ему в аду, я не смотрела. Я смотрела на руку. Правая рука хоть и опустилась, но подчиняться не желала. Крупная дрожь прошлась по телу, как заряд тока. Неведомая сила, словно искала ключик к контролю. Проверяла, какие еще мышцы станут подчиняться магии слов. Я ей этого позволять не собиралась. Левой рукой сжала правую кисть с напряженными пальцами.
Сначала услышала треск собственных костей. А уже потом пришла боль. Она прошлась выстрелом от руки по всему телу и вызвала еще одну судорогу. Я сползла с кресла и я упала на колени. Мне хотелось заорать от боли, но я этого не сделала. Борьба с самой собой отнимала все силы. Мышцы под кожей зашлись в мелкой дрожи. Приказ взывал, требовал и даже угрожал. Я знала, что будет, если я не подчинюсь.