Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 37 из 37

– Что ж, докажут, что могут, – сказал Тутт. – Я другого не понимаю. Почему вы заподозрили такого безупречного священнослужителя?

Отец Браун застенчиво улыбнулся.

– Понимаете, – отвечал он, – это дело навыка, я бы сказал профессионального, только в особом смысле слова.

Те, кто любит поспорить, часто сетуют, что люди ничего не знают о нашей вере. Но все еще занятней. Англичанин и не обязан что-то знать о Римской церкви, знал бы хоть об английской! Вы не поверите, сколько народу понятия не имеет, чем отличается Высокая Церковь от Низкой даже в обряде, не говоря уж об истории и богословии. Посмотрите любую газету, любую книгу или пьесу!

Я сразу удивился, почему у него все перепутано. Вроде бы он принадлежит к Высокой Церкви. Тогда при чем здесь пуритане? Конечно, такой человек может быть пуританином в переносном смысле, но не в прямом же! Он ненавидел театр – и не знал, что это Низкая Церковь его ненавидит, не Высокая. Он возмущался, как протестант, что не соблюдают день Господень, но на стене у него распятие. Словом, он совершенно ничего не знал о благочестивых священниках, кроме того, что они почтенны, суровы и презирают все мирское.

Я долго пытался угадать, на кого он похож, и вдруг меня идиотом и представляют драматурги и актеры страшное чудище, набожного человека.[FIXME]

– Не говоря уж о врачах, – добродушно заметил их коллега.





– Вообще-то, – продолжал отец Браун, – была и другая причина для подозрений. Она связана с таинственной дамой, которая слыла истинным вампиром, позором этой деревни. Мне же показалось, что она тут – светлое пятно. Ничего таинственного в ней нет. Она приехала недавно, под своим именем, по вполне понятному делу – чтобы помочь розыскам, касающимся ее мужа. Он обижал ее, но у нее есть принципы, она почитает честь имени и простую справедливость. Таким же невинным и прямым казался мне другой зловещий изгой, блудный сын пастыря. Он тоже не скрывал своей профессии и былых связей с театром. Вот я и не подозревал его, а пастыря – подозревал. Вы, наверное, поняли, почему.

– Да, кажется, – сказал медик.

– Он не хотел видеть актрису, – все-таки объяснил священник. – Ни за что не хотел. На самом деле он не хотел, чтобы она увидела его.

Доктор кивнул.

– Если бы она увидела почтенного Хорнера, – закончил отец Браун, – она бы сразу узнала совсем не почтенного Хенкина. Вот и все об этой сельской идиллии. Видите, я сдержал обещание, показал вам то, что пострашнее мертвого тела, даже если мертвый – отравлен. Шантажист, одетый священником, – чем не достопримечательность? Живой – мертвее мертвеца.

– Да, – сказал врач, устраиваясь поудобнее, – чем с ним, я предпочел бы знаться с мертвым телом.


Понравилась книга?

Написать отзыв

Скачать книгу в формате:

Поделиться: