Страница 9 из 43
— Мам… ну, мам… ну, не плачь…– жалобно попросил мальчуган, виновато глядя на мать.
— Я не плачу,– покачала головой Регина, стирая ладонями мокрые дорожки с лица.
— Я больше не буду… Прости. Мы ведь только щёлкнули зажигалкой, там темно было…
— Зачем ты вообще пошёл с этими ребятами? Разве можно было уходить с экскурсии?
— Ну-у… Дик сказал, что это скучища, а Мэт…
— Генри!– довольно резко оборвала мать.– Я запрещаю тебя водиться с Мэтом и Диком!
— Но они мои друзья.
— Тебе не нужны такие друзья!
— А другие мне не нравятся!– вдруг заупрямился Генри.
— Значит, обойдёшься без друзей!
— Как ты?!
Вопрос сына поставил Регину в тупик. Впрочем, тон, которым он был задан, понравился ей не больше.
— Что, прости?
— К нам никто не приходит! Мы не можем пойти в поход, потому что не с кем! И все в городе тебя боятся!
— Ты тоже?– тихо спросила Редж, чувствуя, как сердце неприятно заныло.
— Нет… но ты иногда такая строгая…
— Генри, родители должны быть в первую очередь наставниками, а не друзьями. Я могу тебе всё разрешать, соглашаться с тобой, но тогда тебе придётся очень нелегко во взрослой жизни.
Миллс поднялась с постели сына и медленно направилась к двери. Этот день совершенно лишил её сил.
— Мам,– окликнул Генри и, дождавшись, как Регина обернётся, добавил:– спокойной ночи…
— Спокойной,– кивнула мать и взялась за ручку двери.– И я надеюсь, насчёт Мэта и Дика мы с тобой договорились.
Миллс спустилась в гостиную и налила себе из бара немного коньяка. Обжигающая жидкость разлилась по организму, а вместе с ней и относительное спокойствие.
Редж набрала на телефоне номер Сидни.
— Мисс Миллс, как ваши дела?– поспешил справиться журналист.
— Более или менее. Скажи, Сидни, ты был на пожаре?
— Разумеется. Уже готовлю репортаж в утреннее издание.
— А ты человека, спасшего детей случайно не видел?
— Ну, почему же случайно?– по голосу мужчины стало понятно, что в этот момент он расплылся в самодовольной улыбке.– Я намеренно встретился с ним. Взял интервью, завтра будет в газете.
— И кто он?
— Майкл Китон.
— Кто-кто?– изумлённо переспросила Регина, опускаясь на диван перед журнальным столиком.
— Актёр, игравший Бэтмена…
— Я знаю, кто такой Майкл Китон,– перебила женщина.– У нас в городе ещё один сумасшедший объявился?!
В трубке послышался короткий смешок:
— Да нет, думаю, просто скромник. Хотя кое-что он о себе рассказал.
— Сидни! Я должна из тебя по слову всё вытягивать?!
— Простите, мисс Миллс. Но вам тогда будет не интересно читать завтрашнюю статью,– с толикой обиды заметил журналист.
— Я успею тебя уволить ещё сегодня,– пригрозила Редж,– и завтрашняя статья вообще не выйдет!
— Ладно-ладно, не надо нервничать. Итак, у этого Майкла арабские корни. Возможно, в роду были шейхи. Раньше занимался возведением городов. Участвовал в боевых действиях в разных странах. Женат, трое сыновей. Учатся заграницей.
Женщина некоторое время переваривала информацию, пытаясь вспомнить, у кого в Сторибруке такая «легенда». Впрочем, заклятие перенесло сюда слишком много народу, а «истории» Регина придумывала лично только для тех, кто досадил ей в прошлом больше остальных. Другим жителям города, как в компьютерной игре, «легенды» выдал генератор случайных чисел.
— А где живёт этот потомок бедуинов?
— Не сказал. Но мне удалось выпросить номер его мобильного,– не без гордости объявил Сидни.
— Пробей его по базе. Скажи Грэму, я разрешила.
— До Грэма я не дозвонился. В офисе сообщили, что он выехал вчера на какое-то секретное задание и не возвращался.
Регина сделала глоток коньяка и откинулась на спинку дивана, прикрывая глаза. А ведь она совершенно забыла про Грэма. Даже ни разу не позвонила ему сегодня.
— Ладно, скинь номер моему секретарю,– попросила Миллс.– Завтра днём в мэрии наградим нашего героя - сделаешь репортаж.
— Слушай, а костюма Бэтмена у тебя нет?– поинтересовался Солнцеяр, допивая утренний кофе.– Изо всех магов этого мира, он мне понравился больше всего!
Штильцхен поднял на гостя изумлённый взгляд. Может, не стоило позволять этому солнцедальцу столько смотреть по ночам фильмов и передач? Похоже, в голове у «иноземца» был полный сумбур.
— Это не маг, а герой комикса,– пояснил Тёмный.– Я же говорил, что в этом мире фактически не существует магии.
— Фактически, но не абсолютно. Значит, тот, кто писал легенды про Бэтмена, действительно мог что-то знать о нём или видеть.
— Слушай, если ты придёшь в мэрию на церемонию награждения в костюме Бэтмена, тебя сочтут сумасшедшим и запрут в психиатрическом отделении городской больницы. Ну, если от него что-то осталось после пожара,– ухмыльнулся Штильцхен,– оно же было рядом с очагом возгорания.
Не отрываясь от чашки, Солнцеяр внимательно посмотрел на Тёмного, а потом прямо спросил:
— И зачем ты это сделал?
— Сделал что?
— Спалил половину больницы.
Румпельштильцхен расплылся в хитрой улыбке:
— С чего ты взял?
— Я видел все местные новости и по телевизору, и в газетах. Там ни слова об очаге возгорания. На месте пожара ты не был и никто к тебе со вчерашнего полудня не приходил.
— Ты забыл про ещё одно средство связи - телефон.
— Румпельштильцхен, я знаю тебя достаточно. Просто ответь на вопрос.
Мистер Голд развёл руками, признавая поражение:
— Мне нужно было подкорректировать планы нашего мэра.
— Из-за тебя могли погибнуть люди… Много людей!– нахмурился Солнцеяр.
— Ты-то чего жалуешься?– искренне изумился Тёмный.– Этот пожар сделал из тебя героя! Ты спас ребёнка Королевы! Теперь твои шансы получить её прощение существенно возросли!
— Именно! Там были дети!
— И давно ты стал таким щепетильным?! Кажется, Шахерезада сделала из тебя мягкотелого неженку!
В честь победы над половчанами князь Владимир устроил большой пир. Солнцеяр и Ения Желановна были в числе почётных гостей. Правда, Еньке быстро наскучило празднество, и она вместе с молодыми девицами и молодцами ушла гулять. Солнцеяр отправился следом.
На опушке леса недалеко от реки молодёжь разложила костры, прыгала через них, водила хороводы, играла в салки. И всё у этих лукоморцев было так просто, искренне, весело, что Солнцеяру вдруг захотелось забыть свою прошлую жизнь и жить новой. Поэтому, когда его позвали в хоровод, он пошёл, не раздумывая. Эта тёплая ночь конца весны стала волшебной, незабываемой. Чувство свободы и счастья заполнило всё вокруг, а песни лукоморцев растревожили истосковавшееся сердце.
Ближе к рассвету все пошли на реку встречать зарю, а Солнцеяр, взяв Еньку за руку, повёл девушку в противоположную сторону. Аромат берёзового леса с толикой хвои кружил голову, и весь мир казался преисполненным нежности и любви.
— Эй, солнцедалец,– изумилась Ения,– ты куда? А встречать рассвет?
— Я хочу встречать его только с тобой,– честно признался мужчина.– Я давно уже не испытывал ничего подобного… Я задыхался в своём мире. Ты отворила окно и впустила воздух! Я понял, что хочу жить! Дышать полной грудью! Мечтать! Верить! Хочу делить с тобой эти чувства…
Енька застыла на месте, огромными чёрными глазами смотря на Солнцеяра. Никто ещё не говорил ей ничего подобного.
— Ения Желановна, прости, что целовал тебя без спроса,– искренне раскаялся мужчина.– Дозволь теперь сделать это с твоего согласия.
Вздрогнув, Енька испуганно отступила назад, но упёрлась спиной в молодую берёзоньку.
— Я не обижу тебя,– мягко пообещал Солнцеяр, осторожно проводя ладонью по девичьей щеке.– Не трону, если не позволишь. Отпущу, коли передумаешь.
— Не срами меня, иноземец,– покачала головой Енька.– Тебе поцелуй - забава, а мне позор. Бог знает, что подумают люди - ушла в лес с мужчиной.
— Ты боишься осуждения? Еня! Какое тебе дело до других?! Это твоя жизнь, ты не обязана перед кем-то отчитываться!